Мой кошмарный роман - Надежда Паршуткина
Внутри было торжественно и красиво до головокружения. Сотни свечей горели в тяжёлых серебряных канделябрах, отражаясь в золоте иконостаса. Пахло ладаном, цветами и древностью. Гости рассаживались по скамьям, шуршали шелка и бархат. Впереди у алтаря нас ждал верховный жрец в золотых одеждах, с длинной седой бородой и мудрыми глазами.
Мы подошли. Жрец начал читать молитву обряда — те же слова, что я слышал всего несколько дней назад, когда венчался с настоящей Машей в маленькой дворцовой церкви. Но тогда они звучали для меня музыкой. Сегодня — сигналом к бою.
— …и да будут они едины перед лицом богов и клана, и да соединятся их души на веки вечные, и да не будет никому дано разлучить их, ибо…
В этот момент я почувствовал изменение в магии. Резкое, опасное, чужеродное.
С верхних ярусов храма, с балкона, где обычно стоял хор, в "Машу" полетел сгусток тёмной энергии. Огромный, смертоносный, пропитанный такой ненавистью, что даже воздух вокруг него зашипел. Он был способен испепелить человека на месте — не оставить даже пепла.
Я рванулся вперёд, закрывая "невесту" собой, но офицер уже среагировал быстрее. Он отпрыгнул в сторону, но сделал вид, что испугался и упал без чувств.
Сгусток ударил в каменный пол в том месте, где только что стояла "Маша". Выбил фонтан искр, дыма и каменной крошки. Взрывная волна прокатилась по храму, заставив свечи замигать, а гостей вскрикнуть от ужаса.
В тот же миг гвардия, всё это время сидевшая среди гостей под личинами простых дворян, мгновенно сбросила маскировку. Золотые плащи взметнулись, мечи засверкали в свете свечей, боевые заклинания заискрили на пальцах магов.
Крики, топот, звон металла — храм превратился в поле боя за считанные секунды.
— Не расходиться! — заорал я, перекрывая шум. — Охраняйте выходы!
Я уже бежал к лестнице на верхние ярусы, откуда пришла атака. Сердце колотилось где-то в горле, но не от страха — от ярости. От того, что эти твари посмели покушаться на неё. Даже на иллюзию неё.
За мной — десяток лучших воинов. Мы взлетели по лестнице, перепрыгивая через ступени, и вырвались на балкон.
Наверху мы увидели их. Двое. В чёрных балахонах, с посохами в руках, с лицами, скрытыми глубокими капюшонами. Маги. Сильные — я чувствовал их силу, пульсирующую в воздухе.
Они заметили нас — и бросились бежать. К боковому выходу, ведущему на крышу, оттуда — в лабиринт старого города.
— За мной! — крикнул я, и мы рванули следом.
Погоня была долгой. Бешеной. Отчаянной. Мы бежали по крышам, перепрыгивали с здания на здание, скользили по черепице, петляли по узким улочкам города. Маги знали город — каждый переулок, каждый проход, каждую щель. Но я знал его не хуже. Я вырос здесь, играл в этих переулках мальчишкой, охотился на беглых преступников юношей. И гнев, кипевший в моей крови, придавал сил, которых не было у них.
Они выдохлись первыми. Загнанные в тупик у старой городской стены, у той самой, что помнила ещё первую осаду, они обернулись, готовые к последнему бою. В их глазах горела обречённость и ненависть.
Мы взяли их в кольцо. Мечи, магия, численное превосходство — у них не было ни единого шанса.
— Оставить в живых! — приказал я, когда мои люди уже готовы были броситься вперёд. — Живыми! В допросную!
Магов скрутили в мгновение ока. Наложили блокирующие заклинания, сорвали капюшоны. Под ними оказались обычные лица — усталые, злые, испуганные. Мужчина и женщина. Лет сорока. Ничего особенного.
Они смотрели на меня с ненавистью и страхом. Хорошо. Пусть боятся. В допросной они скажут всё. Кто нанял. Кто заплатил. Кто стоит за всем этим.
— В замок, — скомандовал я. — Быстро.
В замок я вернулся уже к вечеру. Солнце садилось за горы, окрашивая небо в кроваво-золотые тона. Усталость навалилась на плечи тяжёлым грузом, но я не чувствовал её. Внутри горел огонь — огонь правосудия, огонь защиты.
Первым делом я направился в крыло, где ждала Маша.
Она сидела в кресле у камина, закутанная в большой пушистый плед, с книгой в руках. При моём появлении книга упала на пол, и она вскочила, бросилась ко мне.
— Игнат! — она вцепилась в меня, ощупывая, проверяя, не ранен ли. — Что случилось? Я слышала шум, охрана бегала по коридорам, я так волновалась! Мне никто ничего не говорил, я не знала, что думать…
Я обнял её, прижал к себе, вдыхая родной запах — тот самый, без которого уже не представлял жизни. Гладил по спине, по волосам, успокаивая.
— Всё хорошо, — прошептал я. — Всё закончилось. Мы поймали тех, кто на нас нападал.
— Ты цел? — она отстранилась, заглядывая мне в глаза. В её глазах плескался страх — за меня. — Не ранен? Не пострадал?
— Цел, — я улыбнулся. — Со мной всё в порядке. А ты как? Не боялась здесь одна?
— Боялась, — честно призналась она. — Очень. Но знала, что ты меня защитишь. Что ты сделаешь всё, чтобы я была в безопасности.
Я поцеловал её в лоб. В закрытые глаза. В кончик носа.
— Завтра мы объявим, что свадьба отменена из-за ранения невесты, — сказал я. — Пусть все думают, что ты ранена, лечишься и никого не принимаешь. А мы тем временем допросим этих двоих и узнаем, кто стоит за всем этим.
Она кивнула, прижимаясь ко мне.
— А столы для горожан? — вдруг спросила она, поднимая голову. — Вы же готовили угощение на весь город?
Я усмехнулся. Даже в такой момент, после всего пережитого страха, она думает о других. О людях, которые ждали праздника.
— Столы накрыли, — ответил я. — Пусть празднуют. Хороший повод — отмена свадьбы или нет, а народ любит погулять. Тем более что угощение уже готово и пропадать не должно.
Она улыбнулась — той самой улыбкой, ради которой я готов был сжечь весь мир.
— Ты хороший правитель, Игнат, — сказала она. — Добрый.
— Я просто хочу, чтобы мои люди были счастливы, — ответил я. — Как и я.
Она снова прижалась ко мне, и мы стояли так долго-долго, слушая треск дров в камине и вой ветра за окном.
— Я так рада, что ты вернулся, — прошептала она.
— Я всегда буду возвращаться к тебе, — ответил я. — Всегда. Что бы ни случилось, где бы я ни был — я всегда буду возвращаться. Ты — мой дом. Моя Истинная. Моя жизнь.
Глава 28
Игнат
Я стоял в полумраке допросной и смотрел на них. Двое магов, прикованных к тяжёлым каменным стульям магическими кандалами, которые намертво блокировали
