Дитя Беларуси - Хитрый Лис

— Знаешь, в чём была главная проблема? Фотограф считал, что павлин символизирует моё "внутреннее возрождение", а птица считала, что мои туфли от Gucci — это вызов её территориальной безопасности. В итоге на половине снимков у меня лицо человека, который пытается сохранить достоинство, пока ему в колено целится трёхкилограммовый индюк-переросток

Поначалу она просто слушала, иногда робко улыбаясь. Но потом начала вставлять свои комментарии, подкалывать меня.

— Наверное, павлин просто оценил твою "мрачную харизму", — сказала она с хитрой ухмылкой, и это было первое проявление её собственного, а не напускного, юмора за весь день, — а подтяжки со стразами — это, между прочим, тактическое преимущество! — продолжила она. — Могут ослепить врага в решающий момент!

— Если до этого он не умрёт от смеха, — парировал я.

Мы засмеялись. И теперь её смех был уже другим. Искренним, лёгким. Она снова становилась той самой Петрой, которую я видел в библиотеке — живой, умной, остроумной. Мы вели себя как обычная пара на свидании. И это было… хорошо. На удивление хорошо.

К вечеру, когда солнце начало клониться к закату, я отвёз её домой. Всю дорогу она молчала, но это было уже другое молчание. Не напряжённое, а спокойное. Она просто смотрела в окно, и на её губах играла лёгкая, задумчивая улыбка.

Я припарковался у её подъезда.

— Сильвер… — начала она, когда я заглушил мотор. — Спасибо. За сегодня. За… за всё.

— Не за что, — ответил я. — Если захочешь поговорить… по-настоящему… ты знаешь, как меня найти.

Я вышел из машины и открыл ей дверь. Она выпорхнула на тротуар, всё ещё слегка смущённая, но уже без тени той утренней паники.

— Я… я напишу! — пообещала она.

Она на секунду замерла, будто собираясь с духом. А затем, сделав то, чего я от неё никак не ожидал, быстро, почти молниеносно, наклонилась и неловко, но решительно чмокнула меня в щёку.

Не дожидаясь моей реакции, она тут же залилась краской до самых корней волос.

— Пока! — пискнула она и, развернувшись, пулей сбежала в подъезд, оставив меня одного на пустой улице.

Я невольно усмехнулся и провёл рукой по щеке. От неё остался лёгкий, едва уловимый след тепла. Это было мило. Очень мило.

Я сел в машину, завёл мотор и поехал домой, чувствуя странное, непривычное спокойствие. День, который начался с чужой боли, закончился чем-то светлым. И это было правильно.

Анита Старк

Рабочий день Аниты Старк начался задолго до того, как первый солнечный луч коснулся шпиля её башни. Она уже была в своём кабинете, по уши в работе, но настроение, вопреки обыкновению, было превосходным. Впереди маячила встреча с её личной, самой интригующей загадкой по имени Сильвер Фокс, и это предвкушение придавало ей сил.

В углу её огромного, минималистичного кабинета, на специальном дизайнерском столике из полированного дерева, как насмешка над всем хай-теком её башни, сидел огромный плюшевый медведь. Тот самый, которого Сильвер с ленивой, снайперской точностью выиграл для неё в тире. Он совершенно не вписывался в строгий интерьер, но Аните было плевать. Каждый раз, когда её взгляд падал на эту нелепую игрушку, она невольно улыбалась. Это был её трофей. Этот медведь пах тиром, дешёвой сахарной ватой и… чем-то ещё. Тем невероятным спокойствием, которое исходило от Сильвера. Она знала, что этот кусок плюша стоит десять долларов в базарный день, но в её системе ценностей, где каждый бит информации имел свою цену, этот медведь стал бесценным артефактом — доказательством того, что она не только "Старк", но ещё и "Анита".

Вот только сейчас было не до улыбок от романтической ностальгии.

— Джарвис, выведи на основной экран отчёт по проекту "Прометей", — скомандовала она, и перед ней развернулась голографическая схема дугового реактора.

Она разбиралась с проблемой, которая бесила её уже которую неделю. Муниципалитет и консорциум старых энергетических компаний, эти ископаемые динозавры, продолжали ставить палки в колёса её проекту по интеграции реактора в городскую энергосеть.

— Это просто смешно, — пробормотала она, пролистывая очередное официальное заключение. — "Потенциальные экологические риски", "недостаточная изученность технологии"… Джарвис, напомни-ка, сколько лет этот реактор питает мою башню без единого сбоя?

— Семь лет, четыре месяца и восемнадцать дней, мэм, — тут же отозвался бесстрастный голос ИИ.

— Вот именно. Они прикрываются заботой о горожанах, но мы оба знаем, что дело в деньгах. Эти старые пердуны в дорогих костюмах просто боятся потерять свою монополию, свою кормушку. Ну конечно, ведь я же буду продавать городу энергию за буквальные гроши!

— Анализ подтверждает высокую вероятность лоббирования интересов со стороны текущих поставщиков энергии, мэм. Мною зафиксировано несколько неформальных встреч членов городского совета с представителями компании "Озкорп".

— Озборн… — процедила Старк. — Старый лис всё никак не успокоится. Он вцепился в нефтяную иглу так крепко, будто от этого зависит его вечная молодость. Они называют мой реактор "неизученным", пока сами сливают химические отходы в Ист-Ривер под покровом ночи. Лицемерие — это единственная валюта, которая в этом городе никогда не обесценивается…

На лице Аниты появилась холодная, хищная улыбка.

— Время действовать, — сказала она тихо. — Пора доставать из шкафа скелеты. Джарвис, запусти-ка в сеть первую порцию того компромата, что мы собрали. Начнём с заместителя мэра, госпожи Родригез. Что-нибудь не слишком грязное, но неприятное. Например, её оффшорный счёт на Каймановых островах. Лёгкая, анонимная утечка через какой-нибудь блог борцов с коррупцией. Посмотрим, как они будут мне мешать, когда у них под ногами начнёт припекать.

— Принято, мэм. Запускаю протокол "Домино".

Решив один вопрос, она тут же переключилась на другой. Более интересный.

— Джарвис, что у нас по "Элизиуму"? — спросила она, и голографическая схема реактора сменилась картой города с подсвеченным зданием клуба. — Мне нужны все чертежи. Архитектурные из муниципалитета, планы энергосетей, канализационные коммуникации, схемы вентиляции. Всё. Построй мне на их основе полную, детализированную голографическую модель.

"Сильвер наверняка примет мою помощь, — думала она, откидываясь в кресле, — глупо было бы отказываться от моих ресурсов и возможностей. А потому я должна быть готова. Он явно оценит подготовку".

— Мэм, — раздался голос Джарвиса после секундной паузы, — возникла проблема.

— Проблема? — Анита приподняла бровь. — Джарвис, у нас не бывает проблем. У нас бывают задачи, требующие нетривиального решения.

— В таком случае, у нас нетривиальная задача, мэм. Данные по клубу "Элизиум" в базах данных муниципалитета повреждены или отсутствуют. Само здание в реестре числится как исторический объект, но вся техническая документация — архитектурные планы, схемы коммуникаций, разрешения на перепланировку — недоступна.

Относительно