Главный врач - Нина Викторовна Романова
– И что со всем этим делать?
– Гость сам решает, хочет ли он добавить дополнительные ингредиенты, и если да, то какие и сколько, – пояснила Костина.
Нина помедлила и, подцепив ложкой сухарики, бросила в тарелку. Ирина тем временем комментировала рецепт:
– Компонентов много, поэтому загадок загадывать сегодня не буду. Замечу только, что исторически овощи перетирались с кусочками льда, так как родина блюда – жаркая страна. Я традиционно готовила на бульоне.
Она взяла ложку, попробовала суп и, удовлетворённо кивнув, продолжила:
– Итак, берём пять-шесть очень спелых помидоров, три красных сладких перца, два зубчика чеснока, всё это режем, добавляем две столовые ложки оливкового масла и бланшируем. Во время готовки удаляем кожицу с томатов.
Нина, внимательно слушая, наслаждалась обедом.
– Добавляем два стакана томатного сока, две столовые ложки красного сухого вина, половину очищенного свежего огурца, веточку петрушки, соль, перец по вкусу и заливаем в миксер.
Нина кивала, соглашаясь с описанием процесса.
– На любителя можно положить одну луковицу или острый соус, – закончила Ирина.
– По мне и так хорошо, – отметила Лето.
– Можно всё то же самое, но без помидор. Тогда потребуется чуть больше огурцов, перец зелёный вместо красного и три веточки петрушки. Это будет зелёный гаспаччо, – предложила ещё один рецепт Ирина, отдавая должное супу в тарелке.
– Исключительная вкуснятина! – отодвигая пустую тарелку, заявила Лето. – Ты готовишь лучше Малаковой, – с уверенностью заявила она.
Костина рассмеялась:
– А что, Малакова у тебя до сих пор была эталоном?
– До сих пор да, – кивнула подруга, – но с сегодняшнего дня пальма первенства передаётся тебе. Теперь давай про Испанию, – потребовала гостья.
– Про Испанию можно рассказывать бесконечно, – вздохнула Ирина, – даже не знаю, с чего начать. Моя мечта – Билбао. Убийственная архитектура, начиная с одиннадцатого века: замки, дворцы, домики, налепленные на горках…
– Ты расскажи, что нового узнала, – посоветовала Нина, – на описание красот, кухни и вин не хватит рабочего дня. Это надо отдельно собираться.
– И то правда, – согласилась Костина, – ну а новое… – она помедлила. – Есть и новое! Я впервые услышала о культуре Мудехар! Нинка, это потрясающая вещь! Это абсолютно уникальный синтетический стиль в архитектуре и живописи – сочетание арабской, еврейской и христианской культур. Там и готика, и мавританское искусство, и ренессанс!
– Боюсь тебя разочаровать, но я в этом совершенно не разбираюсь, – вздохнула узистка, – мне гаспаччо ближе и понятней.
Костина закатила глаза и притворно вздохнула:
– Чему вас только в медицинских институтах учат!
– Ещё чего интересного видела? Для публики попроще? – спросила Лето.
– На площади Испании посидела у мозаики «Дон Кихота», – начала перечислять любительница путешествий, – надеюсь, Дон Кихота помнишь из школьной программы?
– Ага, – с улыбкой кивнула Нина.
– В соборе Святой Марии видела гробницу Христофора Колумба, – продолжала перечислять подруга, – кстати, там захоронено только сто пятьдесят граммов его праха.
– А где остальной? – удивилась Нина.
– Неизвестно, – сделала загадочное лицо Ирина.
– Иадо поинтересоваться у Сиротина, – подражая рассказчице, состроила мину Лето.
В кармане пиликнул телефон, оповещая, что пришло сообщение. Прочитав его, Нина поднялась с дивана.
– Хорошо у тебя, вкусно, но пора идти. Мы сегодня с Тёткиным к Люсе в гости собираемся, – объяснила она.
