Ребенок не по контракту (вторая часть) - Ксения Богда
Я полностью сосредотачиваюсь на здоровье Никитки. Волнуюсь и каждый раз при обходе сжимаю кулачки, чтобы все нормализовалось. Но врачи пока только берут бесконечные анализы и разводят руками.
Но ищут причину, почему же мой малыш так неважно себя чувствует.
Ян пишет и спрашивает постоянно, не нужно ли мне что-то из продуктов. Я отвечаю, что всего тут в достатке и нам с Никиткой всего хватает. Багирову этого достаточно, ион быстро сворачивает разговоры.
Вот и сейчас снова пишет, интересуется, как состояние моего малыша. Быстро выбиваю, что все стабильно, и пишу, что у нас скоро сон-час. Сама не знаю, зачем я ввожу Яна в заблуждение. Чтобы не позвонил... чтобы не слышать его голос? Не думать лишний раз, что там у них с Викой и зачем она его ждала возле клиники.
Меня это не касается. И я готова повторять это словно мантру, только бы не дать слабину.
Тихий стук в дверь отвлекает от размышлений о Яне, и я даже радуюсь, что кто-то решает навестить нас с Никиткой. Плетусь открывать. Тут же оказываюсь в объятиях сестры.
— Ох, мои милые, как я соскучилась, — шепчет Светка, а я вопросительно выгибаю бровь.
— А ты чего шепотом, Свет? — тоже перехожу на него.
Сестра отклоняется и заглядывает в люльку, где лежит Никитка и играет с погремушкой. Сестра хмыкает.
— Думала, что наш малышик спит. Как вы? Что врачи говорят?
В голосе волнение и переживание за Никитку. Несмотря на то, что Светка не так часто может видеться с нами из-за болезни мамы, она все равно не забывает и не игнорирует. Вот и сейчас бросила все дела и приехала.
Идет к раковине и споласкивает руки. А я понимаю, что я дико скучала без нее и без общения со своей любимой сестренкой.
Вздыхаю. Вопрос о врачах вызывает во мне уныние и апатию. Хочется поскорее выяснить, что не так с моим ребенком, и сделать все, чтобы он больше не попадал в больницу.
— Ох, Свет, пока ничего не известно. Они только ещё обследуют его, и не могут дать никаких вразумительных ответов на вопросы, и не ставят никаких диагнозов. Я эти два дня только что на стену не лезу, а так готова уже.
Светка подходит к Никитке, и сынок переключается с игрушки на тетю. Улыбается беззубым ртом, а мне в сердце словно шипы втыкают. Такой он беспомощный. А я не могу ему никак помочь. Сейчас его здоровье в руках посторонних людей, но мне очень хочется верить, что скоро все останется позади.
— Пойдешь к тетушке? — Никитка протягивает ручки, и сестра с радостью подхватывает его на руки, аккуратно укладывая. — Моя ты сладкая булочка.
Чмокает его в носик, а сынуля недовольно морщится.
Светка шмыгает и смеется.
— ОЙ, ну смотрите на него. Как истинный мужик не любит сантиментов и ласк, да?
Сестра поднимает на меня слегка уставший и взволнованный взгляд.
- Я могу как-то вам помочь, Аль?
Качаю головой. На сестре и так слишком много всего, чтобы ещё и своими проблемами грузить.
— Мы справляемся. Тем более меня взяли на работу. Правда, пока что я на больничном.
Фыркаю. Хотя не исключено, что Ян уже передумал и пошлет меня куда подальше.
На кой черт ему сотрудник, который, не успев даже приступить к работе, уже ушел на длительный больничный.
Сестра вопросительно выгибает бровь.
— Неужели Багиров? — поигрывает бровями. — Рассказывай. Мне стало интересно, что это за персональный благодетель ваш.
Мои щеки вспыхивают от такого неприкрытого намека Светки. Машу на неё рукой.
— ОЙ, перестань. Багиров просто предложил поработать на него удаленно.
Светка хмыкает.
— Ну да, ну да. Просто так. Ни с чего.
Цокаю. Иду к тумбочке, в которой лежат вещи Никитки, и начинаю их перекладывать с места на место. Пытаюсь таким образом скрыть волнение.
— Я помню его визит к нам на дачу. Там уж точно не было равнодушия.
Округляю глаза и резко разворачиваюсь к сестре.
— Свет, ну что ты такое говоришь?
Она пожимает в ответ плечами и хитро улыбается.
— А я говорила, чтоб ты не торопилась с беременностью.
Тут же испуганно охает и переводит взгляд на сына. Он хмурится. Кажется, что сейчас разревется от обиды.
Светка хлопает глазами.
— Нет, малыш, мы очень рады, что ты у нас появился. И я рада за твою мамочку, что она тебя родила.
— Вот, вот, — с упреком бормочу.
Сестра краснеет, и на её лице появляется улыбка, которая показывает, что сестра понимает, что сказала лишнего.
— Тетя Света просто немного не выспалась и несет всякую чушь. Ты у нас самый любимый пупсик и самый желанный малыш, — гладит его по животику.
Сын оттаивает и уже не смотрит на Светку так строго, как несколько минут назад.
Сестра выдыхает:
— Так и что там Багиров? — снова переключается на интересующую её тему.
Вздыхаю.
— Да ничего такого, Свет. Я и сама не понимаю, почему он бросился нам на помощь.
Он практически постоянно возле меня, когда мне требуется поддержка и помощь.
Глаза сестры озорно сверкают.
— Так, может, все не просто так? — игриво выгибает бровь.
Качаю головой.
— Нет, Свет, я даже не загадываю насчет каких-то отношений. Просто принимаю помощь.
Сестра угукает:
— Это правильно. Нечего забегать наперед, но и изображать гордую гусыню тоже глупо.
— Гусыню? — округляю глаза, а сестра начинает веселиться.
— Видишь, как маму задело сравнение с гусыней.
Никитка кряхтит, и снова появляется эта его улыбка, которая может растопить любое сердце.
— Ты лучше расскажи, что там мама?
Светка тухнет. Как будто свеча, которую задул, ворвавшийся в окно ветер. И у меня внутри все застывает от страха.
— Она не ходит почти, Аль.
Столько обреченности в голосе Светки, что мне самой становится больно.
— Онкология никого не жалеет, - продолжает сестра.
Аккуратно укладывает Никитку в люльку и протягивает ему игрушку. Но сынок зевает и закрывает глаза. Сестра поднимает на меня удивленный взгляд.
— Он сейчас много спит. Сил практически нет, — шепотом говорю и киваю на стол.
Сестра усаживается в кресло и зажимает руки между коленок. Опускает голову, её спина сутулится.
Сердце неровно отстукивает, когда вижу эту её
