Особо тяжкие отношения - Янка Рам

— Целуй, и я подумаю, — шепчу ей в губы, задыхаясь.

— Если целовать, то уже не так вкусно... - шепчет в ответ. — Ты потеряешь нужную степень дискомфорта, сломаешь перверсию.

Кончиком языка касается на мгновение моей губы. Крепче сжимает шею, не позволяя поймать ее губы.

— Иди тогда к черту, Гордеева... - с мучением отталкиваю ее сжимающую горло кисть. — Я мужик ванильный, мне предварительные ласки нужны.

— Вот так всегда с вами, — с усмешкой откидывается на своем сидении, теряя ко мне интерес. — Каши не сваришь.

— А как не с "нами"?

— А не с "вами"... Хорошо зафиксированный партнер в предварительных ласках не нуждается! — цинично.

Расслабляет пальцы, докуренная сигарета падает на дорогу.

— Я запомню, — закидываю пластик жвачки в рот. — Ведь это работает в обе стороны.

— О, да... Сладких снов, капитан. Завтра не опаздывать! — опускает меня с небес на землю.

Открывает дверь, выходит.

— Мать твою... - сжимаю себя, поправляя ширинку. — А-а...

Искры из глаз.

С мучительным рычанием, слегка луплю кулаком вверх в обшивку.

Слежу за ней взглядом. Переходит дорогу. В неположенном для этого месте, естественно.

Нет, я не особенно переживаю, как она дойдёт до дома. Тут за маньяков скорее надо переживать.

Я пялюсь потому что... хочу её.

Исчезает из поля зрения.

На телефоне загорается экран. Всплывает сообщение в мессенджере.

"Привет, Даня. Меня тоже взяла к себе Гордеева, представляешь?! Отметим?"

Рыбакова.

Вот, можно не мучиться и поехать потрахаться. Ванильно. Все как ты требовал от Гордеевой. Но... нет. Не-е-ет... Лучше, я поеду домой на Гордееву подрочу.

"Привет! Поздравляю. Не могу. Работаю."

Вот, казалось бы, две симпатичных блондинки, а какая пропасть...

Глава 8 — Сплетни

Даже не опоздал. Несмотря на то, что всю ночь промучился с порно снами и эрекцией.

— Так... где все? — оглядываю пустой кабинет с "бестолочами".

— Привет!

Вздрагиваю от прикосновения к спине и голоса Рыбаковой.

У меня свои маньяки.

— Привет, Лена.

— Бежим, мы сейчас опоздаем.

— Куда?

— Сегодня зачёт по огневой подготовке, всем же рассылали в лички.

Бросает несколько папок ко мне на стол.

— Да?..

Как то мне было не до этого последние дни.

— Там автобус уже стоит служебный с проблесковыми маячками. Не успеем, поедем сами по пробкам. Ты на машине?

Ну его нахер! Лучше автобус.

Иду быстро, Лена не отстаёт.

— Я тут такое интересное накопала на нашу начальницу...

— М.

— Ты знаешь, кто был ее отец?

— Подозреваю, Василий Гордеев.

— Да! Ты тоже нашел инфу про него?!

Закатываю глаза.

— Нет. Это дедукция.

— Аа... В общем, Василий Васильевич. Полковник службы безопасности. Погиб при взрыве.

— Так бывает, — хмурюсь я.

— В этой статье, на одном из заблокированных у нас сайтов было сказано, что он сам себя, в общем. Вместе со всеми материалами, над которыми работал.

— На заборе тоже "хуй" написано, Лен. Мы теперь на теории заговоров в сети ориентируемся?

— Да ты послушай! У него осталась дочь подросток. Василиса. Там написано, что он ее истязал!

Сбиваюсь с шага.

Подсматривать за Гордеевой я могу позволить только себе.

— Это тебя не касается, Лен, даже если этот бред и правда.

— Но ведь не зря говорят, что она шизо.

— Она лучшая из лучших.

— Ну да. И стреляет "предупредительный в воздух" сразу между глаз или в затылок. Ты знаешь, что было внутреннее расследование?

— Если ее не сняли, значит, все сделала правильно.

— Ну да... ну да... Просто расследование вел некто Решетов, который был в команде ее отца. И потом опекал "девочку". И он все замял.

— Не поверишь, мне похер, если она упокоила кого-то из тех, на кого охотится.

— Извини-и-ите! — догоняя мой быстрый шаг, упирает руку в бок. — Полномочий судьи у нее нет.

— Это все ее проступки?

Честно говоря, ожидал от этой маньячки большего.

— А чо ты ее во всем оправдываешь, Красавин?! Мы же с тобой букву закона должны защищать. Каждый преступник имеет право на адвоката и судебный процесс. Сколько у нас невиновных сидит? Давайте их еще без суда стрелять начнём!

— У тебя были ножевые или пулевые ранения, Лена?

— Нет...

— А у меня были. И я тоже буду стрелять между глаз, в случае чего. И тебе советую. Ты не в песочнице. Хочешь быть правильной девочкой, будь, не осуждаю. Но работай тогда в кабинете. И не лезь к профи, которые выживают в оперативке.

— То есть, я не профи?

— Лен... - скептически вздыхаю. — Тебе бы в детскую комнату полиции, цены бы тебе не было.

— Знаешь, Даня, у меня образование посильнее твоего. И по карьере я тебя обгоню, вот увидишь.

Тьфу-тьфу...

Подаю ей руку перед лестницей автобуса.

— Добрый день, — лениво здороваюсь со всеми.

В автобусе пара свободных мест. Одно на последнем сиденье, рядом с Гордеевой. Сидит сосредоточенно в телефоне.

Лена, двигается к окну, явно освобождая место рядом для меня.

Не сомневаясь ни мгновения сажусь рядом с Гордеевой.

— Доброе утро, товарищ майор.

— Занято...

— Кем?

— Моими альтернативными личностями.

— Будем считать, я взял их на колени.

Отрываясь от телефона, с ухмылкой смотрит мне в глаза.

И я как пацан вибрирую от того, что шутка зашла “девочке”, которая меня впечатляет. Расплываюсь в улыбке.

— Я очень скучал... - беззвучно двигаю губами.

— Знаю, — как будто о чем-то незначительном.

Ну какая су-у-учка...

Автобус трогается с места и равномерно гудит движок. Спать хочется...

Гордеева говорит с начальством.

— Нет, я на стрельбы. Решетову доклад я отправила. Он, в курсе что у меня много оперативки. Нет, он сам разрешил мне устно не докладывать. Да что там докладывать?! Ни одного прорыва. Можно подумать, ему заняться больше нечем, кроме как слушать, что у нас ничего нового на двадцать страниц! Да не волнуйтесь вы так... - иронично. — Я его попрошу, чтобы он вас не обижал.

Морщась, отстраняет трубку от уха. Подполковник Захарчук орёт на нее в трубку.

— Я поняла, да. Мхм... Конечно-конечно... - сонно.

Хочется предложить ей своё плечо для поспать, но слишком много глаз вокруг.

Приезжаем к тренировочному центру.

Пока мы все расписываемся в технике безопасности и прочих бумагах,

Гордеева идет к мишеням первая. У нас сегодня ПМ и Калаш.

— Ненавижу стрелять, — оказывается рядом Лена.

Хоть бы не сдала...

Стоя рядом со мной, наблюдает, как технично собирает ствол Василиса.

— Вот, опять нарушение. Почему ее допустили до стрельб без теории.

— Лен... ты чо такая душная, а?

— Я просто за справедливость и порядок. Я не понимаю, почему нельзя действовать согласно протоколам? Они же написаны “кровью”.

— Там может, такую вот как