Демон Пепла и Слёз - Виктория Олейник

– Где надо, там и нашел, – сощурился он. – Ладно там кулон! Стоит тебе инкуба встретить, так и голову где-то оставляешь. Не девушка, а сто несчастий.

– От ста несчастий слышу, – обиделась я, упрямо не отводя взгляда.

– Хотя… сто несчастий в такой сорочке дико заводят. – Взгляд Алекса оценивающе пробежался по мне, заставив сердце биться чаще. – Между прочим, с тебя причитается.

Алекс выразительно изогнул бровь. Я переступила босыми ногами, невольно затаив дыхание. Но – стоп. Второй раз на те же грабли за какую-то неделю – уже перебор!

– Давай… больше никаких поцелуев, Алекс? По крайней мере, сейчас. – Я попыталась отстраниться, но он схватил меня за локоть, настойчиво притягивая обратно.

– Как интересно звучит… «По крайней мере, сейчас», – задумчиво передразнил он, следя за своими пальцами, бегущими по моему плечу.

Я нервно поправила лямку. Что он со мной делает? Внутри разливался жар, и сердце стучало в бешеном ритме.

Алекс перевел взгляд на мои губы, заставив задержать дыхание от внезапного желания, и медленно дотронулся до моего подбородка.

– Алекс… – нахмурилась я, но остаток фразы вылетел из головы, когда его губы коснулись моих, решительно, но легко.

Я могла бы его оттолкнуть, но вместо этого обхватила за шею, отвечая на поцелуй. Его пальцы соскользнули вниз, обхватывая меня за талию. Притягивая ближе… Он не делал попыток зайти дальше, но его прикосновения и без того обжигали через тонкую ткань, заставляя голову кружиться, а сердце биться часто и неровно.

Это был другой поцелуй… не страстный, а чувственный. И с каждым мгновением он становился более глубоким, требовательным… Я знала, что должна это прекратить, но уже не могла. Запустив руку в волосы Алекса, запутывалась в прядках пальцами, скользила ладонью по его груди…

Кажется, я увлекла жениха за собой на кровать. Матрас прогнулся под тяжестью, и его рука провела дорожку по моему бедру… Вот это уже совсем неправильно!

Я вздрогнула – будто опомнилась… О небо! Что творю? Волна смущения обрушилась на меня ушатом ледяной воды. Я резко отдернула руку. Туман в мозгах начал проясняться. Что происходит? Как это допустила? Я…

– Алекс, мы не… то есть…

Он, едва взглянув на меня, напрягся… но, помедлив, выдохнул. Оттолкнувшись от матраса, одним рывком поднялся. Когда он в следующий момент повернулся, на его лице блуждала привычная насмешливая улыбка.

– Я понял, понял. Никаких поцелуев. «По крайней мере, пока». Но учти, будешь меня соблазнять, ничего не обещаю.

– Ничего я не соблазняла!.. – Я попыталась сесть, но парень, поставив колено на матрас, ткнул меня в плечо, укладывая обратно. Склонился ниже.

– Ну как же, накинулась на меня с поцелуями, сорочку такую надела, все просвечивает… – хитро сощурился он. Сорочка как сорочка, ничего не просвечивает, клянусь! Но стоило мне нахмуриться, Алекс хмыкнул: – Ну скажи, что ты всего этого не хотела? Давай же, утешь меня… Вдруг влюбишься, что я с тобой буду делать?

– Да ты… такой паршивец! Лучше в беса по уши втрескаюсь, чем в такого самодовольного, наглого, противного… – Поскольку меня заткнули внезапным поцелуем, остаток фразы я промычала.

Отстранившись, жених сверкнул улыбкой:

– Какой бес тебя вытерпит! Болтаешь без умолку…

– Алекс! – возмутилась я, уже всерьез закипая. – Это тебе шутки, что ли? Хватит лезть со своими…

– Поцелуями? Ну хорошо, хорошо! Буду целовать кого угодно, кроме тебя!

– …!

– Что, не нравится?

Усмехнувшись, он склонился ниже. Я затаила дыхание, не столько опасаясь, сколько надеясь на поцелуй… Хватит, приди в себя! Я нахмурилась, ругая себя последними словами, но напрасно переживала. Приблизившись к моему уху, он прошептал, почему-то очень серьезно:

– Я дам тебе время, Лия. Как ты просишь. Но не вздумай говорить, что ты этого не хотела. – Он встал, подхватил со стола яблоко, подбросил его в руках. Подмигнув, вразвалочку направился к двери. Аппетитный хруст разнесся по комнате. – А целуюсь я лучше любого инкуба. Скажи?

– Не скажу! – зарычала я, посылая ему вслед подушку. Та глухо ударилась о только что закрывшуюся дверь, и я в гневе сжала кулаки.

Зараза! Что за ерунда, в самом деле?! При чем здесь вообще инкубы?! Опять эта демонстрация в духе «не смей оспаривать мою неотразимость»! Я-то думала… я думала… что он, например, мной увлекся?.. Уф, даже звучит нелепо!

Я похлопала ладонями по горящим щекам и раскинулась звездочкой на кровати. Мне пора очнуться, это же Алекс! Мои фантазии ничего общего с реальностью не имеют: недели не пройдет, как он найдет себе очередную Катю!

Кати, Кати, Кати… сплошные Кати! Как они меня достали! Я сжала пальцы, сминая простынь, а то бы лопнула от злости. Да пусть хоть гарем заведет из этих Кать, мне-то что! Мне вообще до него дела нет – нет-нет, совершенно никакого дела!

Я резко села, коснулась губ, хранивших поцелуй, и нахмурилась.

Так ведь?..

Я же не ревную?

Мотнув головой, поморщилась. Не-ет! Конечно нет! Это же Алекс, было бы к кому ревновать! Он гад, каких поискать! Ужасный, ужасный тип…

…Но как целуется! Я грустно вздохнула, подпирая щеку ладонью, и уставилась в окно. Целуется бесподобно.

Дни летели подозрительно быстро. Один сменялся другим, будто переворачивали страницы календаря. Не успела я опомниться, как понедельник превратился в среду, а среда в пятницу. Лес окрасился в багряные оттенки, на ветру печально звенели обереги. Вороны грелись на пугале, спасаясь от серого дождя, и домашний кот с тоской смотрел на них через окно, не желая выходить из дома.

Унылый мрачный особняк все больше напоминал дом семейки Аддамс. Особенно по вечерам, притихший и угрюмый, затаивший недоброе к обитателям. Он ворчал, вздыхал, дребезжал окнами под порывами холодного ветра. Пах старостью и пылью. Я спустилась по лестнице, взглянула на отражение в старинном зеркале. Ночью, в темноте, отражение жило своей жизнью. Неуютно как.

Я поежилась и, помедлив, рискнула приблизиться к гостевой комнате. Дом тут же выдал меня скрипнувшей половицей. Да без разницы, отца нет дома.

Проскользнув в комнату, я замерла у кровати раненого. Здорово ему досталось. Я дотянулась до кружки на прикроватном столике, принюхалась к странному отвару. Снотворное. Ну, с маминым снотворным охотника из пушки не добудишься!

Опять я без толку заглянула. Как же узнать, с кем повстречался охотник? А вдруг не с Велором? Хоть бы врага точно знать! Время бежит. Будто отмеряет срок. И стоит промедлить, все потеряно. С досадой вернув кружку на место, я сделала шаг назад.

И вдруг насторожилась. Тусклый светильник мигнул, всего раз, с резким звуком разбивая тишину.