Ленд-лиз для СССР: Экономика, техника, люди (1941—1945 гг.) - Ирина Владимировна Быстрова

Три других инженера Танкового отдела работали в портах отгрузки. Один инженер находился в танковом центре в качестве представителя Танкового отдела при отделе технического снабжения.

Ход выполнения обязательств по ленд-лизовским поставкам танков выглядел следующим образом. В числе обязательств, по Второму протоколу было заказано 3822 легких танка и 3678 средних. «Новые средние танки М4А2 должны были постепенно заменить средние танки М2, которые было намечено снять с вооружения вообще». Поставки запчастей и инструмента оставались хронически отстающим участком работы. В связи с этим Танковый отдел ПЗК применял самые «различные методы для получения недостающих предметов, но успеха не имел». По сообщению работников отдела, они дважды пошли на «крайние меры»: несмотря на то, что срывался план отгрузки, «мы решили не принимать танки без пулеметов. Наши танки, с нашей маркировкой, были немедленно взяты англичанами». В целом, по их мнению, «опыт показал, что мы этим ничего не добьемся, кроме как [того, что был] сорван план протокольных поставок». Эти отказы явились одной из причин недопоставок танков по сравнению с планом.

Эти сложные противоречия привели даже к отказу советской стороны от американских танков — низкого качества и плохо укомплектованных — и полному прекращению поставок танков в январе 1943 г. Согласно отчету Танкового отдела ПЗК, этот отказ от танков «произвел большое впечатление в Америке. Буквально накануне нашего отказа американские газеты усиленно восхваляли советские танки типа М–3», ссылаясь на «сведения из СССР и Америки, что американские танки работают хорошо». Правда, «на второй день после нашего отказа те же газеты писали, что русские отказались от танков потому, что они не могут эксплоатировать (так в документе. — Примеч. авт.) культурные машины. Однако это никого не ввело в заблуждение, и в Америке много было разговоров о том, что американское вооружение является худшим в мире. Генерал Клей, который имеет близкое отношение к производству танков, приходил в Комиссию и просил дать иное освещение причин нашего отказа, чтобы смягчить произведенное впечатление»[571].

Положение Танкового отдела ПЗК в связи с прекращением поставок танков в январе 1943 г. резко изменилось, штаты отдела были сокращены в два раза. Отношения с американскими органами резко ухудшились, в частности, по словам работников отдела, «Военное министерство лишило нас права посещать танковые заводы»; представители отдела были сняты с танковых арсеналов, что вызвало «прекращение всякой связи с американской танковой техникой».

Что было еще хуже — «почти полностью прекратилась отгрузка бронемашин и вездеходов, хотя от них мы не отказывались». Броневездеходы прекратили поставлять в ноябре 1942 г., в бронемашины не отгружались с декабря 1942 по апрель 1943 г.

В связи с прекращением поставок бронетехники в Танковый отдел были переданы из Автоотдела такие изделия «гражданского» машиностроения, как тракторы и трейлеры.

По Третьему протоколу поставки возобновились, было заказано бронетанкового вооружения на общую сумму 222 млн долларов. В протокол было включено 2000 средних танков М4А «Генерал Шерман», которых по Второму протоколу было отправлено только 219 штук. Поскольку Третий протокол стартовал с 1 июля 1943 г., особый интерес советского руководства к танкам во многом можно объяснить стратегическими замыслами летней кампании — предстояли крупнейшие танковые сражения на Курской дуге, где немцы, как известно, применили свои новейшие танки «Тигр» и «Пантера».

Танковый отдел вновь приступил к поставке танков. Кроме того, отдел получил трактора и танковые трейлеры, которых раньше не было. Отдел получил больше заданий, чем это было в периоды Первого и Второго протоколов. Личным указанием наркома А. И. Микояна количество инженеров отдела было увеличено с 7 до 13 человек.

При этом и в течение нового протокола системные недостатки, связанные с поставками и отгрузками танков и запчастей, не прекратились. Вопрос об ускорении поставок ставился на протяжении всего действия Третьего протокола, но без больших успехов.

Одним из наиболее заметных «провалов» была следующая история: «Несмотря на категорические указания народного комиссара об отгрузке танков на Владивосток, указание это выполнено не было. Основная причина — «работники Западного берега не знали пароходов, на которых танки должны были грузиться. Когда пароходы прибывали, то выяснялось, что на них нельзя грузить танки вовсе или в очень ограниченном количестве. В октябре месяце Западный берег прекратил отгрузку танков, не выполнив программу. Было отгружено только 229 танков. Оставшийся 71 танк перегонялись (так в документе. — Примеч. авт.) на Восточный берег и были отгружены на Юг. Наблюдая наши темпы отгрузки танков в первые месяцы, американцы несколько раз нас спрашивали о причинах этого. Среди офицеров Военного министерства было распространено мнение, что, мол, русские опять решили отказаться от танков»[572].

За период действия Третьего протокола произошли существенные положительные сдвиги в деле поставок танков в СССР. Так, заказываемые советской стороной танки М4А2 подверглись определенным «конструктивным изменениям, которые повысили их боевые качества».

В отличие от предшествующего периода, «все танки отправлялись с полным комплектом инструмента и принадлежностей» и «прибывали в СССР в полной исправности», так что по словам начальника Танкового отдела Пульникова, «мы не получали замечаний Москвы по этому поводу». Более того, согласно договоренности с американцами был установлен порядок, при котором «арсеналы не могли отправлять танки без нашего разрешения, если они не полностью укомплектованы». Последнее правило, впрочем, имело определенные отрицательные стороны: «мы иногда стояли перед фактом срыва программы отгрузки танков только потому, что танки не были укомплектованы чехлами к пушкам»[573].

Порядок поставки танков в этот период выглядел следующим образом: «1. В начале каждого месяца танковый отдел делает письменный запрос в Военное министерство на поставку танков в следующем месяце. В своем запросе мы никогда не делаем заявки меньше, чем на 300 танков, хотя знаем, что 300 танков мы не получим. Делаем это для того, чтобы показать американцам, что наши требования об ускоренной поставке танков остаются в силе.

2. В каждом месяце мы получаем письменный ответ Военного министерства, в котором указывается, что из заявленного нами будет произведено на заводах в следующем месяце. В промежуток между нашей заявкой и ответом американцев мы ведем переговоры с различными отделами Военного министерства, стараясь подготовить получение того материала и в таком количестве, в котором мы его запросили.

3. По мере производства танков и отправки их на арсеналы мы получаем непосредственно с завода телеграммы с указанием даты отправки танков с заводов, номера вагонов и на какой арсенал.

4. По мере поступления танков на арсенал мы получаем с арсенала извещения о поступлении танков.

5. На арсенал выезжает представитель танкового отдела с целью