Развод в 40. Жена с дефектом - Анна Нест
«Спокойно. Все нормально…»
Правда, меня еще немного коробит от того, что Оля почему-то не готовит мне завтрак. Мия всегда готовила по утрам кофе, яичницу, салат. Даже если злилась на меня. У нее было это... присутствие. Всегда рядом, помогала, хоть и бесила… Я моргаю.
«Не стоит вспоминать…»
Глажу Олю по спине.
— Доброе утро, тигрица моя.
Оля потягивается, открывает один глаз и не довольно смотрит на меня.
— Господи, я как будто работала на заводе всю ночь. Страшно устала. Съела бы сейчас слона.
— Я тоже, — говорю. — Что ты мне сегодня приготовишь?.. — интересуюсь, пряча раздражение.
Оля приподнимается на локтях, пристально смотрит на меня, а затем звонко смеется
— Ой, я не знала, что у тебя такое чувство юмора. Слушай, я точно выиграла джекпот — ты и в постели замечательной, и еще смешной.
Я улыбаюсь. Заставляю себя улыбаться.
— То есть, ты не будешь готовить?
— Готовить? Я? Боже упаси! Я даже с яичницей могу накосячить. Зато у меня есть хороший вкус на кафе. Могу выбрать, куда поедем завтракать.
Я молчу пару секунд. Смотрю на нее. Глаза припухли. На бедре красный след от простыни. Волосы торчат в разные стороны.
— Конечно, — говорю. — Выбирай.
Оля оживляется, берет телефон. Листает ленту заведений.
Я сажусь. Протираю лицо руками. Стараюсь что-то сделать со своими чувствами.
Не знаю, чего я ждал… Может, какой-то благодарности… Заботы… Чего-то такого, чтобы я почувствовал, что сделал правильный выбор.
Но пока я имею только духоту в комнате, запах пота, слюну на подушке и женщину, которая не готовит завтрак.
А мне так хочется кофе. Черного. И яичницу с помидорами. Как делала Мия.
Я выпрямляю спину и отгоняю тревожные мысли.
Назад дороги нет.
Глава 11
Оля
Всего одна ночь. Одна. А он уже хочет, чтобы я жарила ему омлеты и варила кофе.
Он вчера смотрел на меня как на богиню. А сегодня — как на потенциальную кухарку. И все потому, что я посмела отказать ему?.. Всего раз. Один раз. Я не обязана! Но, видимо, у него сразу сработали ассоциации: отказала — значит, как Мия. Фригидная, скучная, но зато готовит.
Нет, милый. Со мной так не выйдет.
Нужно действовать тоньше. Более плавно. Пока он еще не женился, пока я официально не стала «его», я должна быть совершенством. Желанной. Доступной. И ни в коем случае не уставшей. Даже если у меня там все натерто до крови. Я должна быть для него идеалом.
— Пошли в душ, тигрица, — говорит Виктор и целует меня в плечо.
Я встаю, поправляю волосы.
— Ты сегодня такой же ненасытный?.. — спрашиваю.
Он смеется. В ванной я делаю все, чтобы он снова захотел меня. Смеюсь, целую его, прижимаюсь, опускаюсь на колени. Пусть думает, что ему чертовски повезло. Пусть забывает Мию.
Но успех нужно закрепить.
Мы выходим из душа. Я веду его за руку на кухню. Сажусь на край стола, расставляю ноги.
— Твой завтрак готов, — мурлычу. — Наслаждайся.
В глазах Виктора вспыхивает знакомое пламя. Через минуту он уже между моих ног, и я откидываю голову, делаю вид, что в восторге.
Он думает, что я поплыла от него. А у меня внутри щелкает: это еще один шаг к победе.
Потом мы едем в шикарный ресторан. Самый пафосный в городе. Я заказываю устрицы, дорогое шампанское. Десерт. И сырную тарелку. Пусть знает, что я не дешевка. Виктор даже не морщится. Только гладит меня по бедру под столом. Вот он — мужчина мечты.
После он отвозит меня домой, целует и высаживает у подъезда. Говорит, что освободится вечером. И уезжает. Когда машина исчезает за поворотом, захожу в его квартиру. В МОЮ квартиру.
Скидываю обувь, открываю окна. А потом начинаю ревизию. Все, что принадлежит Мие — долой. Скатерти с цветочками — сразу на выброс. Банальные свечки — туда же. Кулинарная книга с загнутыми страницами тоже отправляется в ведро.
Я фыркаю.
«Унылая, серая мышь! И как он вообще столько лет с ней жил?!»
В шкафу нахожу какой-то блокнот. Думаю выбросить, но в последний момент открываю. Внутри — стихи. Почерк Виктора. Ровный, узнаваемый. Каждая строка — о любви. О том, как он скучал, когда она уезжала. Как считал дни до ее возвращения. Как не мог заснуть без ее дыхания рядом.
Мне становится дурно. Я пролистываю страницу за страницей. Там не один стих. Там десятки.
Я сжимаю губы. Он никогда не писал мне стихов. Не рассказывал, что без меня ему не дышится.
Выбрасываю блокнот в мусор. Потом достаю. Рву на мелкие куски. И снова выбрасываю.
Глава 12
Я лежу на узком диване в квартире Марины и смотрю в потолок. Третий час. За окном уже светло, машины шуршат по мокрому асфальту. А я все лежу.
Вчера я написала заявление на отпуск за свой счет. Хотела привести мысли в порядок. Но ни о каком порядке речи не идет. Я просто существую. Без мыслей. Без желаний. Я даже не могу сказать, что о чем-то думаю. Я просто лежу и смотрю вверх.
Иногда закрываю глаза — и вижу Виктора. Его лицо искажено злостью, он кричит. Хватает меня за плечи, толкает. Смотрит, как на врага. Как на помеху своему счастью. Если мне и удается немного уснуть, то просыпаюсь я в холодном поту. Иногда плачу. Иногда — нет.
Марина появляется в дверях с чашкой кофе и смотрит на меня.
— Ты что, решила умереть и тем самым выручить свою соперницу? — спрашивает.
Я моргаю. Пытаюсь что-то сказать. Губы пересохли.
— Я не собираюсь никого выручать, — шепчу. — И тем более не собираюсь с кем-то соперничать. Это бессмысленно.
Марина фыркает.
— Бессмысленно? Серьезно?! Ты растила мужика, холила, лелеяла. А теперь просто так отдашь какой-то сучке?
Я молчу. Просто отворачиваюсь к стене.
— Ты дура, Мия, — продолжает Марина. — Прости, но ты дура. Не плакать сейчас надо, а собраться. Стать лучшей версией себя. Красивой. Стильной. Сексуальной. Такой, чтобы он локти грыз. А эта твоя… Оля… чтобы вообще и рядом не стояла. Чтобы она утонула в собственной зависти.
Я качаю головой.
— Я не могу. Это не соревнование. Особенно… с таким нюансом, как у меня.
Марина прищуривается.
— Опять ты за свое. Перестань. Это все твоя голова, а не нюанс. Глянь на себя. Красивая. Умная. Неужели ты правда думаешь, что не заслуживаешь быть счастливой?
Я не отвечаю. Потому что думаю. Думаю именно это — что не
