Повседневное противостояние в мире монстродевушек - Вячеслав Танков
— Император сам возглавит поход?
Не хотелось бы мне ссориться с правителем Империи, но если все к этому пойдет, придется заранее позаботиться о том, чтобы люди навсегда забыли о войнах с ушастыми. Даже если придется под корень вырезать их правящую верхушку.
— Что? О, нет, — смеется Дюк. — У Дитриха хватает здесь проблем! К тому же он не настроен атаковать зверолюдов только потому, что те решили обосновать в Пограничье свой конклав.
— Не понимаю, — признался я. — Если Император против, то кто поведет войско? Как вообще можно устраивать поход против его воли⁈
— Высокая политика, — вздохнул граф. — У Дитриха связаны руки. Его власть безгранична… но только на словах. Время силы давно прошло. Сейчас большая власть сосредоточена в руках Церкви. Именно она и спонсирует поход и все, что с ним связано. Экспедицию в том числе. Императору приходится соглашаться с этим, чтобы окончательно не потерять влияние. К тому же на этом походе настаивает большинство придворных и знати, желающей обогатиться за чужой счет. Даже если там окажется голая земля, войско захватит богатый товар в виде самих зверолюдов! Империя сильно нуждается в дешевой рабочей силе… Впрочем, я снова отвлекся. Теперь, когда вы поняли цель вашего прибытия, я бы хотел побольше узнать о вас лично. Говорят, вы прибыли в столицу всего несколько дней назад, но успели исцелить немало зверолюдов и даже ратника из местной стражи? Это правда?
— Правда, — не стал скрывать я. — Я воспользовался зельем, но и сам немного понимаю во врачебном искусстве?
— А магия? — насторожился тот. — Владеете ли вы магией Жизни? У меня есть свидетели, которые заметили, как вы лечили наложением рук!
— Верно, — киваю я. — В своей деревне учился у раненого паладина, который помог мне стать его учеником и развить дар Исцеления. Конечно до полноценного паладина мне далеко, но кое-что я умею…
— Это замечательно! — перебил меня Дюк, хлопая в ладоши. — Я лично осматривал того солдата, которого подрали волкодлаки! По его словам, он был не так уж далек от смерти из-за сильной кровопотери… Послушайте, Магнус… У вас есть мечта? Не говорите! Наверняка она у вас есть. Вы ведь прибыли сюда издалека? Не желаете осесть и закрепиться в столице? Империя сильно нуждается в целителях, особенно, в одаренных…
Какая-то тень промелькнула на лице Дюка при этих словах, но я решил не заострять на этом внимания. Тем временем, граф продолжил:
— Если у вас нет средств, то я могу поручиться за вас в нашей Академии. Конечно, сначала у вас будет лишь комната, зато со всеми удобствами, бесплатное двухразовое питание в столовой и другие возможности! Империи нужны сильные одаренные маги, поэтому можете не беспокоиться за свое обучение! А со временем получите отдельный дом! Да, чуть не забыл! Естественно, вы получите гражданство и постоянный пропуск во Внешний город!
— Внешний? — переспросил я. — В смысле между третьей и второй стен?
— Верно, — кивнул Бэкингем. — Вы ведь уже поняли, что кого попало туда не пускают, за исключением торговцев. Да и то — только на время торговли. Конечно, кроме обычных горожан там полно и мигрантов, жуликов и прочего быдла, но тут я вам уже ничем помочь не могу.
— Меня это полностью устраивает, — улыбнулся я. — Правда у меня уже есть дом между третьей и четвертой стен…
— В трущобах, — кивнул Дюк. — В поместье бывшего герцога Имерильского… О, не переживайте, из его родни почти никого не осталось, а те, кто еще жив, не будут предъявлять вам никаких претензий за проживание в том особняке. Он ведь проклят… был, я правильно понимаю, вы очистили его? Ага… То есть, вы кроме умений Целителя еще и другими навыками владеете? Ах да, вас обучал Паладин! Понятно, это многое объясняет. Кстати, раз уж речь зашла о ваших чудесных навыках… У меня будет к вам одна просьба… Личная просьба…
Глава 2
Проклятый предмет
Просьба графа не стала для меня неожиданностью. Понятное дело, что знатный лорд не будет тратить время и поднимать связи ради какого-то чужака-простолюдина, пусть и обладающего редким даром исцеления. А я уж было подумал, что передо мной редкий доброхот, заботящийся хотя бы о благе своей родины.
Как бы не так. Все они в первую очередь думают только о себе и своих близких. Нет, это вполне понятное чувство, я сам такой — думаю только о себе и своей Семье. Но все же хотелось верить в то, что этот человек и в самом деле печется об империи… Хотя, зачем мне сдалось возвышение страны, желающей паразитировать за счет других рас? Правильно — незачем.
— Моя единственная красавица-дочка тяжело заболела, — рассказывает граф, шагая по широкой лестнице на третий этаж своего каменного особняка. — Вот уже полгода не встает с кровати и хиреет день ото дня. Ни один Целитель не понимает в чем дело и никто не может помочь. К кому я только не обращался. Все как один разводят руками.
— А Церковь?
— Даже они, — вздыхает Дюк. — Честно говоря, мы давно отчаялись, но вы — человек новый. Кто знает, вдруг у вас получится хотя бы облегчить ее страдания? Ладно я уже успел пожить на этом свете, но чем перед Единым провинилась крошка Мэри⁈ А, не обращайте внимания, я тысячу раз задавал небесам этот вопрос, но так и не получил ответа…
Молчу, не желая ни обнадеживать графа, ни отказывать ему. Впрочем, Бэкингему сейчас нужно просто выговориться. Думаю, он все же неплохой человек, на что указывает его прислуга, наполовину состоящая из зверолюдей. Ни у кого из них я не заметил клейма, даже магического. Значит, они служат ему за деньги, еду и кров, что сильно меняет отношение конкретно к этому дворянину. Да, он на стороне Церкви, желающей устроить Крестовый поход против ушастых лишь на том основании, что они смеют где-то там в неизвестном месте строить укрепления… Но я не ощутил в его голосе особой уверенности в том, что представители веры поступают правильно. Скорее всего граф просто всю жизнь положил во имя Империи. И теперь, когда Именем императора объявляют о скором начале короткой, но победоносной войны, ему приходится просто играть по правилам, пусть их установила Церковь, а не сам правитель людей. Быть может, если мне
