Второстепенный Попандос - Зозо Кат
К счастью, дверь не была заперта. Потянув её на себя, с легкостью смогла открыть и проскользнуть внутрь башни, где меня ждала весьма резкая спиральная лестница. При этом освещения внутри было так мало, что только ступеньки кое-как удавалось увидеть. Ладонью же старалась прощупывать боковую стену, чтобы окончательно не грохнуться и не переломать себе ноги.
И вот я на трясущихся ногах наконец-то достигла вершины башни.
На самой вершине не было привычной крыши.
Вместо неё раскинулся просторный балкон, открытый всем ветрам и лунному свету. Пространство было настолько огромным, что здесь вполне можно было бы проводить корпоративы на пару десятков сотрудников. Возможно, даже сотню, если убрать буфет. Вот только здесь, на вершине башни, не было ни буфетов, ни фуршетных столов, ни самой обычной мебели, на которую можно было бы присесть после столь крутой лестницы. И всё же пустым это помещение также не назовёшь.
В самом центре был своего рода пьедестал или алтарь, сделанный из серого камня, который сиял голубым оттенком в лучах полной луны.
Сначала я подумала, что у меня галлюцинации от стресса и нехватки кислорода на такой высоте. Всё же о высокой спортивной подготовке остаётся только мечтать.
Но нет.
На алтаре имелся высоких хрустальный колпак, а уже под хрустальным колпаком, словно какой-то музейный экспонат, сияла ослепительной красоты роза.
О нет, она не была похожа на те цветы, что росли в саду внизу. Те были просто красивыми, эта же казалась... живой в каком-то пугающем смысле. Её лепестки светились мягким лазурным светом, каждая капелька влаги мерцала, словно блуждающие огоньки в ночи, а внутри бутона пульсировала сама магия. Мне даже показалось, что я слышу оттуда чьё-то сердцебиение, отчего мои ноги неосознанно зашагали к цветку, а собственное дыхание стало тише, будто могло спугнуть эту красоту.
Меня потянуло к ней как магнитом. Это было даже не любопытство — скорее инстинкт, мания или алчность. На мне сияли алмазы из королевства Каэлиндор, но они выглядели пустыми и мутными стекляшками по сравнению с этим цветком. Мои ноги сами собой зашагали по холодным плитам.
— Невероятно... — прошептала я, нервно облизывая верхнюю губу и протягивая руку к хрустальному куполу.
Пальцы уже почти коснулись холодной поверхности, в голове пронеслись образы, как же прекрасно будет держать эту розу в руках. Как же сладок будет её аромат. Как же она идеально украсит мои волосы. В мыслях я уже стала обладателем этой неземной красоты, как вдруг воздух вокруг загустел, став тяжёлым и липким.
— Святая, я бы на твоём месте этого не делал, — раздался голос, от которого у меня внутри всё завязалось морским узлом и упало куда-то в район пяток.
Это не был человеческий голос. Это был низкий, вибрирующий утробный рык, пропущенный через старую бетономешалку, заставляющий каждую клеточку моего тела дрожать, а зубы — клацнуть друг о друга.
Я медленно, очень медленно обернулась, отчасти надеясь, что мне показалось.
Не показалось.
— Мамочки… — прошептали мои губы.
Если наг казался мне верхом эволюционного кошмара, то существо, стоявшее в тени арки, явно было его генеральным директором. И внешне, и по факту.
Огромное.
Нет, колоссальное. Оно занимало собой добрую треть обзора. В его облике природа решила устроить безумный микс, так предо мной предстало существо, в котором были мощная чёрная грива и пасть льва, тяжелые плечи и когти медведя, и венчали всё это великолепие массивные чёрные загнутые рога быка.
Страшно представить, как и с кем шалили его предки.
На нём был камзол, который, судя по натяжению ткани на груди, вот-вот должен был лопнуть по швам, не выдержав такой концентрации яростной плоти. Достаточно было лишь раз вздохнуть полной грудью, и одна из пуговиц на его груди станет смертельной пулей для моей хрупкой тушки.
Это ведь он, да? Про него говорил Костя? Проклятое чудовище, которое и является главным злодеем данного мира.
Вот только если в сказке такое чудо-чудное похитило Святую, то в этот раз жертвой стала несчастная сотрудница среднего звена и напуганная до икоты.
Чудовище сделало шаг ко мне. Пол под его весом ощутимо дрогнул. Я почувствовала, как моя дежурная улыбка «я-рада-вашему-звонку» сползает с лица, превращаясь в маску парализованного ужасом.
— Ты... ты Святая? — прорычал он, склонив надо мной свою массивную голову. Из его ноздрей вырывался пар, обдав меня горячим дыханием и заставивший поёжиться ещё сильнее.
Ха-ха… Похоже, я снова умру…
Прямо сейчас.
Подождите… Так не пойдёт. Соберись, Лия! Ты проходила аудит в три часа ночи. Ты выжила после сокращения штата. Ты билась до последнего ради повышения! Подумаешь, чудо-юдо-зверь! Лев-бык-медведь — это же просто ещё один сложный клиент, верно?
Повторюсь, очень сложный.
И, по всей видимости, с очень трудным характером.
Но какое главное правило маркетинга? Правильно! Главное не то, ЧТО мы продаём, а то, КАК мы это продаём!
Я заставила себя выпрямить спину, хотя колени ходили ходуном, и выдавила из себя ту самую улыбку Фелисии — кроткую, светлую и абсолютно пустую внутри. В стиле «Я люблю этот мир. Мир любит меня. Не существует зла в этом мире, есть только злые мысли».
И от злых мыслей мы благополучно избавились.
— В… верно, — мой голос предательски дрогнул, но я тут же взяла его под контроль. — Простите мою дерзость. Я была… Эм… Очарована красотой этого цветка.
Он приблизился вплотную. От него веяло жаром, как от раскалённой печи. Его огромная лапа, покрытая густой шерстью, внезапно метнулась вперед и перехватила мою руку, которая до сих пор держала хрустальный колпак. Когти, каждый размером с мой средний палец, едва коснулись кожи, но я уже почувствовала их стальную силу и опасную остроту.
— Никогда… — начал он тихим голосом, напоминающим треск сухих ветвей и от этого ещё более жутким. — Слышишь? Никогда не смей прикасаться к этому цветку. Если тебе дорога твоя жизнь, то, в принципе, держись от этого места подальше!
Его звериные глаза — два горящих янтаря с вертикальными зрачками — впились в мои. Более того, он угрожающе оскалился, продемонстрировав у самого моего лица свои огромные чудовищные клыки, с которых медленно стекала и капала тягучая слюна.
Страх, который я так старательно запихивала вглубь себя всю дорогу, внезапно прорвал плотину. В глазах потемнело. Мозг, решив, что текущая ситуация не входит в рамки его компетенции, просто решил нажать кнопку «выкл».
Я издала какой-то нечленораздельный звук, нечто среднее между «кря», нервным смехом и предсмертным стоном сломанной пластиковой уточки для ванной, после чего почувствовала, как мир вокруг окончательно
