Маалик - Мелани Джейд

— Дай нам немного времени, чтобы вернуться в свои кланы и разослать наших воинов на поиски. Мы свяжемся с тобой, как только что-нибудь услышим, — сказал ему Димитрий, поднимаясь со своего места, кланяясь Маалику перед тем, как исчезнуть, молниеносно вернувшись домой.

Остальные главы тоже поднялись со своих мест, все попрощались и тоже исчезли из зала, пока не остались только Виллар, Такеши и Каллиас.

— Эта женщина, о которой ты говоришь… копия Илины. Из-за неё ты выглядишь таким измождённым? — спросила Каллиас, с любопытством глядя на него.

Маалик слегка кивнул, слишком уставший, чтобы всё объяснять.

— Что ж, тогда этого мне достаточно, чтобы понять, насколько важна для тебя эта Ава. Мы должны найти её. Ты не зря беспокоишься о том, как А̀ну с ней обращается. Если она похожа на Илину, он будет беспощаден. Уверена, вы все помните его странную одержимость Илиной. Нам нужно найти её быстро, — сказала она, на её тонких тёмных чертах проступила лёгкая хмурость.

Маалик в сотый раз провёл руками по волосам.

— Теперь вы понимаете, почему я так тревожусь. Я должен вернуть её любой ценой.

— Мы найдём её, Маалик. Просто дай нам немного времени, — успокоил Виллар, сжав плечо Маалика.

— Прошло уже слишком много времени. Я знаю, что он причинил бы ей боль, просто не знаю, насколько всё плохо, — тихо сказал Маалик.

— Что ж, значит, нам лучше поторопиться, — Такеши грациозно поднялся из-за стола, и Виллар с Каллиас сделали то же самое.

Они все попрощались и исчезли, оставив Маалика сидеть в одиночестве за гигантским деревянным столом, пока за его спиной потрескивал огонь, а тревожные мысли полностью завладевали им.

Должно быть, он просидел так, погружённый в себя, добрых полчаса, прежде чем нахмурился и выпрямился в кресле.

Оглушительный раскат грома потряс ночь, а затем он увидел, как за окном вспыхнуло небо, и молния прочертила тёмный небосвод. Что-то не так. Он чувствовал это.

Что-то приближалось.

Он не знал, кто это и что, но чувствовал, как всё ближе подступает чьё-то могущественное присутствие.

Вампир напрягся, склонив голову набок и напряжённо вслушиваясь, но в замке стояла тишина. Он поднялся со своего места, когда над замком снова прогремел раскат грома, а тревожное ощущение чьего-то могущественного присутствия всё приближалось.

Ничто не должно было суметь проникнуть на территорию или пройти за ворота. Он укрепил всё могущественной магией. Сам Гедеон заново поставил и тщательно проверил защитные чары.

Маалик молниеносно спустился к главному входу как раз в тот момент, когда у парадной двери появился Гедеон. Волосы вампира были влажными, и на нём были только чёрные спортивные штаны. Вдоль позвоночника Гедеона вилась татуировка в виде закрученного письмена на языке, которого Маалик не знал, переплетённого с замысловатыми символами. Вампир повернулся и нахмурившись впился взглядом в Маалика.

— Ты это чувствуешь? — спросил он.

Маалик кивнул и, не теряя времени, ввёл код в систему безопасности и открыл входную дверь.

И тут же застыл, широко распахнув глаза и затаив дыхание.

Маалик услышал, как за его спиной Гедеон потрясённо втянул воздух.

Невозможно.

Там кто-то был… нет… что-то стояло у двери и молча ждало его.

С виду это была женщина. Её длинные иссиня-чёрные волосы спадали на обнажённую грудь, вокруг тонкой талии висел золотой пояс из цепочек и амулетов, а тёмные складки чёрного шёлка струились слоями, ниспадая на каменные ступени. Кожа на её лице, руках и обнажённой верхней части тела была такой бледной, что в сиянии полной луны, выглядывавшей сквозь разрывы в грозовых тучах, казалась белой. Подбородок и нижнюю челюсть покрывали мистические символы, вытатуированные тёмно-индиговыми чернилами, губы были кроваво-красными. Маска из глубоких чёрных перьев, расходившихся над её головой веером, закрывала глаза и верхнюю часть головы. Перья переходили в новые золотые цепочки, кристаллы и амулеты, а затем превращались в замысловатую корону, вытягивавшуюся острыми золотыми шипами.

Это существо было одновременно пугающе прекрасным и устрашающим.

Маалик не мог понять, скрыты ли её глаза маской, делая её слепой, или магия позволяет ей видеть. Она склонила голову, открывая рот.

— Король Ночных Странников, я искала тебя, — её голос отдавался эхом, будто в нём шептало больше одного голоса, столь же жутко прекрасный, как и её внешность.

— Что ты такое? — настороженно спросил он.

И всё же он не чувствовал ни зла, ни опасности. Только необъятную силу.

— Я жрица Мойр, — говорила она этим магическим шёпотом.

Маалик втянул воздух, и его глаза широко распахнулись.

Она была жрицей Судеб, древних греческих богинь. В ней была сила трёх Судеб, и всё, что она говорила, звучало магией и истиной. Неудивительно, что он чувствовал её присутствие. И неудивительно, что защитные чары не смогли её сдержать.

Она была не из этого мира… она была между мирами.

— Зачем ты искала меня? — спросил он, сбитый с толку.

— Предсказанное будущее, послание от друга, тёмный ангел, пьющий кровь, брат без крыльев, — ответила она, склонив голову в противоположную сторону.

— Почему ты здесь, Жрица? Я не присягал на верность вашим богам и богиням.

— Меня послали с предупреждением, Король Ночи. С историей о грядущем, о том, что уже было, и о том, что сливается с настоящим, — её призрачный голос пустил дрожь по его позвоночнику.

Медленно, в неестественном движении, она склонила голову набок, словно глядя через плечо туда, где стоял Гедеон, неподвижный, как статуя.

— Эти слова не для тебя, Охотник за Тенями, — сказала она, а затем взмахнула кистью, и Гедеон за его спиной исчез.

Охотник за Тенями?

Маалик напрягся, резко обернувшись, чтобы уставиться на Жрицу, но она заговорила так, будто только что не отправила Гедеона неведомо куда.

— Слушай внимательно, ибо моё время на исходе. Ты слышишь меня? — спросила она, жутко повернув своё безглазое лицо так, чтобы смотреть прямо на него.

— Я слышу тебя, Жрица. Я слушаю, — медленно кивнул он.

В ответ она чуть кивнула.

— Слушай же, Король Ночи. Ибо вот послание, предсказанное тебе Мойрами:

Три брата, сплетённые нитью одной,

И ключ их судьбы сокрыт под луной.

С Небес ангелы были низвергнуты в Ад,

В саму бездну, где мрак им был рад.

Один из братьев лишился Небес

И в вечный был ввергнут позорный арест.

Другого предали, ложью сгубя,

Крыльев его лишив навсегда.

Последний же брат ускользает от взора