Когда музыка затихнет - Рональд Малфи
— Венди, — выдохнул я, пока сердце стучало всё быстрее за стенкой грудной клетки.
Венди Прэтчетт качалась на ногах, как пьяница, готовый вырубиться, и мне казалось, я слышу, как сухожилия в её лодыжках поскрипывают, точно старое кресло-качалка. Или, может, это стонали древние половицы под её ногами. Мне казалось, я предчувствовал падение — что я видел его мысленным взором за долю секунды до того, как оно произошло, — и уже сжимался в ожидании, прежде чем колени Венди подогнулись. Ноги сложились под ней, она полетела вперёд на полпути вниз и рухнула лицом прямо на затёртые деревянные половицы. Я услышал, как затряслись кости и завибрировали зубы в черепе — жуткий, переворачивающий желудок итоговый звук.
Ножки стульев заскрежетали по полу, и я почувствовал, вернее услышал краем уха, как за спиной поднимаются люди. Но мне было не до них; мой взгляд был прикован к телу Венди Прэтчетт, сотрясавшемуся на полу бара, словно через её мышцы пускали разряды тока. Точнее говоря, мои глаза были прикованы к затылку Венди Прэтчетт. Теперь я понял, что именно увидела Тори — то, что заставило её предупредить меня не подходить к Венди…
Рядом со мной появился кто-то. Каким-то чудом у меня хватило присутствия духа схватить этого человека за предплечье и не дать ему подойти к Венди слишком близко. Я поднял глаза. Это был мужчина в кремовом вязаном свитере — лицо жёсткое, насуплённое. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но я заткнул его быстро.
— Смотрите, — сказал я и указал на то, что сидело на затылке у Венди.
Трубчатое тело существа было длиной, пожалуй, сантиметров двадцать, хитиновое, металлически-зелёное, диаметром примерно со стандартный садовый шланг. Оно изгибалось, как изящная суживающаяся дверная ручка, по затылку Венди, а тело его сужалось к заострённому жалу, из которого торчал крючкообразный стрекательный орган, напомнивший мне медвежий коготь. Даже с того расстояния, на котором я стоял — в нескольких хороших шагах, — я мог разглядеть торчащие из сегментированного панциря чёрные щетинистые волоски. Два комплекта полупрозрачных крыльев, как у стрекозы, лежали горизонтально по бокам тела — каждое с банановую кожуру. Голова существа, наполовину погружённая в светлые спутанные волосы Венди, выглядела как из фильма ужасов: мясистый овальный узел чуть меньше сливы, увенчанный двумя фасеточными глазами, напоминавшими мерцающие капли жидкой ртути. Перистые усики завивались над глазами, как кавычки, и в них — возможно, из-за их яркого аквамаринового отлива — мне почудилось что-то, похожее на перья павлина.
— Что… — произнёс мужчина в свитере совсем близко к моему лицу. Мысль осталась незавершённой.
Ноги существа я заметил лишь тогда, когда они задвигались: шесть сегментированных, похожих на прутики отростков бледно-жёлтого цвета с шипастой каймой. Они двигались, как гидравлические поршни, с механической вялостью, которая почему-то вызывала во мне тошноту. Было жутко видеть волосы Венди, запутавшиеся вокруг одной из этих ходульных ног…
Кто-то ещё толкнулся в моё правое плечо. Я думал, что это Лорен, пока не узнал хриплый голос Деррика Улмстеда.
— Какого хрена. Это… это что, жук?
Как будто поняв комментарий Деррика, насекомое подняло шарообразную голову, и купольные глаза заблестели. Тонкий прозрачный хоботок вышел из затылка Венди. Кончик хоботка был зазубренным, и я видел, как сгустки крови уходят обратно по стеблю тонкой прозрачной трубочки к голове существа. Клочок волос Венди почернел от крови. Я разглядел идеальное отверстие с монетку, просверлённое в затылке Венди.
— Господи, — простонал рядом Деррик, пока мой желудок грозил бунтом.
Рядом с Тори материализовался Скотт с мрачным лицом. Он снял с плеча влажную посудную тряпку и принялся крутить её в обеих руках. Делая несколько шагов к телу Венди Прэтчетт, он вызвал у Тори тихий скулёж.
Усики существа дёрнулись. В том, как оно повернуло мясистую овальную голову прямо в сторону Скотта, было что-то жутко похожее на собачье движение. Скотт замер в полуприседе. Рука с посудной тряпкой была откинута назад над головой в готовности ударить. Казалось, весь мир застыл на паузе и никто не может пошевелиться.
Скотт хлестнул тряпкой по затылку Венди. Кровь дугой разлетелась по полу, и кто-то вскрикнул — очень похоже на мяуканье мучимой кошки. Скотт отдёрнул тряпку, открыв огромное насекомое, явно невредимое, и приготовился для второго удара. Но прежде чем он успел снова ударить, крылья существа начали вибрировать и размываться. Как вертолёт, оно взлетело с головы Венди и зависло там, всё ещё цепляясь за Венди светлые волосы своими ходульными ногами. Потом оно метнулось с эффективностью хищной летучей мыши через весь зал. Посетители закричали и бросились врассыпную, пока тряпка Скотта бесполезно хлопала по затылку Венди во второй раз.
Я обернулся и сразу увидел: существо вцепилось в декоративный деревянный карниз, свисавший с козырька над стойкой. Его острые ноги скребли по дереву в поисках опоры — сами ноги были совершенно непропорционально большими и крепкими, и я слышал, как они скрежещут по карнизу.
Скотт свил из влажной тряпки кнут и снова хлестнул по существу. Удар пришёлся в цель, сбив его с карниза. Оно упало на стойку с отчётливым хлопком. Кверху брюхом, все шесть непропорционально длинных ног крутились в воздухе. Крылья вибрировали о столешницу — звук, похожий на вибрирующий мобильный. Пока я смотрел на него, существо сложило четыре крыла перевёрнутой буквой V, поднимая сверкающее цилиндрическое тело со стойки.
Одна из женщин простонала:
— Нет.
Джейк Проби перегнулся через стойку и схватил один из круглых разносов. Он оттолкнул Деррика и меня в стороны и поднял разнос над головой обеими руками. Выдохнул дрожащий вздох… потом опустил
