Призрак крепости Теней - T. C. Эйдж
Но оставалось еще кое-что. Кое-что, о чем она так и не успела попросить Элиона. Ей очень не хотелось этого делать, но выбора не было…
– Не могли бы вы кое-что для меня сделать, когда вернетесь в лагерь?
Молодые рыцари прервали разговор. По обрывкам фраз Шаска поняла, что они обсуждали обратный маршрут.
– Я знала одного мальчика, которого забрали из моей деревни. Его зовут Дэл. Ему скоро шестнадцать, высокий такой, с темными растрепанными волосами. Тощий. Добрый. Застенчивый. – Она невольно улыбнулась, когда описывала его. – Я думаю, он служит в армии Кастора, в рабочем отряде вместе с другими мальчишками. Я просто подумала, не могли бы вы… Я не знаю, приглядеть за ним… – Она терпеть не могла просить. Терпеть не могла. – Может быть… может быть, Элион мог бы взять его в оруженосцы или что-то в этом роде?
– Он Сталерожденный? – спросил Барнибус.
– Нет, он просто… обычный мальчик.
– Тогда он не может быть оруженосцем рыцаря Варина. – Барнибус на мгновение задумался. – Но он может служить ему в лагере, приглядывать за шатром. – Он почесал подбородок. – Он расаланец?
– Тукоранец, – ответила Шаска. О собственном происхождении она не рассказала им ничего. – Элион знает. Я рассказывала ему о Дэле… немного, но рассказывала. Как думаете, он не будет возражать? Там был этот человек… – Она попыталась вспомнить имя. – Дон Мирс, кажется. Солдат, указанный в записной книжке Элиона. Он может знать. Я просто хочу убедиться, что Дэл в безопасности.
Лансел и Барнибус задумчиво переваривали информацию. Возьмет Элион Дэла к себе или нет – Шаска в любом случае не узнает. Там, куда она направляется, вести из северного военного лагеря получить будет едва ли возможно. Ей просто нужна уверенность, вот и все, и Лансел убедил ее.
– Мы передадим твою просьбу. Но если он обычный работяга, то я уверен, с ним все будет в порядке.
Шаска вспомнила о том, что Элион написал в своей маленькой записной книжке. Он посчитал, что мальчиков используют для привлечения огня. Он назвал их «обманкой для лучников» или как-то так. Шаска надеялась, что это неправда. Принц Райлиан такого не допустит, и вандарийцы тоже. Такую грязную тактику мог бы использовать Седрик Кастор. «Но не они. Нет, только не они».
Шаска улыбнулась своим спутникам.
– Спасибо. Я бы дала вам адрес, чтобы вы писали мне, но… я не знаю, где окажусь.
– Корабль причалит в Араме, – в очередной раз напомнил Барнибус. – Но, возможно, они смогут причалить и где-нибудь по пути, если тебе так будет удобнее. Я могу поговорить с капитаном. Еще пара монет, и он не откажет.
– Вы и так были слишком добры ко мне. Я и мечтать о таком не могла. – Шаска выглянула в окно. Снаружи возникла суматоха: наверное, глашатай сообщал новости. – И Арам меня вполне устраивает.
Шаска должна попытаться, разве нет? Попытаться узнать правду о своей матери. И, может быть, Ранульф будет там? Он сказал, что отправится туда после того, как закончит дела с Винсентом Роузом в Соларии. Это вселило в Шаску надежду. Ей все еще было стыдно отказываться от своего долга, но так у нее, по крайней мере, появилась цель.
Шум снаружи становился все громче, и Барнибус тоже подошел к окну. Нахмурившись, он посмотрел сквозь грязное стекло.
– Солдаты? – спросил Лансел через всю комнату.
– Нет, обычные работяги. Похоже, глашатай собрал людей в доках.
Они находились немного южнее города: порт здесь поменьше и не такой оживленный, как главный, где стояло около сотни кораблей.
– Что-нибудь интересное? – Лансел потянулся в кресле и зевнул. – Может, осада Болотной крепости закончилась?
«Похоже на правду, – подумала Шаска. – Судя по жестикуляции глашатая, новости большие и важные».
– Подождите здесь, – сказал Барнибус. – Я спущусь и послушаю.
Шаска наблюдала из окна, как он вышел из приземистого трактира и зашагал по пыльным докам, одетый в потрепанный шерстяной плащ. Она давно заметила, что ни Барнибусу, ни Ланселу божественная сталь не давала обостренного слуха. Это ее удивило. Она спросила их об этом несколько дней назад, когда они остановились на ночлег, найдя заросли ив у реки. «Я думала, у всех рыцарей Варина обостряются чувства благодаря божественной стали».
Когда они ответили, что это неправда и что такой дар – большая редкость, Шаска поняла, как мало она знает. «Я вижу немного лучше, – сказал ей Лансел, – а Барни лучше слышит, но это все равно не так заметно». «А Элион?» – спросила она. «Элион… – рассмеялся Лансел. – У Элиона есть все, но он Дэйкар, так что это логично. Его брат тоже был таким. Алерон… – Его лицо помрачнело. – Мир без него как будто стал меньше».
Шаска заметила, как в глазах Лансела промелькнула боль. «Вы были друзьями?» Оба рыцаря кивнули. Они рассказали, как дружили с детства, как мечтали вместе побеждать в битвах, завоевывать крепости и замки, выигрывать войны. Лансел улыбнулся, погрузившись в воспоминания, затем улыбка исчезла, и он, помешивая угли в костре, прошептал: «Боги были жестоки, забрав его так рано».
«Боги были щедры в своей жестокости, – подумала Шаска. – Они столь же бессердечны, сколь и добры». Люди всегда говорили, что боги сделали из войны игру, и если это так, то, похоже, они еще не закончили…
Барнибус вернулся быстро, крайне озадаченный.
– Что? Что такое? – спросил Лансел.
Барнибус издал короткий смешок.
– Война окончена, – сказал он и снова отрывисто рассмеялся. – По крайней мере, здесь. Так говорят. Расаланцы сдались. Война окончена, Ланс.
Лансел поерзал на стуле.
– Значит, сражения кончились не только у крепости?
– Во всем королевстве. – Барнибус улыбнулся. – Похоже, короля Годрина подвело сердце. Хадрина уже короновали. Говорят, он никогда не хотел войны, поэтому сразу призвал народ сложить оружие. – Он посмотрел в окно. – Я рад за тебя, Шаска. Теперь можно не беспокоиться о военных кораблях в заливе.
Но Шаска думала совсем не об этом.
– Годрин мертв?
Ничего другого она почти и не услышала. «Ты именно там, где должна быть». Эти слова согревали ее холодными ночами, поддерживали, когда она чувствовала себя потерянной и одинокой. Но сейчас? С его смертью они словно померкли, зазвучали тише.
Шаска отвернулась к окну. Некоторые люди плакали и обнимались. Другие радостно аплодировали. Любимый король пал, но
