Драгоценная опасность - Нева Алтай
Отлично.
— А в случае Артуро... — её голос становится тише, — его преданность Аджелло выходит за рамки кодекса коза ностра. — На её глазах выступают слёзы, готовые пролиться в любую секунду. — Ты знаешь, как погибли наши родители во время налёта на казино, где они работали?
Я киваю. Драго рассказывал мне о трагедии. Сиенне и её сестре тогда было по пять лет. После этого их воспитывал брат. В одиночку, якобы. Хотя в это сложно поверить, глядя на того засранца, который сейчас рушит мою жизнь.
— Артуро просил назначить его нашим опекуном. Но старый дон решил, что мы должны жить с тётей, которую даже не знали. Слово дона — закон. Мы... нашу семью... то, что от неё осталось... должны были разлучить. И Артуро ничего не мог поделать.
Я беру её руку и слегка сжимаю. Я слишком хорошо знаю, каково это — потерять близких в детстве. У нас с Сиенной очень похожие истории. Наверное, поэтому мы так быстро сблизились. Мы обе потеряли родителей, будучи детьми. Обе пережили эту невообразимую боль. Мои страдания усугубились смертью сестры-близнеца, погибшей вместе с мамой и папой. Драго остался моей единственной семьей. Пока не появилась Кева. Именно они помогли мне пройти через те мрачные времена. Не уверена, что справилась бы, окажись мы разлучены. Одна мысль о такой возможности вызывает у меня физическую тошноту.
— Но вас не забрали? — выдавливаю я.
— Если бы не Аджелло, то обязательно забрали бы у брата.
— Сальваторе Аджелло?
— Да. Мы уже собирались уезжать, когда он появился. Сказал Артуро распаковать вещи — мол, дон передумал. Вот и всё. Затем развернулся и ушёл. До сих пор не знаю, что именно произошло. Старый дон не был тем, кто меняет решения, так что это заслуга Аджелло. Но он никогда об этом не говорил. Вообще.
— Ну... Вряд ли кто-то понимает, как Аджелло делает то, что делает.
— Да. Этот человек меня пугает, — она смеётся. — Так что видишь, вот настоящая причина преданности Артуро. Не просто принципы коза ностра. Он чувствует себя обязанным. Он в долгу перед Аджелло и никогда не пойдёт против дона.
В животе тяжелеет. Это плохо.
— Ой, чуть не забыла! — Сиенна вскакивает на колени, хлопая в ладоши. Типично для неё — грусть сменяется восторгом. — Я закончила первый черновик хоккейного романа! Прочитаешь и дашь отзыв?
— Эм... конечно. Опять считать конечности?
Сиенна прекрасно выстраивает сюжет и персонажей, но ужасна в мелочах. Проверка фактов. Последовательность. И тому подобное. В каждой любовной сцене у неё почему-то оказываются как минимум две лишние руки.
— Пожалуйста! Сейчас отправлю на почту.
Я наблюдаю, как она выпорхнула из комнаты в блестящих бирюзовых тапочках, затем плюхаюсь на кровать и смотрю в потолок. Почти сразу ноутбук оповещает о новом письме. Я открываю присланный Сиенной файл, но после нескольких попыток понимаю, что сосредоточиться не получается.
Что же мне делать? Последние три дня я надеялась, что этот высокомерный дьявол одумается и откажется от идиотской идеи женитьбы. Честно говоря, я до сих пор не осознала, что меня принуждают к браку, поэтому пока просто плыву по течению.
Так и подмывает рассказать брату и положиться на него. Драго наверняка прикончил бы Девилля за меня. Возможно. Хотя вряд ли он станет так ранить Сиенну. Да и смогу ли я просить его об этом? Придётся объяснять, как мои отпечатки оказались на орудии убийства, и просить его разгребать последствия моих поступков.
Снова.
Как тогда, когда ему пришлось забирать меня из полицейского участка после того, как меня и моих друзей задержали за нарушение общественного порядка. Мы оставили кучу какашек у входа в элитный бутик. В мою защиту скажу, что там продавали шубы. Настоящие шубы из шкур исчезающих видов животных! Поскольку меня сочли зачинщицей и поскольку я организовала этот небольшой «протест» на территории школы, меня исключили из неё на первом году учебы.
Во второй школе мне пришлось ненамного лучше. Драго пришлось заплатить за дезинфекцию и ремонт всей химической лаборатории после того, как я случайно пролила опасное вещество, пытаясь спасти морскую свинку, сбежавшую из соседнего кабинета биологии. Меня отстранили от занятий только за это, и то благодаря толстому кошельку Драго. Я уверена, что он подкупил и школьных чиновников, чтобы меня не наказали.
Казалось бы, с возрастом должна была поумнеть. Но нет. В прошлом году брату снова пришлось меня «спасать». Пьяная в стельку, я села не на тот поезд, уснула и очнулась в глухом месте, мягко говоря. Кошелёк и телефон, само собой, со мной не доехали. Хорошо хоть, что обошлось без худшего. Пришлось умолять незнакомца дать позвонить Драго.
Когда он приехал за мной, я думала, он меня прибьёт на месте — так он бесился. А всё потому что я его не послушалась. Он же чётко сказал позвонить, когда буду уходить из бара. Но я знала, что он валится с ног от усталости, было уже за полночь... Просто не хотела его будить.
Боже! Меня тошнит от этой карусели. Если я устала от постоянных провалов, то Драго, должно быть, уже на пределе. У него теперь есть жена, его внимание должно быть направлено на неё, а не на мои косяки.
И это подводит меня к главному страху: реакции Драго, если он узнает правду. Что, если он бросит вызов Аджелло? Меньше всего я хочу подвергать брата опасности из-за того, что сама вляпалась в очередную передрягу.
Я бессмысленно смотрю в потолок, обдумывая варианты, когда внезапный переполох на подъездной дорожке выводит меня из оцепенения. Судя по шуму, происходит что-то серьёзное — несколько возбуждённых голосов, затем резкие хлопки автомобильных дверей.
Я бросаюсь к окну как раз вовремя, чтобы увидеть, как Драго запрыгивает на свой мотоцикл и срывается с места, будто за ним гонятся.
— Адам! — кричу, распахивая окно. — Что происходит?
Друг детства моего брата, а теперь и его главный силовик, поворачивается всем своим мощным телом и смотрит на меня.
— Спецагенты из налоговой только что объявились в «Наосе», — бросает он, нахлобучивая шлем на голову.
— Чёрт.
— Ага. — Он опускает визор и срывается вслед за Драго.
Я снова плюхаюсь на кровать и хватаю ноут, чтобы проверить админские файлы «Наоса» — вдруг там есть что-то,
