Дольше чем вечность - Дж. Дж. Пантелли
– Не за что. Пока!
– Пока.
На выходе из офисного здания парень бросает мне вслед:
– Я очень рад за вас!
– Спасибо, Майкл.
Как же здорово, что я не на каблуках. Иначе пришлось бы нести туфли в руке. Я нервничаю, злюсь и ненавижу все вокруг. Мне хочется увидеть лицо Эйдена, когда я покажу ему эти чертовы фотки. Твою мать, даже от истории с Кабрера меня так не штормило!
Преодолев расстояние за пять минут, вхожу в кафе и сразу замечаю того, кто мне нужен. Восстановив дыхание, не спеша приближаюсь к нему.
– Привет, детка!
Не даю ему даже подняться со стула.
– Когда это случилось? – выкладываю снимки веером на столике. – И где?
– Эштон…
– Я просто не верю. Не верю! – разворачиваюсь и выскакиваю на улицу.
Последнее, что я запоминаю в тот момент, – визг тормозов и долгое-долгое падение в пустоту.
Глава 32
Эйден
Состояние Лукаса уже не вызывает у врачей опасения. Мы навещаем парня в больнице, и он искренне радуется за нас с Эштон, когда видит на ее пальце кольцо. Эштон последнюю неделю тоже находится в состоянии эйфории. И я, глядя в светящиеся глаза моей девочки, чувствую себя намного счастливее.
Они с Кларой уже начали обсуждать нашу предстоящую свадьбу. Видимо, меня ожидает что-то грандиозное. Но я доверяю ей и не планирую вмешиваться в этот приятный для всех женщин процесс. Пусть все будет так, как хочется невесте.
Сегодня Эштон пригласила меня на ужин в один из ресторанчиков недалеко от нашего офисного здания. Я закончил с делами немного раньше и отправился прямиком туда. В ожидании девушки я заказал вино, которым мы наслаждались в ту ночь в отеле, и приятное тепло от воспоминаний разлилось по моим венам.
Фигура Эштон вырастает прямо перед столом.
– Привет, детка! – произношу я и приподнимаюсь на своем стуле, чтобы помочь ей занять свое место.
В следующую секунду на столике появляются фотографии, на которых я и Мелани в ее постели.
– Когда это случилось? И где?
Девушка смотри на меня, сузив глаза. Твою мать, только не сейчас, когда у нас все так хорошо!
– Эштон…
– Я просто не верю. Не верю!
Она резко разворачивается и выскакивает на улицу. Я сгребаю фото, кидаю на стол несколько купюр и бегу за ней.
Визг тормозов бьет по ушам, и я уже точно знаю, какая картина сейчас предстанет перед моими глазами. Эштон лежит на асфальте в неестественной позе.
– Господи, детка! – падаю на колени возле нее. Черт, ее нельзя сейчас трогать, я могу навредить. – Кто-нибудь вызовите скорую!
Я не узнаю свой голос. Ссадины на лице Эштон кровоточат. Ее блузка перепачкана кровью.
– Детка, пожалуйста…
Опускаю голову на ее плечо и чувствую, как мое лицо становится влажным.
Я теряю счет времени. Все, что происходит дальше, словно кадры из скверного фильма. Меня отталкивает от девушки парамедик. Двое парней склоняются над ней, закрепляя на ее шее корсет. Через секунду она уже лежит на каталке.
– Я поеду с ней! – рявкаю я, когда один из парамедиков закрывает двери скорой помощи.
Он что-то хочет сказать, но я его перебиваю:
– Я ее жених!
Парень кивает головой в сторону салона, и я быстро забираюсь внутрь.
Около часа нарезаю круги в комнате ожидания в больнице на Джефферсон-стрит. Эштон все еще была без сознания, когда ее на каталке завезли в один из боксов. Не могу собраться с мыслями и сообщить обо всем семье Глассов. Сначала мне нужно убедиться, что с ней все хорошо.
– Вы жених мисс Гласс?
Передо мной вырастает темнокожий парень в голубом медицинском костюме.
– Да. Как она, доктор?
– Ей повезло. Видимо, у автомобиля была небольшая скорость. Пара ушибов. Вывих левой кисти. Внутренние органы не пострадали. И, самое главное, с ребенком все хорошо. – Парень хлопает меня по плечу.
– С ребенком?
Мои брови ползут вверх.
– Черт, вы не знали о беременности своей невесты? Возможно, она еще сама ни о чем не догадывалась. Срок небольшой. Всего три недели.
Я нервно сглатываю.
– Можно ее увидеть?
Доктор поджимает губы и несколько секунд раздумывает над моей просьбой.
– Да, но только ненадолго! Ей нужен отдых.
Я согласно киваю и следую за ним по коридору. Он оставляет меня перед входом в палату. Пару минут собираюсь с мыслями и нажимаю на дверную ручку.
Эштон приподнимается на кровати, когда я вхожу в палату. Над ее бровью красуется пластырь. Левая рука перебинтована.
– Детка, как ты? – осторожно спрашиваю я и ставлю стул у кровати.
– Уходи, Эйден. У меня и так голова кругом идет.
Она отворачивается и хмурится от боли в потревоженной левой руке.
– Я никуда, черт возьми, не уйду! Ты снова не дала мне шанса объясниться, и смотри, к чему это привело! – Я касаюсь ее пальцев, но Эштон резко отдергивает перебинтованную руку, не обращая внимания на боль.
– А что объяснять? На фото все прекрасно видно. Мелани добилась, чего хотела. Уйди, мне противно от всего этого!
Девушка снова отворачивается от меня и разглядывает стену.
– Между. Нами. Ничего. Не было! – Я выделяю каждое слово, чтобы Эштон наконец поняла, что у нее нет повода во мне сомневаться. – Посмотри на меня, детка! Пожалуйста, поверь мне! Неужели ты думаешь, что я смог бы пожертвовать тобой и Аланом ради секса с Мелани?
Эштон поворачивает ко мне голову и несколько секунд разглядывает в упор, а потом спрашивает:
– Почему тогда не сказал об этом? Почему ты всегда что-то скрываешь? Я устала. Можешь просто уйти и… просто уйти.
– Не думаю, что тебе понравился бы мой рассказ о том, что Мелани после клуба привезла меня пьяного в свою квартиру. – Я достаю из внутреннего кармана своего пиджака фотографии и нахожу ту, на которой отчетливо видна печать клуба на моем запястье. – Посмотри, печать клуба на моей руке. Я отрубился, Эш. И даже не помню, как оказался в ее комнате!
Она аккуратно берет фото и всматривается в застывшее изображение.
– Да, я вижу. Доволен? – возвращает снимок обратно. – Но все равно мерзко. Ее ручонки на тебе. И наверняка она не упустила шанса покрасоваться в обнаженном виде.
Я провожу ладонями по лицу. Эштон отлично знает свою экс-помощницу. Я усмехаюсь.
– У нее не получилось завлечь меня даже этим. Эштон, я люблю тебя! Пожалуйста, доверяй мне, детка!
– Я доверяю тебе… потому что люблю. Только в следующий раз, когда решишь напиться и случайно окажешься в
