Невеста для инквизитора - Маша Ловыгина

К крайней взлетной полосе аэропорта Родняны три черных бронированных внедорожника добрались всего за полчаса. Это место не просматривалось из огромных окон зала ожидания и было надежно защищено дополнительными круглосуточными видеокамерами, сигнализацией, био и акустическими системами. Отсюда в любое время могли улететь те, кто по роду деятельности и власти имели в том необходимость.

— В первый же день назначения самому лететь на захват в какие-то чипыжи! — вздохнул Драга, — Как это похоже на тебя, Клим.

— Конечно, другой бы на моем месте закатил фуршет и устроил танцы, — усмехнулся Клим, следя за мелькающими за окном белыми огнями аэропорта. — Кто-то другой, кого я даже представить не могу на своем месте.

— И очень зря, — тут же заметил Драга и поморщился. — Не сочти за нравоучения, я так же считаю, что ты, как никто другой, заслужил эту должность. Но есть и те, кто считают иначе.

— Я знаю.

— Многие бы хотели занять твое место, — ровным голосом продолжил Драга. — Тот же Макарий Тумба. Его сила, конечно, не так велика, как твоя, но на одну пойманную ведьму в каземате хватит. Может, и на две, я не проверял. Под его наблюдением две волости, чьи размеры раза в два больше Родняны и окрестностей, но ты же понимаешь, что это ничто по сравнению с той властью, которой ты обладаешь.

— Равшанская волость на две трети состоит из лесов и болот в то время, когда в столицу стекается основная масса иных. Мало кто сегодня хочет прозябать в лесных хижинах и уж тем более, на болотах.

— Так-то так, но...

— Что хочешь сказать, Драга?

— Только то, чтобы ты был осторожен. Один неверный шаг и тебя начнут драть те, кто еще сегодня улыбался и поздравлял. Одно неверное решение, и ты подставишь свою жизнь под смертельную опасность. Тебя ненавидят, тебя боятся, и твоя смерть станет для многих... — Драга кашлянул. — Для очень многих великой радостью. И не только для иных, как ни прискорбно это признавать.

— Но мы же не доставим им такого удовольствия? — хмуро улыбнулся Клим. — Там, где политика и власть, не избежать подковерных интриг и злорадства. Но когда у тебя под носом орудует целое сообщество ведьм, а ты ни сном, ни духом, это как-то не по-людски, согласись? К тому же, я хочу проверить работу на местах во избежание повторения таких случаев как с Бертиной. Если подтвердится халатность должностных лиц в Костовице, подобные "чистки" потребуются повсеместно. Я хочу быть уверен в том, что ни одна нечисть не высунет нос на улицу без разрешения со стороны контролирующих органов.

— Ты же понимаешь, чем это грозит?

Два автомобиля уже припарковались параллельно ВПП, и сейчас оперативники отдела, в темной форме и масках, разминались рядом, поглядывая на многотонный военно-транспортный вертолет, стоявший в сотне метров от них.

Клим с силой сдавил основание переносицы.

— Среди них есть и вполне лояльные к тем правилам, которые были введены еще до нашего рождения... - рассуждал Драга, поглаживая лежавшую у него на коленях кожаную папку.

— Я знаю одно — страх — это одна из важнейших мотиваций для установления порядка. Я не питаю любви к ведьмам. И не верю в их лояльность. И если ты не забыл, я — Инквизитор, а значит вижу то, чего не видят другие.

— Может, ты просто не видел ничего хорошего? — быстро спросил заместитель и тут же покачал головой. — Извините, мастер Парр, вырвалось.

Клим забрал папку с его колен и открыл дверь:

— Я ценю твое отношение, Драга. В первую очередь, к работе. Но если тебе кажется, что Климентий Парр это что-то из категории эмпатических привязанностей, то ты ошибаешься. Я и есть наша работа. Другой жизни я не знаю.

— Это даже не жизнь, Клим, — ответил Драга и легонько ткнул его плечом. — Вечером я поеду к жене и дочке. Они меня ждут и не упрекают. Но я сам себя упрекаю за то, что провожу с ними мало времени. Однако мне было бы гораздо хуже, если бы их не было со мной вообще... Встретить женщину, которая принимает тебя полностью, со всеми твоими заморочками, это великое счастье.

Клим вышел, зажал под мышкой папку и поправил ремень на плотном защитном комбинезоне.

— Я верю тебе, Драга. И хорошо понимаю. — Он дал отмашку пилотам и оперативникам, которые тут же рысцой друг за другом побежали к вертолету. — Я проверю каждую живущую в Костовице ведьму и, если потребуется, уничтожу. Вот только скажи, какая женщина захочет любить и быть с тем, кто пытает и казнит других женщин?

— Они не женщины, — возразил Драга, — а ведьмы!

— Вот-вот, расскажи об этом Бертине Козме, — напомнил Клим и зашагал к вертолету, лопасти которого уже начали вращаться.

— Ни пуха, ни пера, мастер Парр! — донеслось вслед.

— Да низвергнется скверна! — махнул на прощание Клим.

У трапа его отвлек телефонный звонок. Посторонившись и пропуская отряд оперативников, Клим достал телефон и несколько секунд смотрел на высветившийся номер.

— Да, отец.

— Клим, я поздравляю тебя! Только что узнал о твоем назначении. Это... это так...

Шум двигателя заглушал отцовский голос, но Клим чувствовал, как тот дрожит.

— Я очень занят сейчас.

— Да, понимаю... Такая должность, ответственность... Хотел спросить тебя, может быть ты приедешь? Хотя бы на несколько часов? Послезавтра твой день рождения, и я подумал, что...

Клим сглотнул, глядя на то, как воздушные потоки сминают чуть подросшую траву вдоль бетонного покрытия.

— Тебя плохо слышно, — хрипло ответил он. — Я перезвоню потом, когда будет время. И... у меня все хорошо.

Нажав отбой, Клим сунул телефон в карман и застегнул молнию.

Солнце спускалось к горизонту. От земли поднималось дрожащее прозрачное марево.

Вдруг подумалось, что в их доме сейчас царит прохлада, ведь стены монументального старого здания были из цельного камня. Такого же, как и "замок Дракулы", который стал его домом. И его мрачные подземелья с влажной вкрадчивой тишиной очень похожи на те, где он любил слоняться, будучи ребенком. Почти все 13 лет жизни в родовом поместье Парров.

До того самого момента, пока не уничтожил свою первую ведьму...

Глава 18

Клим отодвинул шторку и прижался виском к металлической обшивке иллюминатора, разглядывая сквозь белесую дымку простирающийся внизу город. Минутный разговор с отцом разворошил и поднял муть со дна души. Но он никогда и не забывал о том, что произошло. И вряд ли сможет забыть. Пожалуй, это даже к лучшему, что отец позвонил именно сейчас. Есть в этих воспоминаниях то самое, необходимое