Демон Пепла и Слёз - Виктория Олейник

– Он использовал клинок, так? – подсказал отец. Тарлиев «грустно» кивнул.

– Именно так. Он клялся, что обязан ее убить. Вы же знаете, младший Штоль уже прибегал к союзу с демонами. Мне очень жаль, я не успел вовремя… простите. Мне нет оправдания.

Ах, сколько фальшивого раскаяния, какая талантливая – и омерзительная – игра на публику! Тарлиев, которого я знала, ничего общего не имел с Тарлиевым, покорно склонившим голову перед Советом.

Это понимала я, но для окружающих все выглядело убедительно… Охотники зашептались, занервничали, ерзая на местах, избегая смотреть на Алекса. Словно уже все решили, словно все очевидно.

– Это ложь! – решительно встала я и резким жестом сбросила руки брата с плеча. – Хватит, Влад, оставь меня в покое! Вы знаете Алекса всю жизнь. Вы знаете, что он защитник своего ковена, ваш защитник! Он в одиночку тянет на себе так много, отдает себя вашей безопасности! И вы что, так легко купитесь на эту фальшивку, – я кивнула на Тарлиева, и его глаза нехорошо сузились. Но я уже повернулась к отцу. – Я там тоже была, отец! Не хочешь мою версию услышать?

– Лия, немедленно…

– Я там была, отец, и видела все своими глазами. Видела, как ваш любимый Максим меняет свою форму. Он высший демон! Сын Лексы, сын Алексии! Не веришь? Проверь его метку. Она там, под ключицей. Роза, отец! Но ты ведь это и так знаешь?

Я никогда не позволяла себе так разговаривать с отцом – никто не позволял, и теперь Совет возбужденно зашептался, возмущенный дочерью – подумать только! – главы ковена. Но я упрямо указывала на Тарлиева. Они обязаны проверить! Пускай сами посмотрят!

Отец презрительно поморщился. Вечно так! Но я лучше умру, чем позволю им осудить Алекса за то, что сделал Лидариос!

– Вот тебе два слова, от одной дочери и от другой. Кому поверишь, отец? Выбирай! – требовательно повторила я.

– Ты не в себе, Лия, – недовольно вздохнул папочка и, подойдя к Тарлиеву, резко дернул того за воротник. Я ждала, что клеймо убедит Совет, что перед ними высший демон. Что заставит их пересмотреть выводы. Но вместо этого отшатнулась, не понимая, что происходит. Где метка?!

Макс загадочно и «смущенно» улыбнулся, застегивая воротник обратно, но смотрел на меня торжествующе. Вряд ли кто обратил внимание на этот блеск в его глазах, блеск триумфа. Победы. Он ликовал – будто ждал, что я предложу взглянуть на метку поближе. И я села, пораженная догадкой: он хотел, чтобы я так поступила. Теперь, как ни распинайся, никто мне не поверит!

Тарлиев демонстративно вывесил на груди отобранный кулон, и я стиснула сидение руками так крепко, что заболели пальцы.

– Отец… – начала я, цепляясь за последнюю соломинку, но тот резко поднял руку.

– Ну хватит, довольно, Лия! Ты видела все!

– Он меняет форму, я же говорила! Он просто заставил ее исчезнуть!.. Взял чужой облик без метки!..

– Хватит! – рявкнул отец, заставив заткнуться не только меня, но и всех окружающих. Я беспомощно посмотрела на Алекса, но тот легкомысленно пожал плечами. Он что, не понимает? Они же его осудят! Наказание – либо изгнание, либо смерть!

– Прошу извинить мою дочь. Она была помолвлена с этим молодым человеком, думаю, это простительная слабость, – поморщился отец, и я вскинулась.

– Была? Я и сейчас…

– Моя дочь не выйдет за убийцу! – не терпящим возражений тоном отрезал отец. – Помолвка расторгнута.

– Раз так, я напомню вам, что просил руки вашей дочери… – тут же вставил Максим, будто только и ждал удобного момента. От подобного поворота у меня не только дар речи пропал, но и сердце оборвалось. Тарлиевы сильный ковен. Самый сильный после Штолей. Отец не упустит шанса…

– Я даю согласие, – отмахнулся отец так, словно это мелочь. Ничего не значит. Словно я – ничего не значу.

– Отец! – вскочила я, но тот и бровью не повел, собирая бумаги. На меня он не смотрел.

– Я все решил, Лия. Не позорь меня еще больше. Для остальных вот мое решение: тщательное расследование определит судьбу юноши. До тех пор он будет под стражей. На расследование даю месяц. На сегодня все.

Отец стремительным шагом покинул зал, за ним потянулись остальные охотники.

А я стояла и смотрела, как рушится моя жизнь. Дернулась было к Алексу, но меня перехватил за руку Тарлиев, будь он трижды проклят! Вцепился мертвой хваткой. До боли. Ненавижу его!

– Ну видишь, хорошая моя. Ты будешь моей, я же говорил, – прошептал он. Взглянул на меня обжигающе-яростным взглядом, в котором тем не менее сквозило торжество. Подался ближе, протянул руку, чтобы коснуться…

– Эй-эй! – Влад оттолкнул Макса и сложил на груди руки. – После свадьбы, пожалуйста. А пока держи лапки при себе, мальчик, – жестко потребовал он.

– Ладно, папочка! Не нервничай, я поздоровался с невестой! – Макс поднял руки в шутливом жесте и кивнул сестре. – Пойдем.

– Агась, – флегматично отозвалась Мария, не отрываясь от телефона. Может, и она под внушением? Влад проводил Тарлиевых напряженным взглядом и, вздохнув, схватил меня под локоть.

– Я должен тебя запереть…

– Влад… ну хоть ты скажи им! Я же видела! Тарлиев, он…

– Подожди, Лия. Может, я всегда поддержу отца, но Тарлиев? Нет уж. Я что-нибудь придумаю, Лейка. Поверь, я что-нибудь придумаю…

Глава 22

Предложение

Запертая в комнате, я не находила себе места. Ломала руки, подходила к стальной двери и возвращалась обратно в центр комнаты.

Могла бы – вышибла бы эту дверь! Но двери здесь рассчитаны на демонов. Я приблизилась к окну, отдернула занавеску, с ненавистью вцепилась в железную решетку и, тряхнув, зарычала от бессилия. Вся хваленая избранная сила ни разу не помогает! Толку мне с нее, одни проблемы!

– Велор! Велор, я знаю, ты меня слышишь! – Я встала в центр комнаты и покрутилась вокруг себя. Наверное, со стороны похожа на безумную. Все равно. – Яви свою пятую точку сюда, пока я сама зову!

Услышь меня Велор на самом деле, он бы такого не стерпел. Вряд ли к нему так обращаются в Аристоле. Но увы! Комната ответила звенящей тишиной. От злости и безвыходности я зарычала и сбила со стола лампу. Звякнув, та мигнула и погасла. Ну круто. Теперь наступит ночь – и я вполне успею насладиться леденящим мраком.

Проклятье.

Присев, я подобрала лампу, покрутила ее, пытаясь исправить сломанное. Или, может, успокоиться… Тихий шелест отвлек меня от увлекательного занятия. Поднявшись, я обернулась к окну, поставила руки на стекло и хмуро взглянула на прилетевшего ворона. Черная птица невозмутимо наблюдала за мной в ответ. Почему бы