Бывших предателей не бывает - Екатерина Крутова
«Доброго пожаловать к кобрам, малышка!..»— зазвучал из динамика бодрый, чуть хрипловатый голос Насти.
Марго сознательно игнорировала теребящую ремешок сумки Ляну, делая вид что просто листает ленту соцсетей, случайно включив звук. Но краем глаза она подмечала все: как при упоминании Олега его девушка замерла почти без движения, как отражение в зеркале сменилось с раздраженного на растерянное, как на словах о «гребаном альфизме» и «активной охоте», рука Ляны инстинктивным защитных жестом легла на низ живота.
Лифт достиг первого этажа. Двери открылись. Не дожидаясь реакции попутчицы, Марго вышла первой.
— Это... это… — Ляна пыталась что-то сказать вслед, ее губы дрожали, а голос отказывался слушаться. Видео КОБР сработало, но влюбленная душа и гордость мешали признать правду. Соседка, преодолев ступор, кинулась за Маргаритой, хватая ее за рукав.
— Это чушь! Любой дурак за пять минут такое в нейросети склепает! — выдохнула она, срываясь на визг. — Ты просто завидуешь! Завидуешь, что он со мной, что мы счастливы! Отстань от нас, или я заявлю в полицию о преследовании!
Ляна, всхлипывая, выскочила из подъезда, оставив Марго стоять с горящими от стыда щеками. То, что она сделала только что — было подлым и низким и совсем не в ее характере. Но с бессовестными гадами надо сражаться соответствующе. Атака попала в цель, но результата пока не достигла. Однако, Маргарита точно знала — зерно сомнения в наивной девичьей душе посеяно, и оно обязательно скоро прорастет.
* * *
В середине дня, когда совещания, отчеты и бизнес-планы почти смыли неприятный осадок утренней встречи в лифте, пришло письмо от Алены Фаркас. Юрист, как всегда, была по-деловому лаконична, не тратя времени и слов на пустые прелюдии.
«Маргарита, привет. Посмотрела документы Максима. Ситуация интересная. Во-первых, долг еще официально не передан коллекторам. Документы в стадии оформления. Во-вторых, ни о каком Олеге Вольском в этой конторе не слышали. Среди сотрудников он не числится. На лицо факт вымогательства».
Бестужева перечитала абзац еще раз. Из альфонса, манипулятора и мошенника бывший превращался в криминальный элемент, место которому в тюрьме.
«Я берусь урегулировать вопрос с МФО, — продолжала Алена. — Незаконно выставленные пенни мы спишем, но Максиму все равно придется платить, как минимум по ставке рефинансирования Центробанка. А вот с вашим «арбитром» идите к правоохранителям. Рекомендую собрать доказательства: записи с камер наблюдения, подтверждение требования денег и угроз, задокументировать следы насилия, если такие имеются».
Полиция? Марго прижала ладони к вискам. Пульс бешено стучал, отзываясь в подушечках пальцев. Слишком долго! И слишком поздно, когда психопат уже перешел от слов к рукоприкладству и порче имущества. Но все же это был единственный законный способ, на который обязательно требовалось уговорить Макса. Достаточно им всем быть жертвами и терпилами!
Справившись с шоком от новых данных, вернулся боевой настрой, а с ним и кажущееся бредовым решение. Не задумываясь, как она выглядит, и что подумают коллеги, финансовый директор ворвалась в кабинет к экономистам и, хлопнув папкой с документами по столу Чернышовой, выдала:
— Крис, нам надо натравить на Вольского всех кобр!
— Факир-Марго вышла на тропу войны? — подруга хищно прищурилась в ответ. — Если все укусят одновременно, никакой альфа-самец не справится с таким количеством женского яда.
Быстро пересказав полученную от юриста информацию, Маргарита выложила свой план.
— Если ударить одновременно по все фронтам, то есть шанс!
— Жаль, конечно, что история с банковскими махинациями устарела, — Кристина задумчиво прикусила губу, — это серьезное экономическое преступление, не то что парочка разбитых чашек в кафе. И даже показаний всех бывших обманутых баб максимум хватит на слегка подпорченную репутацию, которую легко списать на обычные обиды и ревность. Если я правильно поняла, все влюбленные идиотки содержали Вольского совершенно добровольно. Это сейчас ему стало тяжко — ресурсов Ляны не хватает поддерживать привычный статус богатого и успешного. Вот гаденыш и срывается, раскрываясь гнильем наружу.
— Если верить Сомовой, кобры давно собирают на Олега компромат. Может это и мелочь, но сыграет нам на руку, если дело дойдет до суда.
— А ты решительно настроена для той, кто еще на прошлой неделе растекалась в лужу от одного взгляда бывшего! — в адресованной подруге улыбке за иронией сквозила уважительная гордость.
— Попросишь Даньку поговорить с Настей? Если она согласится, вместе мы сможем разобраться с Вольским…
— О, думаю с этим проблем не возникнет. Мой маленький братик вырос, — с ухмылкой Кристина сунула под нос Марго смартфон со свежим фото на странице Сомовой. На нем московская блондинка сидела на подоконнике с чашкой в руках и счастливо улыбалась невидимому фотографу. Бестужева пожала плечами:
— У Вольского определенно есть вкус. Нельзя не признать, что и Ляна, и Анастасия очень красивые. Но при чем тут Даня?
— А при том, что на нашей кобре-Настеньке мужская футболка с логотипом его команды, и я что-то сомневаюсь, что спортивный мерч прилагался в подарок к вчерашней встрече!
— О-оо! — протянула Марго, и подруги синхронно рассмеялись.
* * *
Спорт всегда помогал упорядочить мысли. Подъем в несуществующую гору на велотренажере отлично скидывал шелуху ненужного, вычленяя главное, а несколько подходов к скамье для пресса структурировали планы лучше часового сидения за компьютером. Сегодня Маргарита нуждалась в четкой стратегии будущего, оттого пробыла в зале дольше обычно и, утомленная физически, но с легкостью понимания на душе, приехала домой ближе к полуночи.
Слушая в наушниках незатейливую историю о клубе библиотекарей-детективов в ирландской глуши, она пропустила шаги за спиной, а погруженная в мысли не обратила внимания на фигуру, притаившуюся в закутке коридора. То, что она не одна на лестничной клетке девушка заметила слишком поздно — когда ключ в замке уже совершил три оборота, а дверь открылась навстречу хозяйке.
И тут сзади на Марго навалилась тяжелая, пахнущая алкоголем и дорогим парфюмом тень, а рот зажала сильная ладонь.
— Без глупостей, Ритуля! — прозвучал на ухо такой знакомый и такой теперь ненавистный шепот. Вольский так резко толкнул девушку внутрь, что она споткнулась, пытаясь удержать равновесие, схватилась за висящий на вешалке плащ и, оторвав тканную петельку, рухнула посреди прихожей на колени. Наушник выкатился из уха, улетев под пуфик.
— Звонок в полицию! — так громко как могла выкрикнула Бестужева, отползая подальше от мерзко лыбящегося подонка.
Пьяная рожа бывшего (называться лицом эта харя не имела права) самодовольно усмехаясь, смотрела на Бестужеву сверху вниз, вызывая злость, ненависть и страх. Вот только сильнее
