«Руководство скептика по Вселенной»: Как отличить реальность от вымысла в мире, который тонет в фальши. - Steven Novella

том, что материя — это все, что существует, — единственный вид субстанции, о существовании которой в природе можно говорить. Материализм прямо противостоит дуализму и другим философиям, постулирующим духовный или нематериальный аспект бытия. Например, некоторые сторонники экстрасенсорного восприятия (ЭСВ) верят, что наш разум помимо физического мира существует еще и в духовном мире, и именно в этом духовном мире происходит наше «аномальное познание».

Любое жизнеспособное современное определение материализма должно включать в себя энергию, силы, пространство-время, темную материю и, возможно, темную энергию — и все остальное, существование чего в природе доказано наукой. Таким образом, материализм — это на самом деле просто проявление натурализма, философии, утверждающей, что природа (во всех ее аспектах) — это все, что существует, и нет ничего сверхъестественного. На самом деле термин «материализм» в его широком понимании сегодня малоприменим и используется в основном в узком контексте применительно к сознанию (представление о том, что сознание — это функция мозга), где он противостоит дуализму (убеждению, что сознание — это самостоятельная нефизическая субстанция).

На это можно посмотреть и иначе: если ученые обнаружат существование чего-то, что ранее считалось сверхъестественным, то оно станет естественным, поскольку будет доказано, что оно является частью природы. Некоторые утверждают, что из-за этого материализм превращается в бесполезную тавтологию (определение, ссылающееся на самого себя), но это упускает из виду самое главное. Определение материализма на самом деле больше касается метода; оно касается проверяемых причин, которые мы можем исследовать научно. Соответственно, «сверхъестественное» — это магия, которую невозможно проверить экспериментально.

Все это важно, потому что существует широкое «антиматериалистическое» движение, которое включает в себя концепцию Разумного замысла (ID), дуализм и различные целительские лженауки. Им, как правило, не нравится, что современная наука не подтвердила их духовные убеждения, поэтому они нападают на сами основы науки. Хотя они открыто нападают на «материализм», правильнее было бы назвать их «антинатуралистами» — они не верят, что природа — это все, что есть, и хотят, чтобы наука подтвердила их веру в сверхъестественное. Но, полагаю, в пропагандистских целях выгоднее выступать против материализма, чем против природы.

Методологический натурализм

Настоящие споры ведутся о том, обязана ли наука следовать методологическому натурализму (а она явно обязана). Философский натурализм — это метафизическое убеждение в том, что природа — это все, что существует, в то время как методологический натурализм означает действовать так, будто природа — это все, что существует, оставаясь при этом агностиком в отношении более глубоких метафизических вопросов. Методологический натурализм постулирует, что природа — это все, что мы можем познать, независимо от того, является ли она всем, что существует (чего мы по определению знать не можем). Например, возможно, что вся Вселенная была создана пять секунд назад всемогущим существом, которое придало ей в точности такой вид, будто она эволюционировала естественным путем на протяжении миллиардов лет. Не существует метода, способного отличить подобную реальность от Вселенной, которая действительно развивалась миллиарды лет, поэтому такое представление лежит за рамками методологического натурализма и науки.

Требует ли наука методологического натурализма? Да. Эта философская битва велась в прошлые века — и натуралисты победили. Битва окончена. Но антинатуралисты хотят ее возобновить, и поскольку они не могут победить на поле науки, они хотят бороться на арене общественного мнения, а затем в юридической и академической сферах.

Ключевая особенность методологического натурализма, делающая его столь важным для науки, заключается в том, что его идеи проверяемы. Сверхъестественные причины по определению неопровержимы (нефальсифицируемы), и поэтому научные методы неприменимы к ним. Это похоже на ставшую знаменитой карикатуру, где математик выводит сложнейшее уравнение, но в одном месте просто пишет: «А затем происходит чудо». Его коллега указывает на это место и говорит: «Думаю, во втором шаге тебе стоит выразиться поточнее».

Наука не может сказать: «А затем происходит чудо». Не существует способа провести эксперимент или наблюдение, способные проверить чудо. Чудеса по определению противоречат естественным силам или объяснениям. Их невозможно ограничить, что является обязательным условием для любой гипотезы, которую можно опровергнуть.

Наука не утверждает — и не может утверждать, — что вся жизнь на Земле не была создана в один миг всемогущим творцом. Она агностична по отношению к подобной вере. Наука может лишь сказать, что такая гипотеза лежит вне ее сферы, поскольку ее невозможно проверить научным путем. Это и есть методологический натурализм.

Доказательством того, что главным камнем преткновения здесь является именно критерий проверяемости методологического натурализма, служит судебный процесс «Китцмиллер против Довера», касавшийся преподавания концепции разумного замысла (РЗ) на уроках естествознания в государственных школах. Ниже приведен длинный отрывок из решения федерального окружного суда, из которого ясно следует: сторонники РЗ хотят обойти критерий проверяемости в науке.

НАН [Национальная академия наук] согласна с тем, что наука ограничивается эмпирическими, наблюдаемыми и, в конечном счете, проверяемыми данными: «Наука — это особый способ познания мира. В науке объяснения ограничиваются теми, которые могут быть выведены из подтверждаемых данных — результатов, полученных в ходе наблюдений и экспериментов, истинность которых может быть доказана другими учеными. Все, что поддается наблюдению или измерению, пригодно для научного исследования. Объяснения, которые не могут быть основаны на эмпирических доказательствах, не являются частью науки». (Р-649 на стр. 27).

Эта строгая приверженность «естественным» объяснениям является неотъемлемым атрибутом науки как по определению, так и по общему согласию. (1:63 (Миллер); 5:29-31 (Пеннок)). Мы согласны с ведущим экспертом истцов доктором Миллером в том, что с практической точки зрения приписывание нерешенных проблем природы причинам и силам, лежащим за пределами естественного мира, является «тупиком для науки». (3:14-15 (Миллер)). Как объяснил доктор Миллер, стоит лишь приписать причину непроверяемой сверхъестественной силе — утверждению, которое невозможно опровергнуть, — как исчезает всякий смысл продолжать поиск естественных объяснений, ведь ответ уже якобы найден. Там же.

РЗ основывается на сверхъестественной причинности, как мы объясняли ранее и как показали показания различных экспертов. (17:96 (Падиан); 2:35-36 (Миллер); 14:62 (Алтерс)). РЗ берет природное явление и вместо того, чтобы принять или искать естественное объяснение, утверждает, что это объяснение сверхъестественно. (5:107 (Пеннок)). Дополнительное подтверждение вывода о том, что РЗ основывается на сверхъестественной причинности, содержится в учебном пособии по РЗ «Панды», к которому отсылают учащихся девятых классов. В «Пандах» в соответствующей части утверждается следующее:

«Дарвинисты возражают против концепции разумного замысла, поскольку она не дает объяснения на основе естественных причин того, как возникли различные формы жизни. Разумный замысел означает, что различные формы жизни возникли внезапно, посредством некоего разумного агента, уже обладая своими отличительными признаками: рыбы — с плавниками и чешуей, птицы — с