Мой спаситель... или погибель - Ирина Семендеева
— Ну всё, развлеклись и хватит. Кончай его, — обратился он к одному из своих.
Последовал сокрушающий, резкий удар ноги по лицу Макса, и, рухнув на каменистую поверхность, мой спаситель отключился.
— Ма-а-кс-с! — прокричала испуганно я, пытаясь вырваться из рук Демида.
*****
Меня завели в небольшое помещение, где возле стекла, покрытого паутиной трещин, стоял Демид, а рядом его подчинённый. За стеклом с опущенной головой сидел Макс, и двое головорезов охраняли его по бокам. Оценив обстановку старого помещения, я поняла, что нахожусь в бывшем полицейском участке или что-то связанным с ним. А это комната, предназначена для допросов и прослушивания. Так же у выхода дверей стоял ещё один амбал, на тот случай, если я снова захочу бежать.
— Как замечательно. Вся семья в сборе, — довольно протянул Демид, разведя руки в стороны. — Вот это я называю семейная идиллия.
Я вглядываюсь за его спину. Наблюдаю за Максом, находившемся за стеклом. Он был без сознания, избит и связан. С лица и губ стекала струйка крови. Меня охватывает паника. Что они с ним делали в течении пятнадцати минут, пока держали меня взаперти?
— Псих… чего ты добиваешься, избивая брата? Что ты сильный? Крутой?
— Нет, Лика. Я хочу показать тебе наглядно, что будет за непослушание, — он кивнул своему человеку, за стеклом.
Я в страхе наблюдаю, как головорез хватает за лицо Макса и приподнимет на уровне себя.
— Что вы хотите сделать? Демид, что ты задумал?
— Смотри, — бесцветным тоном проговаривает он, скрестив руки на груди.
Этот мерзавец одевает кастет на руку и бьёт по лицу, от чего Макс приходит в себя и корчится от боли, вскинув головой.
Я в ужасе вскричала, прикрыв ладонью рот.
А он продолжает жестоко его бить. Макс, стонет, пытается пошевелиться на стуле, и предпринять хоть какие-то попытки для защиты.
— Прекрати! Демид, останови его!
Кивком головы зверство прекращается.
— Он же твой брат, Демид! Откуда в тебе столько жестокости? — вскричала я, прикрыв лицо руками. Не могу на это смотреть, от вида крови меня мутит, голова идёт кругом. Я устала от всего происходящего, и молю бога, что побыстрее всё это закончилось.
— Брат… — с отвращением произнёс он и перевёл взгляд на Макса. — С самого детства я только и слышу. Максим молодец: смышлёный, старательный, слов на ветер на бросает, всё успевает. А в школе? Само совершенство. Любой урок усваивает в два счёта, педагоги и родители им гордятся, физическая подготовка на отлично, кружок боевого искусства даётся легко. Каждый раз он учувствует, в любых школьных соревнованиях, олимпиадах, он везде… куда не глянь, имя Макса у всех на устах. А девки… эти идиотки бегали за ним хвостом, словно он Бог. Но мы бли-з-не-цы… как можно любить его, но не любить меня? А-а? Лика, ответь! — с какой ненавистью и злостью он это всё говорил, пробирая меня до мурашек.
— Демид, я тоже расстраивала родителей, не всегда быта тем, кем они меня хотели видеть. Каждый ребёнок индивидуален, кому даётся всё легко, кому-то приходиться стараться. Это нормально. С каждым годом мы получаем опыт от проделанных ошибок. Стараемся, что-то изменить. Но в любом случаи, родители нас любят, какие мы есть. Не нужно пытаться прыгнуть выше своей головы, нужно просто быть человеком с чистым сердцем и доброй душой. Вот и всё…
— Нет, Лика! Я так не хочу… — вскричал резко он, оборвав моё старание его вразумить. — Я хочу быть единственным сыном. Что б я был у всех на устах… Этот идиот… представляешь… решил предложить поменяться с ним местами. Тоже считал меня никчёмным... — речь Демида была прерывистой, словно выпустил всех своих демонов из потайного уголка. Если честно, в такой момент, мне было страшно на него смотреть. Ведь за всеми этими речами, кроиться какой-то страшный поступок. —... А ещё говорил, что любит меня и считает лучшим братом. Ложь! Но когда я попробовал быть им… мне это понравилось… — кивал он своему прерывистому монологу. — Я понял, что могу всё изменить. Скинуть его с вершины и занять, то место, которое мне полагается. Медленно, но уверенно я разрушил весь его пьедестал. Начиная со школы. Каждый раз перевоплощаясь в него. Кстати, это у меня хорошо получалось, — подметил он, поведя указательным пальцем. — И всё его окружение стало его опасаться, смотря на него уже иначе. А меня хвалить и уважать. Даже мать и отец… После Московский университет МВД, куда, кстати, я не хотел поступать. Но да ладно… Я увёл у своего брата девку, пока он был здесь. Пришлось немного постараться с ней, играть жестокого брата, была мне в усладу. И я добился своего. Он остался один. Так же я знал, что он придёт бить мне морду и заранее предупредил мать, что б она увидела эту картину, как он распускает кулаки. И всё закончилось прекрасно, она его выгнала из дома. Но вот не задача... спустя многие годы появилась ты, и снова нам пришлось копировать друг друга, что б показать, кто лучший. Он не любит тебя, Лика! — Демид взглянул на меня потемневшим взглядом. — Макс пообещал мне отомстить, за то, что я разрушил его алтарь и посёк на его девчонку. И он это сделал с тобой. А ты, дура, его любишь… Ему на тебя плевать, как и на меня.
— Зачем ты всё это мне говоришь? Что ты хочешь от меня? — я кидаю взгляд на Макса, который пришёл в себя и смотрит на меня исподлобья. Всё его лицо в крови: рассечена бровь, губа, волосы взлохмачены, пот течёт по вискам, и вся одежда пропитана кровью. Выглядел он кошмарно. От этой картины чувствую острый укол в сердце.
— Ты должна быть со мной, — он снова кивает головой, — так я докажу ему, что лучший. Я люблю тебя, и мы будем счастливы.
— Нет, Демид — это не любовь, я просто нужна тебе, как трофей. Не ужели, ты не понимаешь, что говоришь. Ты просто хочешь ему насолить, а он в отместку тебе. Это борьба вас убивает. Так нельзя, вы братья.
— Он убил твоих родителей, а ты его защищаешь? Как можно любить того, кто этого не заслуживает?
— Даже если так, это моя любовь, моя боль…
— Ты должна сделать выбор, — быстро отчеканил он и довольно ухмыльнулся, смотря на Макса.
— Какой выбор?
— Ты думала, я позволю, что б мой брат стал папашей. Нет, нет, Лика! Он не дал сделать тебе аборт. Хорошо. Тогда я