– Передавай привет, – попросила Ирина, помахав вслед Лето рукой.
* * *
По дороге с работы друзья купили пиццу и, счастливые, ввалились в двери дома Кунцевой, занося с собой морозный воздух с улицы. Марик вместо того, чтобы побежать навстречу отцу, бросился в глубь комнаты и спрятался под стол. Кружевная скатерть свешивалась до пола, скрывая озорника.
– Где мой сын? Где Марк Маркович? – громогласно вопрошал Тёткин.
– А вот попробуй найди нашего мальчика, – смеясь, предложила Людмила.
– Не найдёшь – не получишь пиццу, – включилась в игру Нина.
– А я не буду его искать, – громко заявил Марк, – я сам всю пиццу съем, пока он прячется.
Из-под стола показалась весёлая мордашка, и мальчишка, бойко выбравшись на свет, бросился на шею отцу.
– Дай пиццу! – кричал он.
– Маркуша, папа подумает, что я совсем тебя не кормила, – веселилась Люся, теребя малыша за пятки.
Тот, дёргая ножками, заливался счастливым смехом.
Все потянулись на кухню и, рассевшись, принялись за угощение. Марк поглядывал на Людмилу Борисовну и удивлялся, какая разительная перемена произошла с ней за каких-то пару дней. Она шутила, смеялась, трепала Марика за вихры, подливала всем чая и, казалось, была счастлива.
– Мы ходили на выставку художников-кукольников «Мишка с куклой», – рассказывала женщина.
– Да, слышала про такую, но никогда не была, – кивнула Нина.
– И я не была, хотя каждый год собиралась, а вот сегодня с Маркушей пошли.
– Что-то купили? – спросила Лето.
Марик соскочил с колен отца и, бросившись в комнату, вернулся с плюшевым медведем.
– Красотища какая! – ахнула Нина.
Мальчик протянул игрушку Тёткину.
– Спасибо сказал? – спросил тот.
– Спасибо, – пролепетал ребёнок.
– Спасибо не мне, а Людмиле Борисовне, – поправил мужчина.
– Он меня зовёт Люсей, – подсказала Кунцева.
– Что значит «Люсей»? Это как-то не совсем…
– Это совсем в самый раз, – прервала его Людмила.
Марк замолчал и, чтобы заполнить возникшую паузу, взял очередной кусок пиццы.
– Мне там безумно понравился заяц, – принялась рассказывать Кунцева, повернувшись к Нине. – Знаете, такой совершенно старомодный, каких делали на фабрике игрушек в нашем детстве: сшит по выкройке шестидесятых годов, настоящий плюш и набит опилками.
– М-м-м, – промычала одобрительно Лето, – правильный заяц.
– Абсолютно правильный! Я его щупала, перебирала опилки через шкурку, смотрела в глаза-бусинки… такая ностальгия по детству.
– Чего не купили? – спросила Нина.
– Не знаю. Жалею, нужно было взять, теперь спать не буду, – улыбнулась Люся.
– Так надо пойти и купить, – выступил с предложением Марк.
– Только через год – последний день выставки сегодня был, – вздохнула Кунцева.
Марик доел пиццу, охватил медведя и побежал в комнату.
– Людмила Борисовна, я хотел посоветоваться с вами, – начал Марк Давыдович, – у нас не совсем однозначная ситуация с Сириным.
Нина поднялась и отправилась в комнату за малышом, предоставляя Тёткину возможность поговорить с Людмилой наедине. Та, внимательно выслушав, спросила:
– То есть это случилось не раз и не два, а происходит систематически?
– Похоже, что так.
– Я советую вам для начала лишить его премиальных, которые он фактически получает незаслуженно.
Тёткин кивнул:
– Я с вами согласен, так и сделаю.
Марик снова прибежал на кухню и повис у отца на шее.
– Нам, наверное, пора, – вздохнул Тёткин, – умываться и спать.
– Вы, пожалуйста, приводите его
