Сюрприз для отца-одиночки - Мелинда Минкс
— Она-она, — запинаясь, бормочет Лиза, — она сказала мне, что завтра я смогу одеться более непринужденно. Я просто решила надеть это. Наоми сказала, что теперь я могу носить нечто среднее между моим нарядом и тем, что на ней сейчас.
Тео громко смеется, и я понимаю, что его голос больше не хрипит. Может быть, ему действительно становится лучше.
Он показывает на меня, потом на Лизу.
— И что, ты собираешься пролить горчицу и обляпать грязью свою красивую одежду?
Я толкаю Тео, но он едва шевелится.
— Ты мне не помогаешь, придурок.
— Ладно, ладно, — говорит он, вскидывая руки. — Я еще увижу тебя здесь. С нетерпением по-прежнему жду субботы.
— Я тоже, — усмехаюсь я.
Он неторопливо выходит обратно на холод. Когда дверь захлопывается, я кричу ему:
— Надень чертову куртку! Ты опять заболеешь!
Дверь захлопывается и обрывает меня прежде, чем он успевает услышать последнюю часть моей фразы.
Когда я снова смотрю на Лизу, то понимаю, что просто стою там с широкой глупой улыбкой на лице.
— Оу, — протягивает она. — Оу. Вы...
— Наше первое свидание, — объясняю я. — В субботу у нас первое свидание.
— Оу, — говорит она.
Это ее третье «оу». Первое было пустым словом-наполнителем, второе — осознанием того, что она попала в точку, а третье — ее сокрушительным разочарованием и осознанием того, что Тео недоступен.
— Он все равно слишком стар для тебя, — говорю я.
— А я и не!.. Нет, Наоми, я никогда не посягну на тебя... твоего...
— Все в порядке, Лиза, — говорю я. — Он же э... великолепный мужчина. Он оказывает определенное влияние на женщин. Я не собираюсь ревновать и откусывать тебе голову.
Она нервно улыбается.
До тех пор, пока она остается в стороне. Если я увижу, что она флиртует с ним, то могу запросто отгрызть ему голову.
— У него есть дочь, — добавляю я.
— Оу, — говорит она. Теперь уже в четвертый раз. Я надеюсь, что это не из разряда «О, я не хочу иметь дело с детьми, потому что я 23-летняя несведущая в детях тупица».
Я никогда не расскажу Лизе, что делала для Тео «ручную работу» в SPA-салоне. Ни за что на свете. С этого момента SPA — это не что иное, как место профессиональной деятельности. Даже для Тео.
Я почти задаюсь вопросом, не поэтому ли Тео на самом деле зашел. Он больше не болен, и он хотел продолжить свои... уроки... со мной. Черт возьми, почему я заставила Лизу начать сегодня? Прямо сейчас Тео мог быть у меня между ног.
С другой стороны, это как бы уберет ветер из парусов нашего свидания в субботу. Напряжение, между нами, сейчас настолько велико, что его запросто можно нарезать бензопилой, одолженной из сарая Тео.
Поэтому я очень взволнована нашим предстоящим свиданием, и если бы я позволила Тео заставить меня кончить прямо сейчас, это было бы почти как сокращенная версия нашего свидания. Не то чтобы я была в состоянии сопротивляться ему и сказать «нет», если бы он попросил.
Так что, вероятно, это к лучшему, что сейчас здесь была Лиза, чтобы фактически приструнить член Тео и оградить нас от соблазна.
Глава 19
ТЕО
— Почему я должна идти к Оливии домой? — ноет Эмили.
— Потому что, — говорю я. — Я иду на свидание с Наоми.
— Я тоже хочу пойти на свидание, — хнычет она.
Я вздыхаю.
— Нам очень нравится проводить с тобой время, но...
— Тогда я должна идти! — спорит она.
— Может быть, ты пойдешь на другое свидание с нами. Но это должно быть только для нас двоих.
Она хмурится и надувает губы.
— Помнишь, как ты не любишь, когда люди видят тебя голой? — спрашиваю я. — Свидания — это нечто личное, и...
— Ты собираешься быть голым? — спрашивает она, смеясь.
Дерьмо. Почему, во имя всего святого, я выбрал именно этот пример?
— Это был просто пример, — говорю я. — Уединение — это то, что я пытаюсь донести до тебя, Эмили. Люди не хотят третьего колеса на свидании.
— А что такое третье колесо? — спрашивает она.
— Представь, если бы у твоего велосипеда было третье колесо.
— Как тренировочные колеса? — спрашивает она.
— Конечно, — говорю я, — но представь, что это всего лишь одно тренировочное колесо с одной стороны.
— Это было бы глупо. Ехать на нем будет труднее.
— Вот именно, — говорю я. — Так что на свидании ты будешь третьим колесом.
Она смотрит на меня с очень грустным выражением лица.
— Но, — тяну я. — Есть два типа свиданий, и на другом типе свиданий ты будешь... третьим колесом на трехколесном велосипеде.
— Когда же мы пойдем на такое свидание? — спрашивает она.
— Как насчет следующих выходных? Мы организуем что-нибудь веселое, что будет хорошо для всех троих. Звучит неплохо?
— Катание на коньках! — выдыхает она, обрадовавшись.
— Конечно, конечно, — говорю я, кивая.
Она широко улыбается.
Теперь я должен надеяться, что это свидание с Наоми пройдет достаточно хорошо, чтобы второе свидание не было убрано с повестки дня. Я нервничаю больше, чем ожидал. Мы, конечно, кое-что делали вместе, но это было так возбуждающе. Конечно, между нами существует огромное напряжение, и я провел с ней много времени... но первое свидание — это всегда более высокие ставки. Это делает все происходящее более официальным, а не просто повседневным. Она будет не просто «моей соседкой», она будет «женщиной, с которой я встречаюсь».
Не то, чтобы это было плохо. Отнюдь нет. Просто все по-другому. Не говоря уже о том, что в последний раз, когда я встречался, у меня появился ребенок, о котором я даже не подозревал, в основном потому, что я бросил ее, прежде чем она успела мне сказать об этом.
Не думаю, что совершу подобную ошибку с Наоми, но я не совсем доверяю себе, чтобы быть мистером обязательством. Конечно, я чертовски старался быть отцом Эмили, но у меня никогда не было хорошего послужного списка ни в чем, кроме моих отношений отца и дочери.
Свидание с Наоми также будет означать — в конечном счете — рассказать ей всю историю о матери Эмили. Хотя мне не придется вдаваться в подробности на нашем первом свидании. По крайней мере, я на это надеюсь.
Я надеваю свои самые красивые джинсы и самую красивую фланелевую рубашку, а потом понимаю, что ничего не сказал Наоми о том, чем мы будем заниматься. Надеюсь, она не разоденется...
Я хватаю свой телефон и пишу ей.
«Я скоро приеду. Кстати, не надевай ничего
