Дитя Беларуси - Хитрый Лис

Логан неторопливо повесил свою "уличную одежду" в прихожей. Прошёл в ванную, где долго стоял под горячими струями душа, смывая с себя грязь, кровь и усталость прошедшей ночи. Выйдя, он накинул тяжёлый, тёмно-синий махровый халат и направился в небольшую комнату без окон, которую он про себя называл своим "погребом".

Это было единственное по-настоящему технологичное место во всей квартире. Небольшое помещение, от пола до потолка заставленное стеллажами для вина, было оснащено сложной системой климат-контроля. На стене висели точные датчики температуры, влажности и освещённости, связанные с тихим, почти неслышным оборудованием, которое поддерживало здесь идеальные, неизменные условия.

Он задумчиво прошёлся вдоль стеллажей, его грубые пальцы осторожно скользили по немного пыльным бутылкам. И вот его взгляд остановился на одной из них. Густое, терпкое, почти чёрное красное вино. Урожай 1945 года. Год окончания одной большой войны и начала множества его личных, бесконечных войн.

Он аккуратно достал бутылку, открыл её с помощью старинного штопора, наполнил широкий бокал на треть, давая вину подышать. Затем, так же бережно запечатав бутылку специальной вакуумной пробкой, вернул её на место.

С бокалом в руке он прошёл в гостиную, к большому книжному стеллажу, занимавшему всю стену. Не колеблясь, он снял с полки увесистый томик в тёмно-зелёном кожаном переплёте.

Затем он сел в своё любимое глубокое кожаное кресло у окна. Поставил бокал на небольшой столик рядом. Надел на нос простые очки для чтения в тонкой металлической оправе, которые делали его лицо менее суровым, даже почти "профессорским". Включил высокий торшер, заливший кресло и книгу тёплым, мягким светом.

И взял в руки книгу. Это был старый сборник рассказов "Приключения Шерлока Холмса". Логан открыл его. На внутренней стороне обложки, выведенная уже слегка выцветшими чернилами, красовалась короткая, элегантная подпись: "Моему другу Джеймсу Х., с которым не сравнится даже великий сыщик. С уважением, Артур Конан Дойль".

Он сделал маленький глоток вина, ощущая на языке терпкий вкус истории, и погрузился в чтение. Шум города, боль прошлого, ярость боя — всё это осталось там, за плотными шторами его тихой, упорядоченной квартиры.

Глава 29

Будни знаменитостей

Сильвер Фокс. Утро. Почти десять часов.

Я стоял у окна своей квартиры, как часовой на посту, и наблюдал за улицей. Внутри меня царило спокойное, сосредоточенное ожидание. На мне был мой безупречный "костюм-тройка", сформированный симбионтом — идеальная одежда для встречи с человеком, который, вероятно, привык к строгому дресс-коду. Я ожидал увидеть что-то внушительное: чёрный, бронированный седан, который бесшумно подкатит к подъезду, водителя в строгом костюме, который выйдет и откроет дверь…

Стоило бы привыкнуть, что реальность, как обычно в этом мире, окажется иной.

Ровно в девять пятьдесят к моему дому подъехал ничем не примечательный, но элегантный седан тёмно-серого цвета. Никакой мишуры, ничего кричащего о статусе владельца. За рулём сидела женщина в простой тёмной бейсболке, низко надвинутой на глаза. Если бы не моя выработанная годами привычка замечать детали, я бы и не обратил на неё внимания. Но я обратил. И я её узнал. Это была Анита.

"Любопытно… — промелькнула мысль. — Она приехала сама, без лишнего шума и помпы. Признаться, не ожидал. С другой стороны, в логике поступка не откажешь".

Не уверен, что так она подавала мне “знак”, тем не менее, чтобы не нарушать её желание инкогнито, я решил подыграть.

"Переодень меня, пожалуйста, — мысленно скомандовал я симбионту, — что-то простое. Кэжуал, но со вкусом".

Чёрная ткань моего костюма на мгновение стала жидкой, потекла, перестраиваясь. Секунда — и на мне уже не было никакого костюма. Качественные, идеально сидящие тёмные джинсы, мягкая водолазка графитового цвета и лёгкая замшевая куртка. Просто, стильно и без претензий.

Я спустился вниз. Анита, сидевшая в машине и, видимо, собиравшаяся ждать ровно до десяти, увидела меня и слегка, почти незаметно, приподняла бровь. На её губах мелькнула тень удивлённой улыбки.

— Пунктуальный мужчина — куда катится мир… — шутливо сказала она, когда я, не дожидаясь её выхода, сел на пассажирское сиденье. Её голос был весёлым, с нотками одобрения. — И наблюдательный. Я не думала, что ты меня заметишь — совсем ведь не в моём титульном стиле всё.

— У меня свои методы, — ответил я, устраиваясь в удобном кожаном кресле.

— Вот как? — она довольно хмыкнула, заводя мотор. — Уже интересно. Ну что, мистер Загадка, какие у нас сегодня планы? Куда похититель женских сердечек поведёт свою скромную спутницу? — эта её фраза словно что-то цепанула в сознании, но ухватить мысль не получилось.

Она явно наслаждалась ситуацией, отыгрывая роль простой девушки, с которой согласились пойти на свидание.

— Для начала, — сказал я, — я думал, что было бы справедливо выполнить своё обещание. С меня кофе.

— О, какой джентльмен! — она театрально прижала руку к груди. — Я в восторге! Но и после кофе — вся инициатива твоя. Удиви меня. И только попробуй потащить меня в какой-нибудь пафосный ресторан или закрытый клуб. Меня от них уже физически тошнит.

— Даже в мыслях не было, — усмехнулся я. План уже созрел в моей голове. План, который, как мне казалось, был максимально далёким от её обычной жизни. — А как насчёт парка аттракционов? Кони-Айленд, например.

Она на секунду замерла, переводя на меня взгляд. А затем её лицо озарила такая искренняя, почти детская улыбка, что она на мгновение стала похожа не на гения-миллиардера, а на обычную девчонку.

— Парк аттракционов? — переспросила она, и в её голосе звенел чистый восторг. — Серьёзно? Хот-доги, сахарная вата и визг на американских горках? Сильвер, это… это гениально! К чёрту кофе! Хотя нет, возьмём его по дороге. Поехали! Быстрее!

По пути мы заехали в небольшую, но очень приличную кофейню, где я взял два больших стакана отличного капучино. И мы отправились навстречу дню, который обещал быть… любопытным.

Парк встретил нас шумом, музыкой и запахом попкорна. Анита, кажется, полностью забыла, кто она такая. Она с азартом тащила меня от одного аттракциона к другому. Мы катались на старом, скрипучем, но от этого ещё более захватывающем "Циклоне", причём Анитин восторженный визг напрочь перекрывал грохот вагонеток. Разумеется, не обошлось и без "Русских горок", на которых, поддавшись общему настроению, не молчал и я, что уж говорить про мою спутницу. А потом мы стреляли в