Нелюбимая. Второй не стану - Ванесса Рай
Мерзавец упирался, бормотал что-то невнятное… — А у нас тут полный комплект, — криво усмехнулся Глеб. — Заказчица убийства, её сообщник — маньяк-убийца. Сейчас люди твоего отца приедут и вытащат из этой, — брезгливо поморщился он, выбирая слово, которым можно назвать мою мачеху, — вытащат из неё имя киллера и всё… Красота.
— Соня, с тобой всё нормально? Он тебя не задел? — Глеб внимательно смотрит на меня.
— Ерунда… Слегка полоснул по ладони, — я только сейчас заметила неглубокий порез на своей ладони.
— Рану надо обработать. Пойдём в дом… И ты бледная. Тебе прилечь надо.
Глава 11
— Соня, ты меня слышишь? — голос Глеба прозвучал совсем рядом, глухо, будто из-под толщи воды.
— Голова… закружилась, — выдохнула я, и собственный голос показался мне каким-то чужим… Тонким и слабым.
Он слегка обнял меня за плечи и повел вперед. Потом усадил на диван в гостиной, на мягкую кожу, которая казалась почти ледяной. Я откинулась на спинку и, пытаясь прогнать накатывающую тошноту, на мгновение закрыла глаза.
— Отпусти меня, Глеб! Ты чего? Я же твой брат! — вопли мерзавца заставили меня вздрогнуть. Я хочу, чтобы он ушел… Исчез. — Какого черта ты меня связал? Что собираешься делать? — орет он, дергаясь и пытаясь освободиться от ремней.
Глеб подошел к брату, схватил его и, не обращая внимания на вопли, потащил через гостиную в сторону спальни моего отца. — Глеб, ты чего творишь?! Хочешь меня этому уроду сдать?! Он же убьет меня! Мы же братья… Глеб. Ты же пожалеешь об этом, — скулил любовник Степановой.
— Я пожалею? Ты уверен? Ты только что девушку хотел убить, козел… — прорычал Глеб сквозь зубы. — А до этого ты что творил? Забыл? Может, тебе напомнить?
В его голосе не было злости. Только беспощадная констатация факта. В этот момент из кабинета вышел отец. Он замер на пороге. Внимательно посмотрел на меня, потом на Глеба, волочащего по полу любовника его жены.
— В чем дело? — спросил он.
— Он на Соню с ножом напал, — бросил Глеб, не останавливаясь.
В глазах отца мелькнуло что-то дикое и первобытное. Он подскочил ко мне, присел перед диваном, схватил мои руки… — Сонька… Дочка… Ты ранена?
Я показала ему на руку с неглубокой царапиной. — Ерунда… Само заживет. Если бы не Глеб, наверное, не сидела бы сейчас здесь… Не везет мне с руками, — горько усмехнулась я. — Левая рука сломана, правая порезана.
Отец резко встал и направился к нападавшему. Его мышцы напряглись, кулаки сжались. Он был похож на разъяренного льва… — Урод… Выродок… — прорычал он. — Я тебя закопаю.
Мерзавец, которого Глеб бросил на пол у стены, вдруг усмехнулся. Злобно, вызывающе… — Ну давай, старый… начинай. Что же ты остановился?! — выдохнул он, глядя ему в глаза. — Я спал с твоей женой, хотел убить твою дочь! Ты же хочешь меня убить — по глаза вижу. Ну, давай, тебе никто не помешает.
Провокация была настолько очевидной, что я начала кричать: — Папа, не трогай его! Он это специально говорит! Просто сдай его, куда надо, пусть отвечает! Не ввязывайся!
Но было уже поздно… Отец, не раздумывая, нанес сопернику пару смачных ударов в лицо, потом резко развернулся и, тяжело дыша, отошел к окну.
Постоял пару минут и подошел к бару, налил себе полстакана виски и залпом выпил. — Сейчас приедут мои люди, — сказал он тихо. — Соня, езжай домой. И ты, Глеб, тоже… Проводи ее, помоги, если нужно.
Фраза «мои люди» прозвучала как приговор. Зловещий и окончательный…
Меня бросило в жар. Я знала, что значит эта фраза. Сейчас мой отец крупный бизнесмен, а раньше был связан с криминалом. Связи у него остались, и сейчас он ими воспользуется.
Странно, что мачеха, зная это, решилась на заказное убийство… Она явно не в себе. Отец может сдать любовников в полицию, а может решить всё иначе. Быстрее и беспроблемнее. От его жены и её сообщников не останется и мокрого места. Они просто исчезнут. А мне бы хотелось, чтобы они предстали перед судом… Чтобы все было по закону. Но закон для отца всегда был понятием растяжимым.
Глеб, молча, кивнул, потом подошел ко мне и протянул руку. — Соня, пойдем? Машина уже возле дома.
Бросаю на брата-предателя пристальный взгляд. А он симпатичный… Даже очень. Крупные, мужественные черты лица, густые, почти черные волосы… Спортивная, подтянутая фигура, красивые, серые глаза. Но это сходство… Его нельзя не заметить! Та же линия скул, тот же разрез глаз. Он был очень похож на Женю… Как две капли воды. И это сходство пугало меня до дрожи. Ведь мужчина, которого я любила, оказался чудовищем.
А вдруг и Глеб такой же? Сейчас он кажется благородным, честным, проявляет симпатию, ухаживает… Но что будет, если я ему доверюсь?
Глава 12
Прошло три недели.
— Я буду омлет с зеленью, — говорю я официанту. — Капучино. Двойной… Еще, пожалуй, вишневый пирог и творожную запеканку с вареньем, — аппетит после тренировки просто зверский.
Глеб рассмеялся. — На зиму запасаешься? — спросил он, с обожанием глядя на меня. — Ни в чем себе не отказывай… Я тебя и полненькую любить буду.
От неожиданности меня даже в жар бросило. Он признался мне в любви! Просто так, вскользь, во время обеда…
Мы с Глебом встречаемся уже три недели, а он ни разу не говорил мне такие слова. Хотя я догадывалась, что дорога ему. Чувствовала… Видела, как Глеб тянется ко мне, как дорожит, как касается, как смотрит. Но о любви он сказал только сейчас…
Я замерла, лихорадочно соображая, что мне ответить. Сказать, что я тоже его люблю? Не могу… Эти слова словно застряли где-то в грудной клетке, не желая складываться в предложение. Я еще не готова к этому.
Я без ума от Глеба, но мне не дает покоя то, что он родной брат Жени. Он похож на него внешне, даже иногда говорит с такими же интонациями, что я вздрагиваю и замыкаюсь в себе. Я знаю, что это глупо — Глеб совсем не такой, как его брат. Но мне нужно время, чтобы окончательно справиться со страхом, который глубоко засел в душе.
Смущенно улыбнувшись, я сделала вид, что не расслышала его слова или не поняла их значение. А потом, услышав звук открывающейся двери, обернулась и увидела, как в кафе зашла Анна Васильевна — мать Глеба и Жени, моя несостоявшаяся
