Демон Пепла и Слёз - Виктория Олейник
Она прошлась по комнате, в отчаянии заламывая руки. Остановилась напротив и, присев, взяла мои ладони в свои.
– Тогда это казалось единственным шансом. Мне было пятнадцать, ни выхода, ни лазейки. У меня было лишь два варианта – или стать проклятой, как все остальные из ковена… или подписать предложенный мачехой договор. И я подписала, Лия, подписала, не думая, не глядя, не вчитываясь. Все что угодно я готова была отдать за возможность избежать судьбы собственного ковена! А когда поняла, было поздно. Подпись поставлена, ее нельзя отменить. Лучше я бы себя отдала, но во мне не нуждались.
Я осторожно высвободила руки. Что говорят в таких случаях и как себя ведут? Я чувствовала одновременно злость, понимание… и безграничный ужас перед будущим. Демонические договоры нерушимы. Демоны мастера уловок и вранья, поэтому человеку их обдурить невозможно.
Я обречена.
И то, что мама из проклятого ковена, никак жизнь не облегчает. Но, сказать по правде, в данный момент это последнее, что меня волновало. В конце концов, меня до рождения связали с демоном! Потрясающий поворот в моей жизни!
– Я знаю, ты расстроена и злишься, – нахмурилась мама.
– Ну что ты! – фыркнула я. – Меня всего лишь отдали в игрушки демону, и он теперь меня преследует. Все пучком.
– Лия…
– Нет, мам! – резко бросила я, вскакивая. – Ты могла хотя бы рассказать!
Я отшвырнула от себя свиток и выдохнула. Злость злостью, но я понимала мамин поступок. По сути, ее обманули, получается. К тому же легко рассуждать, как со мной бессовестно обошлись, – а родись я в Проклятом ковене, как бы запела?
– Ну хорошо, – напряженно бросила я. – А чего он хочет от меня? Почему я? Что вообще за принципиальность, какая разница, старшая дочь или младшая?
– Не знаю, – упавшим голосом выдавила мама.
Я плюхнулась с размаху на кровать. По окну тихо барабанил дождь, и старая ветка дерева скреблась в окно. Я дотронулась пальцами до висков, чувствуя, что голова вот-вот взорвется. Не только из-за проклятого договора. Я же с самого начала понимала, что на пустом месте ни один высший так упрямо преследовать не станет!
Но семейные тайны – вот что порядком выбивало из колеи. Все эти недоговоренности, залежи скелетов в шкафах. В моих предках Изгнанные… Изгнанные, чтоб это! Не какие-то там Тарлиевы (хотя и от такого поворота свихнуться можно) – а Изгнанные! Ковен, решивший уничтожить другие и заключивший договор с высшим демоном. Не люди. Не охотники. Не демоны.
Проклятые.
Я тихо выдохнула сквозь зубы. Ладно. Это может подождать. Свиток, подпись и дико настойчивый парень-демон – вот что ждать не может. Я затолкала мысли о семейных тайнах в дальний уголок подсознания и уронила руки на колени.
– Мам, неужели нет способа от него избавиться? Какая-нибудь лазейка? Ну не могу же я так просто сложить ручки и подчиниться?
– У любого демона есть своя смерть, Лия. – Мама помялась. – Высшие охраняют ее от чужих ушей и глаз, но есть те, кто видит больше, чем положено человеку. Но… не уверена, что это хороший вариант.
– Имеешь в виду Изгнанных? Они действительно помогут? – встрепенулась я.
– У моего ковена особенный дар. Дар видений. Возможно, верховная шаманка увидит секрет Амброза. Но, возможно, это лишь напрасный риск и ни к чему не приведет. Мой народ действительно… опасен для чужих. Но, быть может, меня они примут.
Я посидела, пиная цветастый коврик. Быть может… а если нет? Мама никогда не отличалась суперсилой, да и охотница из нее не очень. Даже я лучше, а я, как охотница, курам на смех. Чего скрывать. Я бросила на маму взгляд и тут же отвела. Есть еще одна проблема…
– А отец знает, откуда ты? – спросила я.
Мама не ответила, и я сама поняла: ничего не знает. Вот почему мне так строго было наказано помалкивать о видениях. Это дар не Арефьевых. А отец к Изгнанным относится даже хуже, чем к демонам. Мало того что Изгнанные все равно что демоны, так еще и охотники другого ковена. Вдвойне гадость, иными словами.
Алекс прав. Почему нам не навестить Изгнанных на досуге? Я потерла носком едва заметную подпалину на ковре, и тут меня осенило.
– А меня они примут за свою? – вскинула я голову.
– Об этом даже не думай! – «включилась» в маме родительница. Нахмурившись, она покачала головой. – Тебе никак туда нельзя, Лия! Я не представляю, что шаманка с тобой сделает. Она может принять тебя, а может убить… ведь ты старшая дочь верховной семьи, ясно? В нашей семье испокон веков старших дочерей угнетали, и все по ее приказу! Не лезь в это. Я поговорю с твоим отцом, и мы попытаемся выйти на связь с шаманкой…
– Но я действительно могла бы…
– Зря я тебе рассказала! Я запрещаю тебе!
– Раньше надо было думать, – вспыхнула я.
Мама сощурилась, не желая сдавать позиций, но и я так легко не собиралась отступать. Я рассматривала ее жестко поджатые губы, темные волосы, падающие на лицо… я о ней так мало знала, оказывается. Так мало…
– Дочь, тебе одной там делать нечего… – начала было она, но ее голос прервал звук хлопнувшей двери.
Мы обе вздрогнули, одновременно уставившись на гостя.
А гость, по-прежнему радующий взор сползающим с бедер полотенцем, невозмутимо закрыл скрипнувшую дверь. Свободное полотенце он перебросил через шею, так что теперь оно служило подобием рубашки, делая вид парня хоть немного приличным.
– Я тут слегка подслушал…
– Ха, – выдохнула я, прекрасно зная, что означает это «слегка».
– Никто ее одну не отпустит. Наломает дров, а мне все исправлять. Теперь только контроль и контроль. Но, вообще-то, мысль у Лии неплохая. – Алекс серьезно посмотрел на маму. – Мы можем попробовать найти этот ваш проклятый ковен. Без обид, Лизавета Михайловна. Но из меня охотник получше, чем из вас. И раз уж без Лии никак, я за ней прослежу.
– Вы все равно Изгнанных не найдете, – неуверенно протянула мама, явно смущенная и видом Алекса, и его уверенным голосом. – Даже я точно не знаю…
– На этот счет у нас заготовлены мясные угощения со встроенным навигатором, – подмигнул мне Алекс. Я вспомнила беса Алексии и пожалела несчастного. – Доверьтесь нам. – Жених с сомнением посмотрел на меня,