Криндж и Свидетели Пиццы - Харитон Байконурович Мамбурин
— «О чем я только думаю?», — полностью одетый в броню морф стоял в душе, позволяя холодной воде течь на голову. Ему требовалось время в одиночестве, без присутствия раздражающих факторов.
Реальность надо было принять срочно, до конца, щелчком. Он слишком долго болтался в хвосте у хренова ашура, безвольно принимая все тычки жизни. Набрал долгов, которые вряд ли когда оплатит. Жизнь, здоровье, броня, свобода, будущее. Криндж не подарил, а небрежно впихнул он всё ему. Нафаршировал до предела.
Теперь Мурхухн Виверикс готов.
— Хватит дрочить, пора вершить великие дела! — забарабанил несносный гад в дверь душа, — Вытирай жопу, пошли гулять!
— Чего⁈ — уже даже как-то привычно охренел Виверикс, — Ты в своем уме⁈
— Не уверен, — донесся ответ, — Мне страшно. Вот пока ты был в бессознанке, у меня была не жизнь, а малина. Что сейчас начнется, не знаю, но дело делать надо.
— Какое, в жопу, дело⁈ — морф уже лихорадочно обтирал себя полотенцем, — Нам надо на жопах сидеть ровно в этой дыре!
— Мне нужен костюм, — убил его из-за двери Криндж, — Я не могу идти шпионить без костюма! А тебе нужно подстричься!
Может, ему что-то сделали с ушами? Или мозгом? Только что читали же новости, «возвращенцы» устроили перестрелку с полицией, двадцать восемь трупов!
Но нет, они действительно покинули этот обшарпанный, но очень безопасный, отель, сели в машину, привлекающую к себе сто процентов внимания, а затем отправились блуждать по подуровню в поисках нужного. Отыскав неплохой торговый центр, морф с замаскированным ашуром нагло вломились в него, игнорируя многочисленных зевак. Лысый фиолетовый Криндж был совершенно неузнаваем, хотя за тот отрезок времени, в течение которого Мурхухна извлекли из бака, он уже успел узнать, насколько популярным стал его партнер.
Придурок казался какой-то всемогущей сволочью, которой подвластно всё. Сохраняя внешнее спокойствие, морф входил в небольшой парикмахерский салон, подсознательно веря, что стоит возвышающемуся над ним идиоту щелкнуть пальцами, как случится чудо галактического масштаба.
Накаркал.
Криндж взял и щелкнул, подзывая к себе растерянную девушку в униформе мастера.
— Мы работаем под прикрытием, — монотонно поведал крайне хреново замаскированный под гибрида ашур бедной женщине, — Мне нужно, чтобы вы сделали моего напарника неузнаваемым.
— А-аа? — удивилась та, переводя взгляд на стоическую, мужественную, но совершенно кабанью морду Виверикса, облаченного в силовую броню правоохранительных сил всемирно известной корпорации.
— Приложите все силы, — огромная фиолетовая ладонь легла на плечико девушки, а сам здоровяк, склонившись над ней, прогудел, — Мы разыскиваем очень опасных преступников. Полиция Рима надеется на вас. Не подведите.
А затем он его просто бросил там, утопав искать себе костюм!
Девушка, собрав мысли в кучу, затем собрала настоящий консилиум из своих коллег. Мурхухн, продолжая стоять статуей, цеплялся за свой образ всеми жабрами души, понимая, что кроме этого образа у него ничего не осталось. Говорят, что если всматриваться в бездну, то та посмотрит на тебя в ответ, но не всем так везет. Иногда получается, что бездна сама к тебе приходит, угощает кофе, а потом затаскивает в себя, вынуждая вечно падать в невыразимом хаосе.
Как там звали того человека, с кем Криндж путешествовал раньше? Фредди, вроде бы. Здоровяк часто и с теплотой вспоминал своего «друга»…
Мурхухн Виверикс, с трудом усаживающийся в парикмахерское кресло, понял, что очень хочет поговорить с этим человеком. Очень о многом. Возможно, что навзрыд. Ясно будет чуть позже.
Долго над ним не издевались, мастера попались удивительно адекватные, быстро понявшие, что в облик Мурхухна много изменений внести просто не получится. Ему слегка обстригли волосы на загривке, а затем, покрасив в ярко-красный цвет, подняли всю гриву невысоким, но очень агрессивным «ирокезом». Зафиксировав волосы в подобном состоянии, девушки пошептались, бросая опасливые взгляды на входную дверь и на самого морфа, а потом, куда-то сбегав, принесли ему другие солнцезащитные очки. Узкие, прямоугольные, крепкие.
Виверикс взглянул в зеркало. Оттуда на него смотрел тщательно причесанный незнакомец, у которого взрывалась голова взрывом ярко-красного, но тому было насрать. Именно такое ощущение и добавляли очки, сидящие на морде куда лучше прежних. Финализировали образ, идеально подходящий внутреннему мироощущению бывшего полицейского. К этому надо было стремиться.
— Спасибо, — ровным тоном поблагодарил Мурхухн, вставая, — Сколько я вам должен?
Почему-то внешнее изменение привело в порядок его внутреннее мироощущение. Мозг был взорван, с этим поделать ничего было нельзя, но и хрен бы с ним. Влагалища нет, внутренние органы, регулирующие его секрецию, незаметны, броня есть, лазерный пистолет на поясе. Жить более чем можно.
Надо разыскать Кринджа.
Печатая шаг, Мурхухн Виверикс, полностью принявший нового себя, шёл по торговому центру, не обращая внимания на зевак и вспышки фотосъемки. Он не станет легендой в этом городе, просто являясь морфом с «ирокезом», так что фотографии вреда не нанесут. В краткосрочной перспективе, разумеется. Долгосрочным же перспективам обновленный пиратский «инструктор по штурму» был уже давно готов хохотать в лицо самым издевательским образом. Он, всю жизнь восстанавливавший закон и порядок, теперь знал им цену. Она была отвратительно низка.
Криндж обнаружился в одном из эрзац-элитных заведений центра, на вращающемся подиуме, окруженном набором манипуляторов, подгоняющих черный элегантный костюм прямо на носителе. Огромный, лысый, фиолетовый, он, тем не менее, был сложен куда органичнее большинства греевских гибридов, так что черная старомодная «двойка», которую сшили на его габариты, смотрелась на этом безумце очень даже хорошо. Удивление по этому поводу читалось в глазах стоящего за пультом управления продавца. Крупными, очень крупными буквами.
— Отлично выглядишь! — одобрил новый имидж Мурхухна модник, продолжающий вращаться, — Тебе очень идёт!
— Тебе тоже, — нехотя буркнул Виверикс, вынужденно признавая факт. Он, правда, подобные костюмы видел только в документальных фильмах про седую древность, но не хотел кривить душой против правды. Противная морда круто приодетого Кринджа сейчас была на порядки менее противной, это стоило поощрить, — Даже очень. Только что у тебя на шее?
— Это? — самодовольно шевельнув тем местом, где когда-то росла бровь, Криндж указал на маленькую странную херню у себя под подбородком, — Это называется «галстук-бабочка»!
— Бессмертная классика! — восхищенно выдохнул продавец за пультом,
