Божественная комедия в цитатах и афоризмах - Данте Алигьери

Чистилище. Песнь 29 (1)

Меж тем все ближе светочи мигали; Они то ль солнца луч при свете дня, То ль пояс лунный мне напоминали, Семиполосно воздух и волну Окрашивая яркими цветами. Но глаз не мог измерить их длину. * * * И светочей эдемских трепетанье Бесстрастно затмевало лунный свет, Долину заливающий в молчанье Покойной ночи…

Песнь 30

«Откроюсь вам: в минувшие года Я рядом с этим смертным проживала. Мы в детстве с ним играли иногда, И нежность наши души овевала. Когда ж в минуты сладостные те Я жизнь свою на вечность променяла, Чтоб обновиться в новой красоте, Он от меня отрекся за мгновенье И присягнул обманчивой мечте». * * * Явился демон-искуситель, И ввел в соблазн, что мучает людей. Тогда поэта в адскую обитель Я завлекла и в скорбный мир теней Сама спустилась, горестно рыдая, Чем тронула певца минувших дней.

Чистилище. Песнь 30

«Поэт, к тебе должна вернуться сила. Узнал ли, кто беседует с тобой, Иль Данте снова память изменила? Я – Беатриче, на горе Святой Живущая теперь, как в стенах храма, Где властвуют лишь радость и покой». И я глаза отвел, не в силах прямо Взглянуть на деву…

Песнь 31

«Скажи мне, жалкий грешник, без смущенья: Как мог ты так легко и быстро пасть, Повергнутый в пучину заблужденья? Какая сокрушительная страсть Дороже стала, чем Господня милость?» * * * «Но кто же мне доступно объяснит, Как мог ты, схоронив меня в могиле, Оплакав средь иных могильных плит, Дать волю новой страсти, новой силе?» * * * К чему скрывать? Меня к себе манила Жизнь ложная, которой я любил Бездумно, беззаботно предаваться. Я прежние мечты свои забыл. Мне весело казалось заблуждаться, Вкушая сладость тайную грехов, И от соблазнов мира отказаться Я не умел. Вот мой удел каков».

Чистилище. Песнь 31

Но предо мной три женщины предстали, Как бы сияя в трепетном огне. На Беатриче поглядев вначале, Они ту песню спели по пути, Слова которой в душу мне запали: «О Беатриче, взоры обрати На смертного! Дорог не выбирая, Сюда спешил он, чтоб тебя найти. Взгляни же на него, о дева Рая, И милостью своею удостой, Тебя переполняющей до края».

Песнь 32

«Видно, ты забылся. Со мной ты согласился без труда Затем лишь, что из Леты вод напился. Как дым есть вестник пламени всегда, Так и твое забвение, бесспорно, — Изобличенье прошлого стыда, Грехов, какие ты свершал упорно. Чем больше заблуждений у людей, Тем память их короче…» * * * …Читатель, я стократно бы воспел Ту влагу, то волнение хмельное, Что меж глотками испытать успел, Но здесь как раз кончается вторая Часть повести моей… Спокоен, смел, Из вод священных, что текли играя, Я вышел, распрямившись в полный рост, Живой и чистый, словно зелень Рая, Чтоб устремиться к свету вечных звезд.

Чистилище. Песнь 32

«Блудницу вдруг увидел я. Она, Одеждою не прикрывая стана, Смотрела дерзко, наглости полна. С ней рядом я заметил великана, Который ту блудницу охранял, И с нею целовался беспрестанно; Когда же взгляд блудницы он поймал — Мне брошенный, взор сладострастно-жадный, То грозно бичевать подругу стал».

Чистилище. Песнь 33

Семь жен святых остановились вдруг Там, где кончалась тень листвы зеленой, Как в Альпах, где шумит кудрявый бук И где лесной ручей журчит по склонам. «Там Тигр бы мог, – я думал, – и Евфрат Раздвоиться подобно двум влюбленным». О светоч, чьих лучей боится взгляд, Что за река бежит двумя ветвями, Как сестры, меж которыми разлад?»