Лишняя в его семье - Диана Рымарь
«Тоня, ты все поняла? Почему ты молчишь?»
А, то есть на этот град новостей мне нужно ответить за доли секунды.
Снова пишу: «Спасибо, все поняла».
Все-таки серьезный подход у шефа, очень обстоятельный и методичный. Ни одной лишней детали, ни одного упущения.
Чуток подумав, добавляю: «Я очень благодарна».
И это вправду так, ведь, не будь его поддержки, я даже не знаю, что бы со мной было.
Дальше день идет своим чередом, я пытаюсь нагнать задачи по работе. Но сосредоточиться не получается. Мысли постоянно возвращаются к случившемуся. К цифрам на банковском счету, к предстоящему походу в загс, к Алмазу и его странной, но такой нужной мне заботе.
Время течет с огромной скоростью, а задач не убавляется. Коллеги что-то спрашивают, телефон звонит, приходят письма, но все это как в тумане. Постепенно на улице начинает темнеть, а я даже этого не замечаю.
И вот наступает восемнадцать ноль-ноль…
Мне приходит новое сообщение от Алмаза: «Я жду тебя на улице».
Он меня сейчас домой повезет. К себе домой, конечно же.
И тут меня внезапно накрывает страх. Холодный, липкий, противный. Ведь непонятно, как он там себя поведет и что от меня попросит в качестве благодарности за старания. За миллион, за адвоката, за все эти хлопоты. Ведь попросит же?
Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, в этом я убедилась на собственном опыте.
Моментально вспоминается это его фирменное «драть».
И я понимаю, что игра только начинается.
Глава 15. Сердце
Алмаз
Стою на улице, жду Тоню, чтобы проводить на парковку и отвезти домой. Осенний воздух свеж и прохладен. Наслаждаюсь давно забытыми ощущениями… Они вызваны не свежим воздухом, разумеется.
Что со мной творится?
В груди что-то переворачивается каждый раз, когда думаю о ней. Как в школе, когда впервые влюбился в одноклассницу Свету Морозову. Тогда тоже сердце колотилось как бешеное, ладони потели и далее по списку. Думал, что с возрастом все это проходит, что взрослые мужчины подобного не ощущают.
А вот оказывается, ощущают.
Сладкое предвкушение встречи с ней, желание услышать ее голос, увидеть улыбку…
И вся эта прелесть еще даже до первого секса! Сам от себя такого не ожидал.
Главное тут, конечно, — понимание, что она теперь моя. Что сегодня она поедет ко мне домой, будет сидеть за моим столом, спать в моей постели.
С улыбкой вспоминаю, как она мне сегодня днем отправила в мессенджер сердечко.
Я раз тридцать открывал наш чат, любовался им.
Глупо, знаю.
Это всего лишь пиксели, простой, мать его так, эмодзи. Но когда я увидел его, что-то екнуло в груди. Не сухое спасибо, не вежливая отписка, а именно сердечко. Маленький знак того, что она не просто приняла деньги как должное, а… что? Что она ко мне хорошо относится? Что благодарна? Или даже больше?
Думаю, Тоня ко мне проникается.
Приятно!
Вообще поражает, как она все правильно восприняла, не спорила, не устраивала никаких бабских истерик и прочего. Осознанно сделала выбор в мою пользу.
И мне не терпится развить наши с ней отношения. Хочется узнать ее ближе, понять, что у нее в голове, какая она в быту, о чем думает перед сном. Ну и в интимном плане, разумеется.
Сначала я хотел пригласить ее на ужин в ресторан, потом передумал. В ресторане она сегодня уже была со своим бывшим мужем, могут возникнуть не самые приятные ассоциации. А мне хочется, чтобы наш первый официальный совместный вечер прошел в спокойной обстановке, чтобы она расслабилась, открылась мне.
Потом хотел заказать цветов, чтобы как-то порадовать, уж больно грустная она была сегодня после того разговора с мужем. Но, когда просматривал варианты в приложении доставки, вдруг показалось, что это будет выглядеть наигранным. Не подходит для нашей с ней ситуации.
Мы же с Тоней не в классическом конфетно-букетном периоде. Быстро и уверенно перешагнули его, взошли на новый уровень.
Тем не менее хочется сделать для нее что-то такое, чтобы показать, насколько мне заходит ее нежное ко мне отношение. И как сильно я хочу, чтобы она продолжала в том же духе. Чтобы смотрела на меня так же доверчиво, как сегодня днем.
Кстати, мне дико любопытно, что она купит на выделенные мной деньги. Платьев хороших? Белье красивое? Гардероб-то у нее так себе, ей просто необходимо его поменять. Понятно, что раньше у нее попросту не было на это денег, но теперь-то можно позволить себе одеваться по-человечески.
Хорошо бы, чтобы красивого белья она взяла побольше. Кружевного, шелкового… И меняла его каждый день для меня, демонстрировала. Но это я уже замечтался, наверное. Скромная ведь, стесняется. Ничего, я ее раскрепощу.
Наконец вижу ее фигуру, выходящую из здания. Сердце ухает в груди.
Я привычно на нее залипаю…
Много раз залипал за прошедший год, хотя раньше очень старался маскировать интерес равнодушием. Делал вид, что просто проверяю, как подчиненные работают, а сам любовался ее точеным профилем, изящными движениями рук, тем, как она сосредоточенно хмурит бровки, работая с документами.
Хорошо, что теперь можно не скрывать своего отношения.
Тоня идет неспешно. Легкая серая куртка висит на левой руке, в правой — небольшая черная сумочка. Волосы аккуратно собраны в низкий хвост, несколько прядей выбились и мягко обрамляют лицо.
Она поднимает голову, ищет меня, и наши взгляды встречаются. Что-то горячее прошивает меня насквозь. Как же сильно мне нравится эта девушка…
— Тонечка, — окликаю ее, делая шаг навстречу.
Она улыбается — осторожно, неуверенно, но искренне, и сердце делает еще один кульбит.
Тут же беру ее под руку — аккуратно, бережно, словно боюсь спугнуть. Она не сопротивляется, даже слегка прижимается к моему плечу. Хороший знак.
— Как дела? Не устала? — интересуюсь, ведя ее к машине.
— Нормально, — тихо отвечает она. — А у тебя?
— Теперь отлично, — честно признаюсь.
Подвожу ее к пассажирской двери, придерживаю, пока она устраивается в салоне. Хочется наклониться ближе, вдохнуть поглубже цветочный аромат ее духов, но сдерживаюсь.
Дорога домой проходит в приятном молчании. Тоня смотрит в окно, а я то и дело поглядываю на нее. Профиль у нее правильный, классический. Аккуратный носик, пухлые губы, длинные ресницы.
Прелесть моя…
Дома мы снова устраиваемся на кухне.
За ужином завожу с ней разговор.
— Как прошел твой день, Тоня?
Она поднимает на меня глаза — большие, каре-зеленые, сейчас в них читается неловкость и какая-то растерянность.
— Очень необычно… — медленно говорит она, явно подбирая слова. — Алмаз Акопович, я…
Это ее обращение по
