Любовь всей моей смерти. Том 1 - Дэпаранг

Шевельнув бровями, Чжиху посмотрел на нее с нечитаемым выражением на лице: он точно не злился, но и не был спокоен. Мужчина сделал шаг вперед, подойдя к Шихён еще ближе, и, словно взрывом, оглушил ее всего одной фразой:

– Я все-таки мужчина.

Шихён не знала, как на это реагировать, поэтому просто растерянно хлопала глазами. Будто забавляясь сложившейся ситуацией, Чжиху, наоборот, с энтузиазмом в голосе начал выделять каждое свое слово:

– Разве для абсолютно здорового мужчины не будет только полезнее интересоваться любовными сценами? Мы ведь уже давно не дети, чему ты так удивляешься?

Не зря люди говорят: в тихом омуте черти водятся. Шихён сама не заметила, как стала избегать его взгляда. Отчего-то девушка почувствовала себя преданной: вещи, которые он говорил, сильно шли вразрез с его благородным внешним видом. Она была сбита с толку и обильно покрылась холодным потом.

– Значит, тебе настолько неприятно? – тихо выдохнув, прошептал Чжиху.

Эта фраза не несла в себе какого-то особого смысла, но почему-то тут же вернула Шихён в реальность, будто у нее внутри что-то оборвалось В его интонации слышалась нотка горечи.

Слова о том, что все не так и он все неправильно понял, вертелись у нее на языке, но то ли гордость, то ли беспорядочный поток мыслей помешали ей произнести их вслух.

– Ну, тебе не нужно бояться. Я же не извращенец, чтобы навязывать подобное человеку против его воли. Не волнуйся, – усмехнулся Чжиху, пытаясь казаться беззаботным.

Однако, несмотря на его действия, Шихён заметила, как на его лицо легла хмурая тень.

Чжиху не спеша отстранился от Шихён. Глядя на него, девушка почувствовала, как узел различных чувств и эмоций, образовавшийся где-то внутри, затянулся еще туже. Из ее головы исчезли все мысли, сделав разум чище пустого листа бумаги. В этот момент она не думала ни о чем и действовала искренне: она сделала то, чего желало ее сердце.

Шихён протянула руки и схватила Чжиху за правое запястье обеими ладонями. На какое-то время в комнате воцарилась тишина. Затем с губ Шихён слетел удивленный вздох. Хоть вид у нее был такой, словно это не входило в ее изначальные намерения, она все равно не отпускала руку Чжиху.

На самом деле девушка не понимала, зачем она это сделала. Даже если бы Чжиху и отодвинулся от нее, в данной ситуации он отошел бы всего лишь на два-три шага. Так что Шихён и самой было любопытно, почему ей было необходимо непременно схватить его за руку. Но одно было ясно наверняка: то необъяснимое чувство дискомфорта, которое сковывало их до сих пор, моментально исчезло.

Чжиху рассеянно опустил взгляд на руку Шихён. На его лице больше не было того непроницаемого выражения со следами разочарования, теперь на нем красовалось полноценное удивление, а такое бывало очень редко.

– И все-таки я безнадежен. Тяжелый случай, – с долей самоиронии произнес он. – Даже как-то жалко.

– Что?

Не поняв ни слова, Шихён переспросила его в надежде, что мужчина разъяснит ей смысл сказанного. Но вместо ответа он лишь неестественно громко произнес, заполняя своим голосом все помещение:

– Продолжим наши занятия по актерскому мастерству позже, у нас будет еще много возможностей для этого. Душновато тут, правда? Может, выйдем на улицу?

Поведение Чжиху изменилось, но его предложение было не таким уж и плохим, поэтому Шихён покорно кивнула. Судя по всему, ее согласие его обрадовало, поэтому он слегка улыбнулся и забрал из рук девушки сценарий.

Шихён охватило какое-то неловкое чувство, и она сама не заметила, как выпалила совершенно не то, что хотела бы сказать на самом деле:

– Я уже тебе об этом говорила, но даже в обычной жизни каждую фразу ты произносишь слишком уж наигранно и драматично. Не думал обратиться к специалисту?

Вместо того чтобы как-то ответить на колкость девушки, следующей за ним, Чжиху лишь слегка ухмыльнулся.

Покинув студию, царская чета направилась к выходу из здания. На протяжении всего пути их преследовали взгляды и перешептывания, сильно действующие Шихён на нервы. Девушка же, в свою очередь, с удивлением думала о том, что все, кто их сейчас окружает, не являются людьми, как она сама. Она внимательно разглядывала лица в толпе и пыталась найти признаки, выдающие в них ёкаев.

– Сколько ни смотрю, а никакой разницы не вижу, – тихо пробормотала Шихён себе под нос.

Она вспомнила некоторые моменты из своего прошлого, что пробудило в ней небольшую обиду на ёкаев. Как бы то ни было, в данный момент они не собирались причинять ей никакого вреда.

Когда пара вышла из здания, Шихён удивилась тому, сколько же времени они там провели. Сумерки, опустившиеся на город, густо наполняли воздух вечерней прохладой. Девушка повертела головой по сторонам и с сожалением посмотрела на Чжиху, а затем с горечью в голосе произнесла:

– Разве нам уже не нужно потихоньку возвращаться?

Несмотря на то что своей фразой Шихён сама напоминала о необходимости вернуться в загробный мир, невооруженным взглядом было видно, насколько же ей было жаль покидать мир живых.

– Правда? Если ты так этого хочешь, то, пожалуй, нам действительно следует вернуться. – Чжиху ударил по ее самому больному месту.

Шихён тяжело выдохнула и украдкой бросила на него свой взгляд, полный негодования. Девушка прекрасно понимала, что Чжиху делает это специально, отчего ей так и хотелось разок как следует вмазать ему. Однако у нее все равно не хватило бы на это сил, поэтому Шихён оставила мужчину без ответа. Чжиху, безмолвно наблюдавший за ней, слегка улыбнулся:

– Я же просто хотел пошутить, чего ты так нахмурилась?

– …

– Ты стыдила меня за излишнюю серьезность, а у самой нет ни капли чувства юмора. Разве можно было не понять такую простую шутку?

– А ты поставь себя на место того, кто слушает твои шутки. Ты же говоришь их вот с такими выпученными глазами. Кто вообще может подумать, что это шутка? – бросила Шихён в ответ, широко раскрывая свои глаза пальцами.

Одного взгляда на комичную гримасу Шихён хватило бы хотя бы для того, чтобы ухмыльнуться, но на лице Чжиху не дрогнул ни один мускул, и он спокойно произнес:

– Так ты точь-в-точь похожа на страшного головореза. Осталось только волосы распустить – и сходство будет невероятное.

– Чего?

Возмутилась Шихён: впервые за всю свою жизнь ее кто-то назвал «страшным головорезом». Не успела она оправиться, как Чжиху добил девушку своей следующей фразой:

– И все равно ты