Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова
Тут она одернула себя. С какой стати это ее беспокоит? Ее это совершенно не касается. Наверняка он здесь по каким-то военным вопросам. Возможно, среди экипажа есть дезертиры. Хотя нет – за дезертирами явилась бы военная полиция в форме. Этот человек здесь по другому делу. А вдруг он шпион или диверсант? Она покачала головой, коря себя за собственную глупость. Она слишком долгое время провела в море, не имея возможности поговорить ни с кем, кроме переживших потрясение товарищей по несчастью и страдавшей излишне живым воображением сестры. Сейчас ей нужно сойти на берег, получить жалованье и придумать новый план.
Поппи снова посмотрела на военного, их взгляды встретились. В его лице что-то промелькнуло – как будто узнавание. Но ведь они прежде никогда не встречались! Она наверняка запомнила бы такого мужчину. Он отвел взгляд, осматривая остальных членов экипажа, потом снова посмотрел на нее.
Тендер был уже у самого берега. На конце пирса, расположенного поодаль от остальных и огороженного высоким металлическим забором, показалась пара портовых рабочих. С высоты верхней палубы Поппи видела, как толпа репортеров и родственников припустила бегом по дороге, которая вела к этому причалу. Послышались трели свистков, и фаланга одетых в униформу полицейских принялась теснить толпу, стремительно становившуюся все более буйной.
Пока тендер швартовался, толпа неистовствовала, выкрикивая имена и вопросы.
– Генри! Генри Бейли!
– Мой Альберт с вами?
– «Дейли мейл» заплатит за интервью!
– А наблюдатель, он с вами?
– Почему нам не дают с ними увидеться?! Я привезла детей!
Поппи и Дейзи взяли свои пальто и последовали за остальными членами команды к лестнице, которая вела вниз. Очередь двигалась медленно, потому что многие то и дело останавливались, вглядываясь в толпу в поисках знакомых лиц. Пока они еще находились на верхней палубе, рассмотреть кого-то было проще. Целых десять дней Поппи воспринимала этих людей не как отдельных личностей – отцов, братьев или сыновей, а исключительно как членов экипажа «Титаника», которым посчастливилось остаться в живых. Теперь, когда они махали руками и выкрикивали имена, Поппи увидела в них тех, кем они были на самом деле: людей, зарабатывавших на жизнь себе и своим семьям. Возбуждение рябью прокатывалось по толпе всякий раз, когда кто-нибудь находил знакомое лицо, но Поппи понимала, что на каждую воссоединившуюся семью найдется две, а то и три, в которых один из стульев за столом отныне всегда будет пустовать.
Поппи почувствовала, как кто-то слегка задел ее, пока она ждала своей очереди у трапа. Она обернулась и увидела Салливана. Тот не смотрел на толпу. Все его внимание было сосредоточено на Дейзи. Внезапно он взял у нее из рук сумочку и сказал:
– Позвольте мне ее понести. Не хочу, чтобы вы споткнулись и свернули себе шею так близко от дома.
Дейзи бросила на него странный взгляд, выражение которого Поппи никак не могла разобрать. Затем она тут же покраснела и опустила глаза. Судя по всему, между ними что-то произошло, но Поппи не могла понять, что именно.
Салливан решительно протянул руку и взял сумку и у Поппи.
– Не бойтесь. Я их верну. Все будет в порядке, – сказал он, улыбнувшись обеим сестрам.
Толпа становилась все беспокойнее – ограждение, казалось, вот-вот не выдержит. Полиция в ответ образовала кордон, оставив лишь узкий проход для прибывших. Когда Поппи и Дейзи уже готовились пройти сквозь строй обливающихся потом полицейских мимо обезумевшей толпы, рядом с ними вдруг объявился раненый военный.
– Позвольте мне сопроводить вас, – тихо произнес он.
Дейзи непроизвольно улыбнулась ему.
– О боже! А кто вы? – спросила она.
– Капитан Гарри Хейзелтон, – ответил он. – Я не могу помешать тому, что сейчас происходит, но сделаю все, что в моих силах, чтобы вам помочь.
Поппи, всегда смущавшаяся, когда симпатичный мужчина обращался к ней, застыла на месте, загородив дорогу другим членам экипажа, переминавшимся с ноги на ногу за ее спиной.
– Я не понимаю, что происходит. Почему мы здесь?
– Полагаю, «Уайт стар лайн» защищает свои интересы, – ответил Хейзелтон. – Просто идите вперед. Но не поднимайте головы. Едва ли вы хотите, чтобы ваши фото оказались во всех газетах.
Поппи и Дейзи зашагали дальше, а капитан, прихрамывая, пошел рядом с ними.
– А мы можем отсюда как-то ускользнуть? – Дейзи даже не пыталась понизить голос.
– К сожалению, нет ни малейшей возможности, – ответил их спутник. – Причал надежно охраняется.
Оживление на лице Дейзи сменилось страхом.
– Мы арестованы?
– Не думаю.
Поппи, пользуясь преимуществом своего высокого роста, видела, что их ведут в железнодорожный зал ожидания. Она надеялась, что это означает, что их отвезут на поезде в Саутгемптон.
– Вам помочь отыскать багаж? – вдруг предложил Гарри.
Поппи не смогла сдержать улыбки.
– У нас ничего нет, – ответила она. – Все пошло ко дну вместе с судном.
– Но нам дали одежду в Нью-Йорке, – перебила ее Дейзи. – Наши сумки у Салливана.
– У Салливана?
Дейзи указала на светловолосую голову кочегара, возвышавшуюся над толпой.
– Он кочегар. Из Австралии, – тут она понизила голос: – Думаю, он – преступник.
Поппи не удержалась и выступила в защиту Салливана.
– Сколько раз я тебе говорила, Дейзи? Не все австралийцы – преступники.
– Мне забрать сумки у него? – спросил Гарри.
– Думаю, он вернет их сам, – ответила Поппи. – Уверена, он – не преступник. К тому же там нет ничего, что могло бы его заинтересовать.
– Говори за себя, – мрачно буркнула под нос Дейзи.
Они медленно плелись вперед, подгоняемые напором людей, пока не оказались перед входом в здание. Поппи увидела, что вместо обычных скамей в зале ожидания расставлены складные столы и стулья. Заглянув в соседнюю открытую дверь, она с тревогой заметила другой зал, в котором рядами были расставлены армейские походные кровати. Может быть, официально они и не были под арестом, но Поппи не оставляло ощущение, что они стали узниками.
У дверей стоял полицейский в форме, усердно сверявший имена со списком. Капитан Хейзелтон остановился рядом с ним, не замечая, что задерживает очередь.
– Что здесь происходит? – спросил он.
Полицейский посмотрел в глаза капитану и, похоже, понял, что говорит с человеком, привыкшим отдавать приказы.
– Мне было дано распоряжение накормить прибывших обедом, – ответил он.
– Я здесь никакого обеда не вижу.
– Я тоже, – пожал плечами полицейский.
– Что еще вам сказали?
– Мы должны держать экипаж здесь до дальнейших распоряжений.
– Что-нибудь
