Тактик 14 - Тимофей Кулабухов
— Не было печали! — сжал зубы я.
Глава 23
Выстрел
— Фомир, — быстро сказал я. — Ты слышал суть проблемы? Варианты?
— Лёд, — выдохнул он, с тревогой глядя на полчища крыс. — Не так эффективно, но… Подпитаем Свена, попробуем выкрутиться. Хотя это, конечно, крайне не вовремя всё.
Тем временем Мурранг совещался со своими. Пока мы брели, рукастые гномы уже ухитрились что-то затрофеить, то есть стащить. Несколько древних щитов, подложка которых сгнила, какие-то странные длинные мечи, остроконечные шлемы.
Пока возникла заминка, гномы резво изготавливали из подручных материалов обвязку для щитов. Таким образом, мы всё же получили с десяток ростовых для защиты нашего периметра.
В центре нашего строя началось активное движение.
Освободившиеся с краёв построения щиты передали в центр и несколько сапёров-гномов перехватили их горизонтально. Буквально как столы, готовые поднять на них как на поднимающейся платформе магов, чтобы те вели обстрел врага с «превосходящей позиции».
Я не могу сказать, что мы были готовы, но в начале сражения никогда нельзя быть готовым до конца.
На перевёрнутом каменном «столе» в пятидесяти метрах от нас стоял седой альбинос размером с хорошую овчарку. И эта зубастая морда подняла передние лапы. Его пронзительный писк перекрывал даже лязг гномьего железа.
В ту же секунду к нашему строю, как волны, ринулись потоки серых в крупное пятно крыс.
Щитовики стойко приняли удар. Надо отдать должное моим парням, никто не паниковал, не кричал, не боялся (или делал вид, что не боялся).
Щиты скрипели друг об друга, на коротком злом выдохе работали копья, кололи мечи, рубили топоры.
Твари прыгали по спинам друг друга, чтобы добраться до голов двуногих врагов. Однако мои ребята были облачены в шлемы, крысюков сбивали, сносили на лету, звенели тетивы, а Свен, приподнятый на щитах, поднял руки и начал творить свою магию.
Ужас и холод прошлись волной по громадному залу. Но нам было легче, потому что этот страх исходил от нас.
В стоящего на острие ледяной атаки Свена вливали энергию щедро, а его магические каналы еле успевали её перерабатывать в творимую магию.
Два потока ледяного воздуха прошлись над головами бойцов, у многих, в том числе у меня, шлем покрыло инеем, а голове стало весьма и весьма холодно.
Свен буквально подвергал криозаморозке десятки и сотни тварей каждую секунду, но, к сожалению, на их место становились новые.
Фомир отвлёкся от поддержки Свена, пошептал и попытался применить свою магию иллюзии. Ему даже удалось сотворить с весьма натуралистично выглядящий десяток тигров, которые попытались угрожающе стать рядом с крысами и… И крысы в пылу драки этого даже не заметили.
Я чертыхнулся. Твари давили нас числом. То там, то тут воины вскрикивали от попыток выдернуть из передней шеренги, сцапать за ноги и утащить от построения, чтобы накинувшись толпой, найти в броне слабые места и сожрать.
И когда это у них получится, вопрос времени.
Я перевёл взгляд на крыса-альбиноса, который не показывал никаких попыток сбежать, он так же махал лапами как долбанный дирижёр и пищал на все лады. И что характерно, остальные крысы вторили ему своими омерзительными визгами.
Ну, тут не надо быть пророком Исайа, это их вожак, король, правитель. Зал ведь правителя, верно? От крысы исходило слабое ощущении магии. Слабое для меня, для человека, но наверняка ориентированное на соплеменников.
Рой. Активация.
Шум вокруг был такой, что для того, чтобы передать сообщение Лиандиру, я задействовал свой навык.
«Друг-эльф, видишь белобрысого здоровенного крыса?»
«Да. Убить?»
«Убить. Но надо это сделать с одного выстрела, пока он не сбежал. Надёжно, как удар топором в лоб».
«Сделаю».
Лиандир бесшумно скользнул к парочке гномов со щитом. Он проверил натяжение тетивы своего эльфийского лука и вытащил из колчана длинную стрелу с бронебойным наконечником, кивнул бойцам, дав команду поднять его над полем боя и удерживать. Ровно. Ровно!
Может ли одна стрела решить исход боя?
Вообще-то, может, особенно если её пустит такой невероятный боец, как Лиандир.
Время остановилось. Воздух в зале прорезался потоками света сверху. Серая масса каменных крыс пульсировала, сжимая нас как тисками. Даже при условии, что они не смогут никого выдернуть, мы потеряем строй потому, что нас раздавят.
Гномы подняли щит.
Мгновение. Лиандир удержал равновесие с грацией, достойной кошки, и в момент, когда его подняли над полем боя — выпрямился.
В глазах его была сталь. И гордость. Та гордость, с которой он стоял на плахе в далекой-далекой тюрьме. С той гордостью, с которой жил и был готов умереть сотни раз.
С той гордостью, которой мне остаётся только позавидовать.
Лиандир вскинул лук, и белый крыс увидел его.
Я боялся не того, что эльф промажет, хотя стрелять, стоя в толпе разгневанных дерущихся бойцов — это тот ещё спорт.
Я боялся, что крыс, который не за красивые глаза стал правителем этих тварей, поймёт, что его жизни угрожает опасность и попросту сбежит. И тогда моя идея об обезглавливании вражеской армии, приёма, к которому я как правило не прибегаю, не сработает.
Здоровенная, с бронированным наконечником стрела сорвалась с тетивы с сухим щелчком.
Стрела скользнула как невесомая, размазалась в воздухе, за ней нельзя было уследить взглядом. Её заострённый наконечник ударил седого крыса точно в центр грудной клетки. Сила удара оторвала альбиноса от стола и пригвоздила к каменной стене позади него. Тело твари судорожно дёрнулось пару раз и безвольно повисло на древке. Лиандир надменно поджал губы, смотря на дело рук своих. В глазах ни презрения, ни ненависти, ни сожаления.
По громадной толпе тварей прошла волна.
Единый организм крысиной орды распался на тысячи бессмысленных фрагментов.
В мире магии не только разумные могут творить магию, только, конечно, не особенно эффективно и разумно. Альбинос был психокинетик, он мог управлять настроениями тварей, что позволяло ему править в мирное время и, чего уж там, в период войны. Наверное, так он и стал в центре города Мистрас. Грубо говоря у него был свой крысиный аналог «Роя». Может быть, Война Богов даже усилила его.
Но всегда найдётся тварь посильнее. В его случае такой «тварью» был я и, отчасти, Лиандир с его стрелой.
Централизованное управление исчезло. Твари, ещё секунду назад выстраивавшие идеальный атакующий клин, подпирая другу друга и даже оттаскивая убитых, кардинально изменили поведение. Сначала замерли, после взвыли,
