Криминальная патопсихология - Юрий Антонян
О третьем типе мотивации противоправных действий у лиц с психическими нарушениями (при психопатиях, психоподобных состояниях различного генезиса, олигофрениях и других психических аномалиях) следует прежде всего сказать, что она подчиняется общим закономерностям поведения человека, формируется в процессе актуализации потребностей субъекта, ставящего перед собой определенные цели, в процессе деятельности, отражающей все стороны личности, в том числе и все ее патологические изъяны, дефекты мышления, интеллекта, эмоционально-волевой сферы.
На материале большой выборки преступников с психическими аномалиями были эмпирически выделены шесть типов мотивов противоправных действий, условием формирования которых является патология личности и изоморфная ей, в свою очередь влияющая на динамику личностных расстройств, патология деятельности. Соотношение различных типов мотивов также приведено для этой выборки.
Основанием для выделения этих мотивов и предлагаемой нами классификации (табл. 1) послужили данные Б. В. Зейгарник[174] о разных вариантах нарушения строения мотивов при личностной патологии. В основе их формирования лежат два психологических механизма мотивообразования, которыми являются нарушения опосредования потребностей и нарушения их опредмечивания.
Нарушение опосредования потребностей заключается в несформированности или в разрушении у этих лиц под влиянием каких-либо факторов (например, аффективного возбуждения) социально детерминированных способов реализации потребностей. Нарушается связь субъективной возможности реализации потребности с сознательно принятым намерением, целью, оценкой ситуации, прошлым опытом, прогнозом будущих событий, регулятивной функцией самооценки, социальными нормами и др. Уменьшается число звеньев в общей структуре деятельности аномальных личностей, что ведет к непосредственной реализации возникающих побуждений. По этому механизму формируются аффектогенные, ситуационно-импульсивные и анэтические мотивы противоправных действий.
Таблица 1
К мотивам, связанным с нарушением формирования предмета потребности, относятся мотивы-«суррогаты», мотивы психопатической самоактуализации и суггестивные мотивы противоправных действий. Общим в них является формирование мотивов, отчуждаемых своим предметом от актуальных потребностей субъекта и ведущих при их реализации к его социальной и даже биологической дезадаптации.
Большинство изученных нами противоправных действий аномальных личностей, как и любых действий в рамках человеческой деятельности, носит полимотивированный характер. Какие-то мотивы из их числа, как известно, могут и не осознаваться субъектом. Этим объясняется, что при анализе какого-либо конкретного случая может быть установлено несколько психологических мотивов поведения, что не исключает возможности выделения главного из них.
Особое место в нашей классификации занимают так называемые неосознаваемые (скрытые) мотивы противоправных действий. В ряде случаев обвиняемые не могли дать никакого объяснения своим действиям, преступления были совершены без какого-либо внешнего повода и считались «безмотивными». Как будет показано при дальнейшем изложении материала, скрытый для самого субъекта характер его побуждения все же поддается «расшифровке» и неосознаваемые мотивы находят свое место в предложенной классификации. Мотивы, связанные с нарушением опосредования потребностей
В этой группе мотивов мы намерены исследовать следующие: аффектогенные, ситуационно-импульсивные и анэтические.
Аффектогенные мотивы достаточно часто наблюдаются в преступных действиях правонарушителей с психическими аномалиями, у психопатических личностей и лиц с психопатоподобными расстройствами. Такие мотивы связаны с особенностями эмоциональных реакций указанных преступников, их повышенной возбудимостью, застреванием аффективных переживаний, разрядка которых часто приводит к действиям, отличающимся жестокостью, агрессивностью, вандализмом. Агрессивные, «уничтожающие» действия могут быть направлены и на лиц, не имеющих отношения к конфликту, например на соседей, прохожих и т. д.
Современные исследования убеждают в том, что психопатические аффективные реакции чаще всего являются психогенно спровоцированными. Для их возникновения имеет значение содержание, интенсивность и длительность психотравмирующего воздействия. При этом наиболее легко психопатическая реакция возникает тогда, когда психогения адресована как бы «больному пункту», имеющемуся у данного человека.
Феноменологически аффективные реакции у психопатических личностей изучены достаточно полно, подробно рассмотрены вопросы и их судебно-психиатрической оценки. Оживление интереса к проблеме аффективных преступлений, наблюдаемое в последнее время, во многом связано с развитием судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, ее методов дифференцированным подходом к оценке психических состояний, не исключающих вменяемости, в том числе и аффективных реакций у психопатических личностей, решением относительно них вопросов психологического содержания. Повышение внимания к такого рода тяжким преступлениям обусловлено и потребностями практики, необходимостью усиления борьбы с ними. Для этого особенно важно знать их мотивы, специфику процесса мотивации, механизм возникновения аффективного возбуждения. Эти вопросы важны не только для более точной и дифференцированной экспертной оценки аффективных деликтов, их изучение может пролить свет на природу возникновения аффекта.
Нами была изучена группа психопатических личностей и контрольная группа психически здоровых лиц с острыми аффективными реакциями в момент преступления. Возникновение мотивов уголовно наказуемых действий у тех и у других было связано с наличием конфликтной ситуации, эти действия совершались под непосредственным влиянием эмоционального возбуждения. Все испытуемые были исследованы во время проведения судебно-психиатрической и комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы.
По клиническим формам психопатии среди обследованных больше было возбудимых и тормозимых психопатов, меньше истерических и паранойяльных. И психопаты и психически здоровые в большинстве случаев обвинялись в совершении убийств, хулиганских действий, повреждении имущества, нанесении тяжких телесных повреждений.
Если анализировать поведение психически здоровых и психопатов в аспекте взаимодействия их личности с конкретными ситуациями, то окажется, что у психически здоровых лиц возникновение аффективных реакций, приведших к совершению противоправных действий, было связано в основном с реальными психотравмирующими воздействиями (оскорблениями, угрозами, изменой, клеветой, неправомерными или противоправными действиями потерпевших), вызывающими гнев, ярость, обиду, желание отомстить обидчику. Острая психогения представляла для них неожиданное, сильное, субъективно значимое психотравмирующее воздействие, несущее угрозу типичным, общепринятым ценностям, достоинству личности, сопряженное с физическим насилием, имущественными посягательствами, грубыми безнравственными поступками. Фактор внезапности имел решающее значение при остром психогенном воздействии. Необходимым условием возникновения аффективной реакции являлось также субъективное ощущение необходимости немедленных ответных действий против обидчика в сочетании с ощущением невозможности совершения таких действий, восприятием ситуации как безвыходной, невозможностью или заблокированностью рациональных способов ее разрешения.
При протрагированных психогениях, связанных с длительной психотравмирующей ситуацией, стойкими неприязненными отношениями с потерпевшим, систематическими унижениями и издевательствами, острая аффективная реакция у психически здоровых лиц возникала в результате аккумуляции аффективных переживаний. Значимыми факторами, способствующими облегчению возникновения аффективной реакции, являлись сниженное настроение, переутомление, соматическая ослабленность.
Характерологические особенности психически здоровых лиц создавали известную вариабельность в попытках разрешения конфликтной ситуации и наряду с физическим состоянием субъекта определяли «порог» аффективного реагирования. При острых
