Лето Лунных лебедей. Всё лучшее на «Л» - Ида Мартин
– Варь, пойдём. – Воспользовавшись Олиным замешательством, мама повернулась ко мне: – Заедем в магазин по дороге.
Упрашивать меня не стоило. От Оли можно было ожидать чего угодно.
Сабина посторонилась, пропуская нас.
– Вы просто старая похотливая стерва! – яростно закричала Оля маме в спину.
– Похотливая – это у нас ты, а я просто стерва, – не моргнув и глазом, откликнулась мама и следом за мной вышла в уличную жару.
Однако дойти мы успели только до скамейки. Потому что, опрометью выскочив из магазина, Оля накинулась на маму.
Всё происходило так стремительно, что я не успела ничего сообразить.
Лёха предупреждал, что Оля опасна. Тогда я не поверила, теперь же мне представилась не самая приятная возможность убедиться в этом.
Схватив маму за волосы сзади, она с силой толкнула её на скамейку и замахнулась, чтобы отвесить пощёчину. Я кинулась маме на помощь. Но тут меня опередили: из припаркованной рядом машины молниеносно выскочил мужчина и сгрёб Олю в охапку.
– Немедленно прекрати! – прикрикнул он, и я узнала Марка.
Оля вырывалась, как дикая кошка, но он крепко удерживал её.
Я подбежала к маме, которая, как ни странно, готова была вот-вот расхохотаться.
– Ты в порядке? – Я обеспокоенно подсела к ней, заглядывая в лицо.
– Господи, я так не веселилась с того момента, как в Греции заказала какой-то мудрёный местный коктейль и потом три часа каталась на осле, думая, что это экскурсия.
Из машины выбралась Стася и тоже поспешила к нам.
– Хотите воды? – Она участливо протянула маме бутылку.
– Спасибо! – охотно согласилась мама и сделала пару больших глотков.
– Я тебе этого не прощу! – всхлипывая, выкрикнула Оля, как только Марк отвёл её подальше и отпустил. – Уезжай и не думай возвращаться! А вернёшься, я… я… спалю ваш дом!
– Имей в виду, что мы теперь свидетели твоих угроз, – иронично заметил Марк. – Иди прими холодный душ и валерьянку.
Размазывая горькие слёзы по щекам, Оля гневно зашагала по пылящей песком дороге. Сабина, наблюдавшая всю эту картину, стоя у входа в лавку, побежала её догонять.
– Благодарю вас, – сказала мама, отдавая Стасе воду, но при этом глядя на Марка. – Подростки, знаете ли, что с них взять?
– Нет, ну это ни в какие ворота не лезет, – искренне возмутилась Стася. – Бросаться с кулаками на человека непозволительно ни в каком возрасте. Я бы на вашем месте обратилась в полицию. Мы с Марком можем побыть свидетелями. Правда?
Она с такой любовью посмотрела на мужа, что я мигом вспомнила, как они фотографировались на люцерновом поле.
– Можем, – запросто согласился Марк. – Но для начала давайте подвезём вас до дома.
– Спасибо, не нужно, – отозвалась мама. – Я не травмирована, и идти тут пять минут.
– Малышка, я в магазин. Ты со мной или подождёшь здесь? – Марк посмотрел на жену.
– А как ты хочешь?
– Я хочу, как ты хочешь, – он поцеловал её в лоб.
– Тогда останусь.
Коротко кивнув, он направился в лавку.
– Мне кажется, после всего этого вам просто надо выпить холодного чая и послушать стрекоз. Я серьёзно – это работает, – сказала Стася.
Мама заинтересованно посмотрела на неё:
– Послушать стрекоз? Это мило. Большое спасибо за совет, но я в таких случаях предпочитаю медитацию.
– Вы умеете медитировать? – Глаза у Стаси были похожи на тенистые озёра. – Это моя мечта! Всегда хотела научиться. Но у меня никак не получается абстрагироваться от мыслей. Только сяду – и начинается: «Надо не забыть включить посудомойку… А что готовить на ужин?.. Почему я вспомнила своего одноклассника Артёма, если вообще не думала о нём десять лет?» – Стася всплеснула руками. – А потом ещё больше злюсь на себя, и в итоге вместо дзена – какофония мыслей, будто в голове собрались все радиостанции мира и вещают одновременно.
Она рассмеялась.
Стася принадлежала к тому типу девушек, которые умели дружить со всеми, включая детей, стариков и животных. Раскованная, улыбчивая, открытая – она понравилась мне не меньше, чем Марк.
– Так вы уже на правильном пути, – одобрила мама своим консультативным тоном. – Замечать мысли – это и есть первый шаг. Дальше – не включаться в них. Представьте, что вы в кафе, а это – шум с соседних столиков. Он есть, но это не ваш разговор. Медитация – не про отключение мыслей, а про умение оставаться спокойной даже тогда, когда они приходят. Умение отключаться – миф. А вот умение переключать внимание – навык.
Выражение лица Стаси сделалось зачарованным, она явно принадлежала к маминой целевой аудитории.
Я поднялась со скамейки:
– Нам пора.
– Нам пора, – повторила мама. – Попробуйте почитать Тита Нат Хана «Мир в каждом шаге» или Джона Кабат-Зинна «Куда бы ты ни шел, ты уже там».
– Подождите! – окликнула нас Стася, протягивая маме её упавшие и запылившиеся очки. – А заходите к нам в гости. Сто семьдесят восьмой участок. Я сегодня как раз обещала Марку испечь ром-бабу.
– Ещё раз благодарю, – мама взяла очки. – Мы сейчас уезжаем, но как-нибудь в следующий раз, надеюсь, обязательно устроим чаепитие.
– Ты правда в порядке? – спросила я её, когда мы немного отошли.
– Более чем, – неопределённо ответила она.
– Тогда я зайду попрощаться с Лёшей?
– Конечно! А я пока соберу вещи.
Лёха нашёлся в доме.
Я позвала из прихожей, и он сразу вышел ко мне босиком и в шортах, со стаканом клубничного компота, запах которого невозможно было спутать ни с чем.
– Доброе утро, – сказал он. – Как там мама?
– На неё только что в лавке Оля набросилась. Толкнула и пыталась ударить.
Лёха закрыл глаза ладонью в молчаливом жесте испанского стыда.
– Что? – Я смотрела с вопросом.
– Мне реально стыдно, Варь, – он потупился, разглядывая свои босые ноги. – Хочешь, накажи меня.
– Как?
– Я не знаю.
– Мы уезжаем.
– Что? – Он тут же резко вскинулся: – Почему? Зачем? Из-за Оли?
– И из-за неё тоже. Ты обещал, что разберёшься, а она совсем с катушек слетела. Грозилась нам дом поджечь.
– Я сейчас же иду к ней. – Он принялся обуваться. – Ты ведь меня отпустишь?
– Я больше не буду за тобой присматривать. Сейчас позвоню твоей маме и скажу это. Так что радуйся, теперь ты вольная птица. Вряд ли они сорвутся приезжать. Судя по переписке, тёте Любе там очень нравится.
– Нет, Варь, – Лёха засуетился, схватил меня за руку и потащил за собой на кухню, где усадил на стул и, встав передо мной, скрестил руки на груди.
На его голом животе блестели капли пота, а на плече я заметила свежую Мусину царапину.
– Вот скажи, куда ты поедешь, если мы ещё не нашли девочку? Я подумал, что
