Акулы из стали. Соль, сталь и румб до Норда - Эдуард Анатольевич Овечкин

Советов надавали – как опят на гнилом пне: лукошко, ведро, пакет из-под бутербродов и кофту с завязанными рукавами. Все перечислять не буду, но, чтоб вы понимали безусловную ценность товарищеской помощи и азарт в участии к чужой беде, некоторые назову:

– привязывать к ноге веревку и конец ее спускать в форточку до земли, чтоб идущие на службу могли за нее дергать и будить (а при должном старании так и вовсе вытаскивать) на работу Олега;

– подвешивать шарик с водой и специальной иголкой через червячно-шатунную передачу от будильника (вот схема, смотри, ничего сложного) прокалывать шарик;

– завести себе собаку;

– завести себе жену.

В этом месте мнения разделились и вызвали нешуточные споры по поводу того, что эффективнее и выгоднее в плане пролонгированных перспектив: часть сходилась на мнении, что собака выйдет дешевле, будет однозначно любить и не станет трепать нервы, а другая часть утверждала, что хоть жена и дороже в эксплуатации обходится, но собака, знаете, котлет не нажарит и в плане ублажения примитивных инстинктов – не знаем, как у Олега, но у обычных людей бесполезна. Как у тебя с этим, Олег? Судя по выпученным глазам, как у всех. Ну вот, видите – жена выходит, как ни крути. В итоге, устав спорить и не придя к консенсусу, оставили эти два пункта на выбор самого пациента.

Еще были советы по подключению городского телефона к колонкам С90, по складыванию ножек кровати с одной стороны по таймеру, по вызову пожарного расчета на квартиру силами дежурно-вахтенной службы корабля и еще не менее ценные, но вы и так уже поняли их глубину. Понял их и Олег и решил брать свою судьбу за яйца собственными руками и ковать свое счастье собственным молотом.

Накануне очередной проверки мы с Максом встретили его, бегущего домой с огроменным свертком.

– ?..

– Да вот, будильник себе купил!

– ?!

– Ну там три, а не один к тому одному, который у меня уже есть!

– ?!!

– Ну да, там не только будильник, но я не расскажу – смеяться потом всем кораблем будете!

– !!!

– Ой, да ладно, никому не расскажете, как же! Макс, а у тебя есть же перфоратор? Дашь на вечерок? И еще, ребята, не в службу, а в дружбу: вот вам ключ запасной от моей квартиры – зайдите утром и разбудите меня, а? Пожалуйста. Ну встаньте пораньше, ну что вам, трудно? Да, боюсь, не поможет мне мой хитрый план! Ладно? А? Ой, вот спасибо!

Утром (а что поделаешь?) встретились с Максом раньше на полчаса и вместо того, чтоб двинуть в сопки, двинули на улицу Колышкина. Странное чувство какой-то посторонней неуютности встретило нас уже в подъезде, сменившись на площадке странным звонким треском, а в квартире Олега он (этот самый треск) был и вовсе невыносим. Я мало чего боюсь, но тогда, помню, шарил по правому бедру в поисках пистолета.

Олег мирно и тихо сопел в кроватке, а вокруг него разворачивался бурный будильниковый Армагеддон: один будильник стоял в ногах на полу, второй – в кастрюле на тумбочке справа от кровати, третий – в скороварке на стуле слева от кровати, а четвертый свисал с потолка в метре от головы. И все они звонили. Причем тот, который свисал на веревке, звонил с уже заметной хрипотцой – остальные пока держались молодцами.

– Так вот зачем ему нужен был перфоратор! – догадался Макс, глядя на свежую дыру в потолке над кроватью. – Будильник повесить!

– Что? – крикнул в ответ я.

– Ничего! Давай их вырубать! Мозг сейчас убежит у меня!

Вырубив нарушителей спокойствия («Спасибо!» – заорал сосед из-за стенки), уселись на подоконник покурить для затыкания свежих дыр в нервной системе.

– Слушай, Эд, – Макс не курил и чорт знает чем вообще успокаивал нервную систему, – я считаю, что мы не должны его будить!

– Как это?

– Так это. Вот для чего человеческие организмы и, например, даже мы с тобой живут на этой земле?

– С точки зрения диалектического материализма?

– С твоей точки зрения. Точку зрения диалектического материализма я изучал в параллельном с тобой классе, если помнишь.

– С моей?

– С твоей, да.

– С моей, значит…

– Ты можешь думать молча, не обязательно поддерживать со мной беседу и строить из себя тупого.

– А что тут думать? С моей точки зрения, человеческие организмы живут на земле с целью обретения личного, можно даже сказать, мещанского счастья!

– А вот прямо в дырочку! И я так думаю.

– А при чем тут спящий Олег?

– Какой Олег? А, этот Олег? Ну вот смотри – что сейчас нужно его организму для счастья?

– Ответ очевиден: сон.

– Именно! И кто мы такие, чтоб лишать человека счастья и тащить его на службу, где он будет показывать проверяющему из штаба планы воспитательной работы за позапрошлый год, выдавая их за текущие, а проверяющий будет делать вид, что не видит разводов корректора на датах и размашисто их подписывать?

– Ну-у-у-у… может, товарищи его, которых он попросил разбудить себя на эту самую проверку?

– Может, и товарищи. А даже если и товарищи, то тем более! Неужели товарищу своему счастья пожалеем?

– Так не жалко, оно да… Но его же капитан прикует потом к пароходу!

– А беда в чем? Человек отоспится хоть!

– Логично. Стелешь мягко, конечно. Ну а на самом деле – откуда у тебя на него зуб?

– Да козел он! Посмотри на мой перф! Валяется на полу, не протерт, из розетки не выключен! Ну что за отношение к чужим вещам!

– Полностью поддерживаю. Ну пошли уже, а то и сами опоздаем. И главное – как он умудрился дырку-то сам просверлить, не вызывая матросов в помощь?

– Ну, может, мама в гости приходила; чувствуешь, как котлетами с кухни пахнет? Ну вот, а жены я тут в упор не наблюдаю.

Подоткнули одеялко Олегу, чтоб в бочки не надувало, и ушли. А что? Пусть знает в следующий раз. Рассказали потом, что и так его пихали, и сяк трясли, но все без результатов – он только громче храпел и обзывался на нас всякими нехорошими словами, и мы в итоге не выдержали оскорблений, заплакали и ушли.

Ох и склонял же его потом капитан! Назначил неделю жизни на корабле в качестве штрафной санкции и впредь велел всегда оставаться накануне проверки в части, а то мало ему, так еще выслушивать за «комсомольца» понукания от бездельников,