Откройте рот, скажите: "Р-Р-Р"! - Фунтик Изюмов
— Пойдёмте и мы, хозяин, — повернулась я к Фредерику Рею, — Пойдёмте-пойдёмте… Куда он от нас денется? Никуда он не денется… Вот, и шляпа ваша! Пойдёмте, а то скажет вдруг, что это мы ему помешали вовремя управиться…
Не поверите — я сама бы не поверила! — но как раз, когда мы вернулись к дому, нас догнали мальчишки-газетчики.
— Экстренный выпуск «Эха Вечности»! — во всю глотку орали они, — Бесплатный экземпляр! Возьмите бесплатно экстренный выпуск «Эха Вечности»!
— А ну-ка… — я ловко выдернула у пробегавшего мальчишки два экземпляра. Один протянула хозяину, второй развернула сама. На большом газетном листе, в самом центре, окружённое виньетками, словно рамочкой, красовалось моё объявление:
«Дорогие нижневолокцы! Надеемся, что предыдущая наша реклама потрясла ваши чувства. Это и было нашей целью! Мы не даём пресных и кислых объявлений, как наши конкуренты! А ещё мы не позволим киснуть вашим больным фамильярам! Мы не кусаемся, наши цены — тоже! При любом подозрении на недомогание вашего любимца, приходите по известному вам адресу… по техническим причинам, вход со двора».
— А ведь… могут и правда подумать, что это был хитрый рекламный ход! — задумчиво проронил Фредерик Рей, привычно потирая правый мизинец.
Ну, вы же помните: мои гениальные идеи всегда срабатывают!..
Может, вам и смешно, может, выглядит по-детски, но… у домового, может, впервые в жизни красивая одежда появилась?
Глава 11
О вреде духóв и поэзии
Лечить — так лечить!
Александр Розенбаум.
Мы с хозяином, оба были в приёмном покое. Оба в новеньких, свежайших, белых халатах. Фредерик Рей небрежно развалился в кресле, а я нервно перебирала пустые пробирки на столе. Просто, чтобы хоть чем-то занять дрожащие руки. И как раз в тот момент, когда я подумала, что сегодня посетителей может и не быть, потому что наша реклама оказалась чересчур жёсткой для местного менталитета, дверь широко распахнулась. Казалось, что на пороге застыла только одна ошарашенная женщина, судорожно прижимающая к груди комок шерсти, но тут, чуть ли не от колен женщины, раздался хрипловатый, торжественный голос:
— Госпожа Мелания с питомцем! К господину Фредерику Рею! Прикажете принять?..
Веспасиан Доминикус, собственной персоной, скрытый от глаз уголком стола! Словно торжественный выход государя-императора на большом дворцовом приёме объявил. Умница, надо ему лишнюю печеньку организовать.
Фредерик Рей неторопливо отложил в сторону газету, слегка привстал, и произнёс одно-единственное слово, но необычайно внушительно:
— Прошу!
Женщина, пугливо оглядываясь, перешагнула порог и дверь за ней гулко захлопнулась. Мелания вздрогнула. Ну, нечасто в наших краях можно встретить домового, который тебе дверь открывает и спрашивает о цели прибытия. Я больше скажу — никогда!
— Что случилось… э-э-э… голубушка? — доверительным, вибрирующим баритоном, спросил хозяин, устремив на женщину проницательный взгляд.
— Вот… — Мелания посмотрела вокруг, не увидела ничего подходящего и положила свой комок шерсти прямо на стол перед хозяином. Комок развернулся и оказался крошечным, ушастым созданием.
— И?.. — приподнял одну бровь Фредерик Рей.
— Заболел… — упавшим голосом объявила Мелания.
— Кхм!.. — хозяин не спешил прикоснуться к больному, наоборот, заложил руки за спину, рассматривая кролика
