Невеста для инквизитора - Маша Ловыгина

— Как это? — Клим облокотился на стойку и с интересом посмотрел на девушку.

Рыжая закатила глаза и всплеснула руками.

— Понятия не имею! Мы с ней об этом не говорили! Я просто дала ей позвонить жениху!

— И?.. — По телу Клима пробежала жаркая волна. Если Стась Дым только притворялся перед ним и своей матерью, если на самом деле он жаждал быть с Верушкой, плененный ее волей, то вполне мог приехать за ней из Костовицы, чтобы забрать и спрятать! Номера на автомобиле это подтверждают. Все сходится.

Девушка хлопнула по столешнице ладонью:

— А этот козел ее послал! Орал в трубку, что она ведьма, и чтобы больше к нему на пушечный выстрел не подходила! Козлина... Ой, про пушечный выстрел это я уже от себя добавила. Но звучало примерно так.

Брови Клима взметнулись вверх.

— Вот как... то есть, он ее бросил, а она расстроилась?

— Расстроилась?! — сузила глаза рыжая. — Не знаю, как у вас, мужчин, а у нас, женщин, иначе как предательством подобные вещи не называются!

— Возможно, я тебя удивлю, но у нас...

— Ой, вот только не надо мне рассказывать! — завелась рыжая, но тут же пошла на попятный. — Мне все равно, что вы думаете, инквизитор! Нас с братом мать одна воспитывала, потому что папашка сбежал, когда младшему только год исполнился. Так что я всегда буду на стороне женщин! Даже если они ведьмы... Ой...

Клим забарабанил пальцами по столешнице.

Звякнули колокольчики над входной дверью. В кафе ввалилась компания молодежи. Отфыркиваясь и тряся мокрыми волосами, парни смеялись, а девушки оттирали друг у друга следы от туши под глазами.

Рыжая суетливо забегала по залу, собирая на поднос использованную посуду.

— Присаживайтесь, сейчас принесу меню!

Клим почувствовал на себе ее полный тревоги взгляд и кивнул на прощание. Затем вышел из кафе и задержался на ступеньках, вдыхая свежий влажный воздух. Тот смешивался в его легких со сладким ароматом, который, кажется, решил навечно поселиться у него внутри.

— Глупая маленькая девочка... — Клим прижал ладонь к груди и чуть помассировал. — Ты даже не представляешь, какой огромной силой наделена. И любой может... - он поморщился. — Нет, я тебя найду. Только не пропадай...

Глава 30

Машина виляла, безбожно подрезала другие автомобили, вылезала на встречку, с визгом разворачивалась на перекрестках и ныряла в арки. Тонкие пальцы сжимали руль твердо, не выдавая ни страха, ни волнения.

Вцепившись в подлокотники и выпучив глаза, Верушка вдавливалась в кресло, с ужасом пытаясь уследить за дорогой и осознать то, что с ней только что произошло. Неожиданное спасение, отчаяние, в один момент едва не лишившее ее последних сил, крупная дрожь, до сих пор сотрясавшая тело, и как венец всему — мужской бархатистый голос до сих пор звучащий, хоть уже и не так явственно, в ее голове.

Главный Инквизитор! Климентий Парр... Зажмурившись, она прикусила губу, чтобы удержать рвущийся из груди стон. Его нужно бояться, бежать сломя голову и скрываться в самых темных уголках страны. Чтобы он не нашел, не заставил подчиниться своей воле, чтобы...

— Как ты меня нашла? — спросила она наконец, когда скорость немного спала, и ее перестало вжимать в спинку кресла. — Ты спасла меня!

— Знаю.

От звука знакомого голоса стало как будто легче дышать.

— Как ты меня нашла? — повторила Верушка еле слышно, все еще не веря своим глазам.

— Ты так фонишь, что тебя за километр видно.

— Я... что?

— Фонишь, говорю, как атомная станция, — Агния покосилась в ее сторону, и Верушка успела разглядеть серовато-сиреневые круги под нижними веками. — Ты хоть понимаешь, что натворила? Впрочем, можешь не отвечать. Я по твоему лицу вижу, что ни хрена ты не понимаешь! — с колким смешком заявила она.

Верушка издала короткое "ах!", когда до нее дошел смысл ее слов. И не только смысл, но и то, как ее подружка Агния спокойно говорила обо всем, как будто знала нечто такое, о чем она успела лишь задуматься.

— Вытри глаза и соберись! — уже через минуту рявкнула Агния и вывернула руль влево, направляя автомобиль на объездную дорогу.

Верушка успела заметить в стороне уже знакомые ей склады и бетонные заборы. Возможно, это были совсем другие склады, просто похожие на те, которые она видела, подъезжая к столице на продуктовой фуре, но теперь это ровным счетом не имело никакого значения.

От волнения и переживаний сердце ее колотилось так сильно, что отголоски его клокотали где-то в районе гортани.

Последовав приказу, Верушка отвернула верхнее зеркало и стала приводить себя в порядок. Это не заняло много времени.

— Когда ты приехала в Родняну? — спросила она, захлопывая зеркало и пытаясь сделать хоть что-то с еще влажными волосами.

— Утром.

— Зачем?

— За тобой.

— Чья это машина?

— Неважно.

Автомобиль несся вперед, туда, где горизонт представлялся в виде темной длинной полосы.

Верушка сцепила пальцы и глубоко вздохнула, чтобы голос не дрожал. Признание получилось коротким, но забрало на себя весь воздух.

— Я ведьма.

— Очень хорошо, — кивнула Агния и сложила губы в довольную ухмылку. При этом ее глаза оставались сосредоточенно-хмурыми, словно она решала задачки гораздо важнее, чем излияния Верушки.

— Еще меня Стась бросил, — с трудом проговаривая каждое слово, тихо призналась Верушка. Грудь снова стянуло от пережитой обиды.

Она подумала, что еще час назад это известие ее оглушило, заставляя сердце разрываться на куски, а сейчас тупая боль, разливающаяся по телу, вызывала дикий протест. Будто каждую минуту она умирала и возрождалась вновь и вновь, но все с той же мучительной горечью. И непонятно было, в каком состоянии лучше всего оставаться. Одинаково паршиво, одинаково душно, одинаково больно...

— Отомстишь, не переживай, — легко отмахнулась Агния и подергала шеей, склоняя ее то к правому, то к левому плечу. — Всем отомстишь...

Верушка обхватила себя руками и отвернулась к окну. Размышляя и рассматривая серовато-зеленую траву и поднимающуюся от дороги пыль, через какое-то время она с легкой ноткой удивления сказала:

— Получается, ты тоже ведьма.

— Получается, — подтвердила Агния. — А с тобой получится еще лучше! Ты даже не представляешь, как же я рада, что нашла тебя!

— Я тоже рада... - прошептала Верушка, а затем вскинулась, вспомнив разговор с рыжей барменшей. — Говорят, в Костовице изловили всех ведьм! — она нахмурилась, пытаясь представить, как бы это выглядело. Картинка складывалась странная — будто люди, растягивая сети, накидывали их на женщин, вполне обычных женщин, как ей казалось, а затем взваливали их на плечи и несли куда-то, откуда никто никогда не возвращался.

Но