Изящная ложь - Ана Карана
Внизу под фотками вспыхивали громкие фразы в духе «получилось у меня, получится и у тебя», «нет ничего невозможного», «трудись и добьёшься успеха». Забавно. Смотря что считать успехом. Вряд ли от упорного труда вырастут новые ноги или восстановится спинной мозг. Но да, поднялся этот парень неплохо.
В конце презентации высвечивается реклама онлайн бизнес-школы «Возрождение», и на сцену под аплодисменты выезжает в кресле Тарновский. Алёна даже запищала от восторга и, как ребёнок, затрясла меня за руку, восклицая «смотрите!». Я стиснул зубы, но выдавил ей улыбку. Не успокоится же.
Тарновский выглядел как типичный лощёный мальчик-мажор. С модным белобрысым ёжиком, гладко выбрит, в деловом костюме и с часами на тонком запястье.
— В восемнадцать я попал в аварию, — начинает он без приветствий. Позади него для эффектности высвечивается горящий автомобиль. — Меня спасли, но... — выдерживает драматичную паузу, — поставили диагноз. Паралич нижних конечностей. Я думал, на этом моя жизнь закончилась. Я списан в запас. И я бы ещё долго жалел себя, но родители отвезли меня на паралимпийские игры. Тогда я понял. Моя жизнь только начинается. Сейчас мне двадцать пять, — на экране появляются фотографии из семейного архива. — У меня свой бизнес, жена и недавно родилась дочь. А теперь спросите себя: ваша жизнь началась?
Дальше я практически его не слушал. Мне хватило вступления, чтобы понять — моя жизнь не началась. И это только моя вина. Тарновский старался не один год, а я положил хрен через шесть месяцев. Твою мать, неужели я слабее этого мальчишки?
Нет. Точно нет. Получилось у него поймать кайф от новой жизни, получится и у меня. Я тоже хочу вот такую семейную фотку с дочерью. Или сыном. Или сразу с двумя детьми! И чтобы моя жена была рядом. Моя сильная, любимая девочка. Она вернётся из Москвы, и я сразу скажу ей, что хочу ребёнка.
Начну новый курс физиотерапии. А там накопим денег, я устроюсь на работу — любую, неважно по специальности или пусть даже координатором расписаний, — и сделаем другую операцию. Попробуем!
— Гордый, — дёргаю его за рукав. — Я всё понял. Поехали домой? А завтра сможешь отвезти меня в МалАП?
— Да я хоть на руках отнесу тебя туда, Пожар, — ухмыляется он и отбивает мне кулаком «пять».
Так мы и поступили. В восемь утра Гордый уже приехал за мной. Алёна увязалась с нами под предлогом, что мне нужны таблетки и уколы по времени. Препираться я не стал, пусть делает свою работу. Я загорелся настолько, что готов был превратиться в послушного подопечного, если это приблизит меня к обретённой мечте.
— Опыт, конечно, впечатляющий, — начальник местного филиала МалАПа с умным видом листает мою характеристику с прошлого места работы. — Но я не уверен, что в вашем... положении будет удобно влиться в коллектив...
Так деликатно калекой меня ещё не называли. Вот же мудак.
— Вам нужен координатор, вакансия открыта, и мой опыт подходит, — говорю я тоном, каким обычно раздавал указания проводникам и второму пилоту. Приглядываюсь к имени на бейдже. — Не вижу объективной причины мне отказать, Вадим Васильевич.
Тот поднимает на меня взгляд. Смотрит долго и пристально, словно оценивая, насколько далеко я зайду в отстаивании своих прав.
— Я не уверен в вашей… хм… мобильности. У нас большая территория, а координатору требуется посещать несколько раз в неделю оба ангара, чтобы проверять и подписывать планы полётов…
— Я справлюсь.
Наверное, физиономия у меня достаточно убедительная, потому что он хмыкает и миролюбиво улыбается.
— Хорошо, Максим Андреевич. Давайте договоримся на испытательный срок. Вы посмотрите, что к чему, мы к вам приглядимся. А там решим.
— Мне подходит, — поспешно соглашаюсь, чтобы у начальника не возникло лишних сомнений.
— Тогда жду от вас пакет документов в следующий понедельник, и можете приступать официально. Сегодня Алексей, наш стажёр, проведёт вам экскурсию. Если у вас есть время, конечно.
— Время есть, — киваю я. — С удовольствием осмотрюсь.
Вадим Васильевич вызывает через телефон стажёра, которому и вверяет меня. Я отправляю Гордому сообщение, что немного задержусь, осматривая будущее место работы. Он присылает смайлик «окей», и следом «мы с Алёной забронируем столик, отметим». Неугомонный. Ладно, пусть. Новая жизнь должна быть новой во всём, в том числе в моём отношении к общественным местам.
Алексей показывает мне автопарк и ангар с бипланами, с которых любители пощекотать нервишки совершают прыжки. Это у них дополнительная развлекательная услуга. До второго ангара, что побольше, и где грузовые самолёты, мы не поехали — далековато. Да и что я там не видел? Затем, не покидая территорию малого ангара, он мне издали показывает здания метеослужбы и службы безопасности, пару складских помещений и ремонтный цех.
М-да. Не напрасны были опасения начальника. Я прикинул, как буду объезжать свои объекты, и сколько проблем может у меня возникнуть. Решимости поубавилось. Но я дал себе мысленную затрещину. Отступать некуда.
Потом мы направляемся в командно-диспетчерский пункт. Он в отдельном здании башенного типа на территории аэродрома. Собственно, здесь я и буду обитать вместе с диспетчерами, составляя расписание полётов на день. На лифте поднимаемся в саму диспетчерскую. Хвала богам, он тут был! Но такой тесный, что я едва ли вместился на своей карете.
— Это Леонид, второй стажёр, — представляет Алексей молодого парнишку с рыжей шевелюрой, который старательно заполняет журналы полётов. В общем-то, делает мою работу. — Мы с ним вместе учимся. А за пультом сейчас Николай Николаевич и Артур Богданович. Познакомьтесь, это Максим Андреевич Пожарский, наш новый координатор расписаний.
Тот, которого представили Николаем, был постарше меня лет на десять. В висках седина, взгляд серых глаз суровый и прямой. Второй, Артур, примерно мой ровесник, темноволосый и кареглазый. Мне показалось, он из тех, кого называют балагурами.
Мужчины оглядывают меня с плохо скрытым удивлением, мельком переглядываются и всё-таки выдают неуверенное приветствие. Я киваю в ответ. А сам невольно изучаю экраны за их спинами, на которых в режиме реального времени отображаются точки самолётов с маршрутами и данными. Всё же их работа была мне больше по душе.
— Пожарский? А это не ты самолёт на воду сажал? — первым со мной заговаривает Артур.
— Я.
— Ничего себе! Николаич, да к нам звезда пожаловала! — сказано это было как-то с пренебрежением. Только я не смог понять его причину. Однако Артур сам объясняет, откуда ноги растут: — Шуму вы наделали, конечно... Нас затрахали уже проверками. Сначала ваши
