Рейтузы для дракона. Заклинание прилагается - Аллу Сант
— Ой, — томно выдохнула она, склонив голову и обвив меня взглядом. — Кажется, я скомпрометирована…
Я сделал шаг назад. И ещё один.
Мои глаза, наверное, светились, как два маяка апокалипсиса.
— Милорд Дарен Бранд! — воскликнула она уже в полный голос. — Вы обязаны на мне жениться! Все всё видели! Вы держали меня за талию, когда это произошло!
— Это был танец! — прохрипел я. — Танец!
— Я — невинная жертва! — драматически закричала она. — Имперский указ чётко гласит! В зале свидетели! Вот он, позорный миг!
Свидетелей, к слову, набежало уже с десяток. Кто-то даже зарисовывал. Один тип склонился с блокнотом и рисовал мой портрет в стиле «пора жениться».
Я огляделся. Выхода не было.
— Вы… Вы… — я задыхался от возмущения, ужаса и, возможно, нервной аллергии на рюши.
— Будущий муж, — мечтательно договорила она.
Глава 6. Спасайся интеллектом, если обаяние отказало
Дарен Бранд
Мозг работал на пределе. И это было подозрительно.
Обычно я избегал таких нагрузок. Думающая версия меня, как правило, появлялась строго по расписанию — раз в сезон, ближе к полнолунию и только в присутствии нотариуса или консультанта по налогам. Императора и империю я любил, но денежки в своей казне были все же как-то ближе к телу.
Но сейчас я стоял в центре зала, окружённый свидетелями, блестящими глазами охотниц за титулом и одной крайне довольной девицей в панталончиках, которая вот прямо сейчас практически поставила штамп на моём лбу: «Женат».
По коже прокатилась волна мурашек и совсем не от удовольствия.
И мне нужно было не просто что-то придумать. Мне нужно было спастись. И чем быстрее.
— Будущий муж, — повторила она, чуть наклонив голову и томно вздохнув. Глаза с проволокой, а в голове наверняка уже играет свадебный марш.
Я судорожно огляделся, готовясь, если что, выбить окно и улететь в ночь. Потом вынужленная иммиграция и еще что-то. Но тут…
Глаз зацепился.
За юбку.
А точнее — за завязки, которые сейчас лежали на полу.
Зачем на юбке завязки?
И в голове что-то щёлкнуло.
— Простите, — сказал я, вдруг очень вежливо, — но прежде чем мы перейдём к обсуждению брачного контракта… разрешите один вопрос?
— Конечно, — кокетливо выдохнула она. — Любой. Я для своего мужа открытая книга.
— Вы всегда крепите юбку на завязки?
— Простите?
— Завязки. Вот эти шнурочки. — Я наклонился и, с ловкостью фокусника, поднял с пола юбку.
Публика затаила дыхание. Кто-то в углу поперхнулся шампанским.
— Удобный крой, правда? — продолжал я, демонстративно разворачивая ткань. — Ни пуговиц, ни застёжек. Идеальный вариант, если, скажем, захочется… внезапно устроить театральную сцену на танцполе.
Она побледнела.
— Это не то, что вы думаете, — прошептала девушка, делая шаг назад.
— А я думаю, — вежливо перебил я, — что вы изобрели гениальный механизм съёмной юбки. Это перевернёт рынок! Это… это ведь целый тренд!
Я резко, с пафосом, повязал юбку на себе, затянул узел, сделал круг перед залом и тут же, с лёгким движением, сбросил её, как иллюзионист плащ.
Некоторые в зале ахнули.
Одна дама захлопала.
Вот только ее апплодисменты раздавшиеся в гробовой тишине быстро утихли.
— Дамы и господа, — громко заявил я, — позвольте представить вам революционную концепцию одежды: «Съёмная юбка за одну секунду». Милая леди, я предлагаю вам… не замужество. Я предлагаю вам срочно бежать и регистрировать патент. Вы гениальны и точно очень быстро разбогатеете, замужество только убьет ваш талант.
Девушка стояла, растерянная, с огромными глазами и горящими щеками.
— Что?.. — прошептала она.
— Заявка на магико-технологический дизайн, продвижение, доля прибыли. А главное — никакого брачного обязательства. Только бизнес. Только стартап. Прибыл так и быть поделим пополам, я сегодня щедрый!
Кто-то хихикнул. Кто-то явно собирался хлопать. А она…
Она вспыхнула. Подняла юбку. Подозреваю, не чтобы снова надеть, а чтобы швырнуть мне в лицо — но потом передумала, вытерла слезу, развернулась и… убежала.
Юбка осталась лежать на полу, как тряпичный символ моей первой победы над указом.
Я повернулся к публике, кивнул, как актёр после удачной реплики.
— Ну что ж, — сказал я, поправляя воротник, — кто следующий?
Больше ко мне в тот вечер не подошёл никто.
И знаете… я не жаловался.
Утро началось плохо.
А если точнее — оно началось.
Слишком яркое солнце, слишком звонкие птицы и абсолютное отсутствие в голове чёткого понимания, кто я, где я и почему всё вокруг пахнет лавандой и прокисшими феромонами.
Я застонал, перевернулся на другой бок, нащупал рукой край подушки, но вместо неё… наткнулся на что-то мягкое и тёплое.
Глаза открылись сами.
Рядом, на идеально выглаженном белье, лежала девушка.
Незнакомая. Красивая. И, судя по выражению лица, очень довольная собой.
Мир покачнулся.
— Доброе утро, милорд, — проворковала она и кокетливо прикрылась простынёй, оставив ровно столько открытого, чтобы можно было нарисовать обложку книжки для взрослых. — Вы спали, как дракон в золоте. Ну, в смысле — крепко. Очень крепко.
Я моргнул. Потом ещё раз.
Голова раскалывалась, во рту будто справили нужду все коты округа, что позволяло сделать вывод: с шипучими напитками я вчера явно перебрал.
Вот только одно я помнил очень чётко — бал я покидал в гордом одиночестве.
— Кто вы? — прохрипел я, вспоминая о своём нерушимом кодексе: я не вожу женщин к себе. Никогда.
Почему? Всё просто — выставлять даму на улицу при необходимости не только не галантно, но и весьма опасно для здоровья. А вот самому удрать — можно всегда. Даже без штанов.
— Ваше солнышко, — ответила она с таким видом, будто мы были женаты последние семь лет, и я просто забыл об этом в порыве страсти и беспамятства.
Я судорожно сглотнул, потому что моя драконья пятая точка почувствовала, что запахло жареным.
В этот момент в дверь застучали.
Нет, не постучали. Застучали так, как будто снаружи собрались дровосеки, налоговая и, возможно, ещё пара охотников за драконьими головами.
Дверь заходилась в конвульсиях.
Я рывком подскочил, нацепил штаны в рекордно короткий срок и бросился к окну.
И застыл.
Во дворе стояла толпа.
Журналисты с камерами, художники с мольбертами, священник Двуликого с двумя свитками (наверное, один для венчания, другой для отпевания), и… судя по внешнему сходству, родители моей «гостьи».
Мать с лицом булочной гильотины, отец с лицом булочника, который сейчас кого-нибудь прирежет скалкой.
— Кто все эти люди?! — зашипел я, отскакивая от окна.
— Мои родные, — спокойно отозвалась девушка, потягиваясь. — Мы подумали, что раз уж всё произошло, то тянуть
