Хозяйка тёмного эльфа - Элис Айт
– Тебе известно, кто я?
– Мне сказали, что теперь я принадлежу леди Мелевин ан-Сафат. Осмелюсь предположить, что это вы.
Голос у него оказался тихим и мягким. Не такого ждешь от командира. Я обратила внимание на отсутствие акцента – на сенавийском раб говорил очень чисто.
– Да, это я. Что еще ты знаешь обо мне?
– Простите, госпожа. Ничего, кроме вашего имени.
– Я глава рода Сафат, хозяйка этого городского поместья и земель к северу от города. В основном на них выращивают кофе. Также мне принадлежат две городские кофейни и одна мастерская. Что ты умеешь?
– Воевать и убивать, – покорно ответил он.
Да уж.
– Я имела в виду, чем ты можешь быть мне полезен, учитывая, чем я занимаюсь.
– Не знаю, госпожа. Может быть, вам нужно кого-то убить?
Его тон не подразумевал, что Аштар может издеваться. Да и был бы раб чересчур остер на язык, давно бы его лишился.
С другой стороны, Элай не самого далекого ума мужчина. Он мог и не замечать сарказма, тем более если решил, что добился от раба всецелой покорности. А когда тебя лишают всего, смешивают с грязью и надевают цепи, острый язык зачастую единственное, с помощью чего можно ощутить хоть дуновение свободы.
– Подними голову.
Он подчинился, однако взгляд все равно держал опущенным. Я помолчала, внимательно изучая Аштара.
Странный, непривычный цвет лица ничуть не делал его уродливым. Наоборот, эльф был очень красив и обладал правильными, почти идеальными чертами лица – многие сенавийские аристократы в десятом поколении обзавидовались бы.
Вообще он оказался не таким запущенным, как можно было ожидать. От него не воняло, признаков заражения или болезни я не заметила, как и потеков грязи на лице или руках. Аштар следил за собой в той мере, насколько это возможно для кого-то в его положении.
Уважение к себе он не потерял. Так ли он сломлен, как того хотелось бы королевской семье?
– Посмотри на меня.
– Простите, госпожа, не могу, – вежливо ответил дроу. – Рабу не положено.
– То есть ты готов ослушаться приказа хозяйки?
– Если вы прикажете, я подчинюсь, госпожа. Просто мне не хотелось бы пачкать вашу красоту своим взглядом или оскорблять ваши чувства.
Красоту, вот как. Интересно, когда он успел ее рассмотреть, если, по его собственным словам, все время таращился на собственную обувь?
– Посмотри на меня, – твердо повторила я.
Он поднял взгляд.
У меня на миг остановилось сердце. Мир резко сузился – всё, кроме Аштара, перестало существовать.
Эти глаза… Они могли бы резать железо, не прикасаясь к нему. Я внезапно вспомнила нашу первую встречу в королевском дворце, когда Аштар послушно прыгал на одной ноге и по-собачьи тявкал, исполняя каждый, даже самый идиотский приказ Элая, демонстрировавшего гостям покорность нового раба. Тогда мне показалось, что его глаза похожи на пепел. А сейчас, наоборот, они сожгли меня и превратили в пепел мою душу.
Дроу опустил взгляд. Через мгновение я вспомнила, как дышать.
И заодно с новой силой навалилась головная боль. Я рассеянно глотнула шербета, пережидая приступ и раздумывая, что это только что со мной было.
– Аштар, – медленно произнесла я, – понятия не имею, чем ты занимался у его высочества, но я не он. Слуги у меня без дела не сидят. Я могу тебя отправить воевать с крысами и убивать тараканов, только что-то подсказывает, что это не самое подходящее для тебя занятие. Еще раз: чем ты можешь быть мне полезен?
Он молчал, глядя в пол. Я уже решила, что дроу не ответит, когда он наконец сказал:
– Мастерская. Вы не упомянули, что в ней делают.
– Это книжная мастерская. Не самая крупная, но в ней есть почти все, кто нужен для создания хорошей книги: переплетчик, переписчик, иллюстратор и так далее.
– Я мог бы им помогать, если вы того пожелаете.
Я пристально посмотрела на него. Опять неожиданные навыки для того, кого прозвали Погибелью Драконов.
– Ты знаком с книжным делом?
– У меня хорошее образование, – уклончиво ответил он. – И я быстро схватываю. Может быть, мои руки огрубели и уже не годятся для кисти, а на вашем языке у меня не получится писать с красотой и точностью каллиграфа, но я гожусь для выполнения мелких работ.
– Ладно, – согласилась я. – Несколько дней ты поживешь здесь, познакомишься со всеми, привыкнешь к новому дому. После этого я отправлю тебя в мастерскую.
Проще говоря, сначала я к тебе присмотрюсь получше и пойму, что там у тебя внутри, а потом подумаю, стоит ли тебя вообще выпускать из поместья.
Эльф поклонился. Черные космы опять упали ему на лицо, скрывая от меня пепельные глаза.
– Кидат, найди ему приличное место рядом с другими слугами, – распорядилась я. – Еще отправь кого-нибудь с Аштаром в бани, пусть его там вымоют, подстригут и приведут в порядок.
– Госпожа, – осторожно начал управляющий. – Простите, я, наверное, ослышался… В бани?
Я набрала в грудь воздуха, чтобы повторить приказ, – и выдохнула. Кидат, конечно, прав, а на мое трезвомыслие повлияла усталость.
Народ дроу официально вел войну не с людьми, а с драконами – с тех самых пор как драконы покорили Сенавию и огнем прошлись по Берзану, завоевав часть его земель. Темные эльфы считали, что крылатые ящеры нас поработили, поэтому мы им не враги. Проблема была в том, что королевская семья отправляла на границу с Берзаном войска, состоящие из людей, и дроу приходилось их убивать.
Аштара называли Погибелью Драконов за то, что он захватил и лично казнил двух военачальников-драконов, но и людей от его руки полегло немало. В нашей провинции легко может встретиться кто-то, чей родственник погиб из-за него или других темных эльфов. Бани – публичное место. Людей там много, никто за ними не следит. Один толчок, удар ножом – и не будет у меня генерала дроу.
Хотя я еще не поняла, как его использовать в своей личной игре, так глупо терять настолько крупную карту не хотелось.
– Спасибо за внимательность, Кидат. Конечно, я оговорилась. Пусть
