Сделка с собой - Лера Виннер
Картина, которую он рисовал, была настолько реалистичной, что я перестала слышать даже гомон утренней улицы, уставившись на него.
Эта теория объясняла всё: и убийство моего свидетеля, и бестолковую пальбу в меня, и не менее глупый выстрел в машину. Даже рекордно быстрое появление патрульных, — и тех, что отправили мою машину на стоянку, и тех, что прибыли на место покушения.
— Твою мать.
— Тебе туда нельзя, — кивая на вход в участок, Пит уже стал предельно серьёзен. — Тебя упрячут в камеру, и в ближайшие годы ты оттуда уже не выйдешь.
Он был прав. Я знала это по опыту, интуитивно, исходя из элементарной логики… Просто знала, и всё.
Истолковав мое молчание верно, Пит спрятал пачку.
— Я отвезу тебя к Дину. Они сами лишили себя возможности искать тебя у него.
— Нет, — я возразила раньше, чем он успел замолчать.
Дрожать и прятаться за спину Коула стало бы ещё большим безумием, чем спать с ним.
Пит хмыкнул, но комментировать моё решение не стал.
Вместо этого он снова полез в карман:
— Тогда возьми ключи от квартиры. Ты была там ночью. Это безопасное место.
Он никак не выражал своё отношение ко мне и к происходящему, просто невозмутимо предлагал помощь, и это было… достойным продолжением всего, что уже случилось.
— Нет, — на всякий случай я даже отступила от него на шаг назад. — Я сама разберусь. Спасибо, что предупредил.
Глава 18
Шаг в бездну
Во второй раз за сутки благодарить Пита Холла за спасение — при других обстоятельствах я сочла бы, что попала в параллельную реальность.
Однако в этой я действительно была обязана ему дважды, хотя он вряд ли стал бы взыскивать такие долги.
Из переулка я ушла первой. Он остался стоять, как будто прикрывать мой отход.
Об этом я постаралась не думать вовсе, потому что сейчас было не до того.
В том, что он сказал правду, у меня уже не было ни малейших сомнений, и это значило, что возвращаться домой опасно. Сцепив зубы, я ускорила шаг, мысленно ругая себя за то, что не взяла с собой пистолет — с учетом того, как разворачивались события, он мог бы мне пригодиться, — но теперь сожалеть об этом было уже поздно.
Проверив наличие денег в бумажнике, я поморщилась еще раз, потому что наличности было не так много, а потом перебежала дорогу и скрылась в новом переулке.
Зная этот район как свои пять пальцев, покинуть его было не так сложно, а я торопилась сделать именно это, попутно исключая из составленного мысленно списка места, в которое могла бы податься.
Все, о чем знали мои сослуживцы и лично Гурвен, исключалось безоговорочно.
За это мне хотелось проклясть уже Дина Коула — на фоне всего, сказанного им ночью и его Холлом теперь, мне не казалась такой уж невероятной возможность того, что Реджинальд с чистым сердцем меня заложит.
Поймавший не просто «крысу», а настоящего свихнувшегося копа капитан.
Идеальный сюжет для хроники на местном канале.
Для начала мне требовалось тихое и безопасное место, где можно было спокойно подумать.
Преодолев переулками не меньше шести кварталов, я с некоторым сожалением, но все же выбросила свой телефон в реку, а потом все-таки решилась сесть в автобус и доехала до конечной остановки — другой конец города, спокойный, редко потрясаемый серьезными криминальными происшествиями район.
Маленькое кафе на оживленной улице едва ли подходило под определение «тихо и безопасно», но прятаться и правда стоило на самом видном месте.
Заказав кофе и черничный рулет, я устроилась у окна, чтобы иметь возможность увидеть приближающихся копов, если они появятся, и попыталась восстановить последовательность событий еще раз.
Поняв, насколько обнаглел Тощий Тони, я обратилась за помощью к Дину Коулу, которого незадолго до того изо всех сил старалась упечь в тюрьму.
Несмотря на очевидный конфликт, он дал мне всю необходимую информацию, — полный расклад не только на самого Тони, но и на его босса.
Быстро втянув воздух носом, я приказала себе не отвлекаться и даже мысленно не акцентировать внимание на том, как именно передача этой информации происходила.
Только после, имея на руках неопровержимые доказательства против Джона Уэбера, я посвятила капитана в свои планы.
Не просто посвятила, а собственноручно предоставила имеющиеся у меня материалы в его распоряжение, позволила ознакомиться с ними во всех подробностях.
Потом была моя почти увенчавшаяся успехом попытка завербовать номинального свидетеля. От Фредди требовалось дать минимальные показания на Тони и послужить официальным источником тех сведений, которыми я располагала благодаря Коулу.
Стоило ему согласиться, он погиб.
В меня стреляли, заведомо стараясь не попасть.
Прострелили стекло моей машины, чтобы лишить меня возможности приблизиться к ней.
Из моего табельного оружия, оставленного в салоне, несколько часов спустя выстрелили в Дина Коула.
То, что он остался жив, по словам Пита, было его персональной заслугой и везением.
Очень большим везением, если припомнить аккуратное входное отверстие от пули на лбу Фредди Гаррена.
Логика, которой руководствовался Холл, выстраивая свою теорию, была безупречна — не я ли сама несколькими часами ранее размышляла о том, как это хлопотно и грязно, убивать копа?
Убить — да.
А вот подставить так, чтобы и доказательств, по сути, не требовалось, и отправить за решетку… В этом прослеживалась не только ирония, но и некоторый шик.
Коул слыл злопамятным человеком. Никому из тех, кто попытался ущемить его интересы или унизить его самого, это не сошло с рук. Тем более он не стал бы помогать своими показаниями детективу полиции, «той рыжей суке, что попила ему столько крови».
Вот только, если с планом было все понятно, количество вопросов от этого не уменьшалось. Скорее, прямо наоборот.
Для того, чтобы реализовать подобное, потребовалось бы не только продумать каждый шаг и действовать быстро.
Для этого нужно было знать меня лично.
Знать, что я оставлю оружие в машине и пойду к потенциальному свидетелю без него.
Что я не настолько отчаянная, чтобы сунуться под пули,
