Изгнанники Небесного Пояса - Джоан Виндж

челн правительства частенько заносило в ее неизведанные воды, где приходилось сталкиваться с весьма неприятными представителями этого Народа. Но Маквонг инстинктивно следовал потоку общественного мнения, рискуя порою искажать направление потока так, чтобы его собственное мнение наилучшим образом согласовывалось с мнением Народа. Он выполнял порученную людьми работу и делал так, чтобы они его за это любили. Вади иногда задумывался, в чем секрет успеха Маквонга, но сомневался, что ему полезно будет это узнать.

— Все для мира и процветания, Лицзэ.

Маквонг поднял глаза на входящего в кабинет Вади. Голубоватые ледяные глаза на темном лице хранили спокойствие.

— Все для мира и процветания, Вади.

Он встал, отвесил формальный поклон и неохотно отошел от аквариума.

Вади уставился мимо него, как всегда делал, желая поглазеть на рыбок. Три сверкающих золотом подвижных создания размером с палец, с радужно сияющими ажурными хвостами, плавно перемещались среди водорослей в освещенной зеленым светом воде. Золотые рыбки были единственным в жизни Вади наглядным примером нечеловеческих организмов. Насколько ему было известно, Маквонг еще не выплатил за них всю сумму.

Он снял берет, положил его на стол и проследил взглядом, как мягкая округлость, подобная шляпке гриба, начинает сплющиваться.

— При всем уважении, — сказал он, — я надеюсь, эта весточка о Таинственном Послании из Космоса — не розыгрыш, а я здесь не затем, чтобы тебе меня помучить.

Он медленно опустился в стоявшее у стола Маквонга кресло в неоколониальном стиле Древней Земли и разгладил складки на куртке.

— Присаживайся, — с вежливой улыбкой отвечал Маквонг. — О нет, послание подлинное. Это тебе не домашнее видео.

Он аккуратно перегнулся через край столешницы, не касаясь декоративных серебряных звериных морд, и щелкнул переключателем, активировавшим комм–панель.

Ничего не случилось.

— Блин.

Он поднял со стола платиновое пресс–папье, изображавшее кота в прыжке, и стукнул им по панели. Удар был не особенно сильным, но спустя миг проекция фрески Кляйнфельтера на дальней стене поблекла, сменившись женским лицом.

— Не знаю, что я буду делать, если мой стол окончательно поломается. Таких отличных моделей больше не выпускают.

Он аккуратно поставил на место пресс–папье.

— Таких вообще больше не выпускают, Лицзэ.

Вади перебирал пальцами серебристые нашивки на куртке. Когда он взглянул на экран, пальцы замерли.

— Голограмма? Откуда она у тебя, Маквонг?

— Из воздуха, блин! Из космоса, если быть точным. Тридцать килосекунд как приняли. Это реальная голопередача, и мы десять килосекунд угрохали, чтобы в ней разобраться. И не по лучу. Ты себе представляешь, какие мощность и полоса пропускания требуются?.. Не знаю, кто бы мог быть на такое способен теперь.

— На такое вообще мало кто… — Он осекся и стал прислушиваться к набиравшему громкость голосу в записи. Кожа женщины оказалась бледной, практически бесцветной, и такими же — ее коротко остриженные, чуть расплывшиеся в воздухе волосы, а лицо — длинным, угловатым. Она носила выцветшую рубашку, расстегнутую на шее, без украшений. Он прикинул, что ей за тридцать, и она не пытается этого скрывать. Такая честность могла показаться почти болезненной.

Он отбросил эти мысли и сосредоточился на голосе. Женщина говорила на англо с незнакомым акцентом, так что самые обычные слова словно бы прирастали в ее рту лишними звуками.

— … пожалуйста, скорее идентифицируйте себя. Мы не знаем, кто вы, мы прибыли без намерений вторгаться в вашу сферу влияния. Мы не из вашей системы, повторяю, не из вашей системы, и мы… — Ее прервал едва слышимый шум, бледная кожа разрумянилась от гнева, глаза стали резкими и полыхнули, словно ограненные сапфиры.

Вади покосился на Маквонга.

— Флот Кольцевиков, — сказал Маквонг. — Их ответ на другом канале. Мы его не зацепили. Это всё, что есть.

Женщина скользнула взглядом в сторону, произнесла неслышимые слова, надо полагать, ругательства; но когда снова повернулась к экрану, ее голос зазвучал спокойно.

— Это не корабль Пояса, и никакие мы не демархисты, ни в каком пиратстве не замешаны. Вы не имеете права приказывать моему кораблю. И нет, в доступе на борт вам будет отказано. Но если вы соблаговолите предоставить нам координаты…

Ее снова перебили. Напряжение росло, лицо стало каменным.

— …Мы не вооружены, и…

Напряжение разрешилось:

— Никакого права собственности. Папа, уводи нас…

Она снова отвернулась, картинку пересекла вспышка красных статических помех. Спустя еще полсекунды Вади опять увидел женщину, и после этого экран побелел.

— Ну, что скажешь?

Вади расслабил вцепившиеся в металлический край стола руки.

— Они уничтожили этот корабль, да? Это всё?

Маквонг покачал головой.

— Они попали в него. Но корабль ушел от погони Кольцевиков. От всех, если не считать одного. Мы потом кое‑что отследили из их переговоров. Корабль пришельцев таранного типа, и когда упрямый Кольцевик подобрался к нему слишком близко, эта малышка просто расплавила его своим выхлопом. Возможно, эта горделивая королева викингов и не вооружена, но очень опасна.

Вади молчал, ожидая продолжения.

— Неизвестно, где сейчас находится корабль. Неизвестно даже, почему он прилетел. Но у меня есть пара идей. Она говорит, корабль из‑за пределов системы, и я склонен верить, что это так. В Поясе ничего настолько сложного не смогли бы построить. А женщина в пилотском кресле… в особенности такая женщина…

— А что, если она альбиноска из Основного Пояса? Мусорщикам начхать на радиацию, у них все равно защиты от нес нету. Возможно, они откопали реально удачную находку.

Но, говоря это, он чувствовал правоту Маквонга, ибо женщина и ее акцент казались слишком чужеродными.

Маквонг глянул на него.

— Никому не могло бы так подфартить. Вади, ты чего? Не веришь в чудеса? Уверяю, это тебе не журналистская утка. Корабль прибыл Извне, и это наш первый контакт с остальным человечеством больше чем за три гигасекунды. Курс, взятый ими после Колец, ведет к старой столице, Лэнсингу. Если я прав, то причина туда лететь только одна: они ничего не знают про Гражданскую. Они прилетели к Небесам, ожидая тут молочные реки в кисельных берегах обнаружить, а когда поймут, как обстоят дела, то развернутся и улетят навеки. Мы не можем позволить…

— Какой нам прок теперь с одного корабля? — Он смотрел на пустой стеноэкран, чувствуя, как помимо воли оформляется в мозгу другой упрямый вопрос.

— Этот корабль для нас стоит всей Вселенной, — Маквонг погладил платинового кота. — Этот корабль — истинное сокровище, этот корабль принесет нам мощь… и поможет спастись.

Вади кивнул, признавая, что грандиозный термоядерный