Призрак крепости Теней - T. C. Эйдж
По всему лагерю все еще гремели барабаны, и воздух наполнялся гулом и гомоном людей, возвращавшихся к своим кострищам и палаткам. Элион выглянул наружу как раз вовремя, чтобы увидеть, как его дядя марширует по двору: броня сверкает, Меч Варинара лежит в ножнах на бедре.
– Дядя! Дядя, я слышал, что случилось.
Веррин оглянулся.
– Пойдем внутрь, Элион.
Они вошли в освещенную двумя жаровнями палатку Первого клинка, спасаясь от пронизывающего холода. Элион оказался здесь впервые с тех пор, как тайком притащил сюда Шаску. Он посмотрел на то место, где оставил ее, хотя она и пробыла там недолго: Веррин быстро поручил ее заботам Лансела и Барнибуса. Вряд ли Элион услышит от них какие-нибудь вести, пока они не вернутся в лагерь, а это произойдет не раньше чем через неделю или около того. А если война здесь действительно закончилась? Тогда они наверняка сразу же отправятся на юг, защищать побережье. «В Драконью погибель. К Киллиану и Риккарду». Мысль о том, что Элион снова увидит их, придала ему сил, потому что Веррин с каждым днем все меньше походил на себя.
Дядя положил Меч Варинара на дубовый стол. Дерево жалобно заскрипело под тяжестью клинка.
– Я слышал, Годрин мертв, – сказал Элион.
Первый клинок кивнул, на его посеревшем лице застыло холодное и мрачное выражение.
– Говорят, сердце не выдержало, – ответил он. – Хадрина короновали, и он сразу же приказал всем своим лордам, рыцарям и подданным сложить оружие. – Веррин снял латные перчатки, отложил их в сторону и добавил: – Райлиан сообщил, что принцесса Амилия выйдет за Хадрина замуж. Этот брак объединит королевства.
Элион почувствовал, как по коже побежали мурашки, словно под одежду разом заполз целый рой огненных муравьев. Алерон и Хадрин. Вряд ли можно найти двух более разных людей.
– Что об этом думает сам Райлиан? Я замечал, что он не в восторге от приказов своего отца.
Веррин покачал головой.
– Это идеальная партия. – Он просил быстрый взгляд на наручи. – Помоги мне.
Элион подошел и начал расстегивать тонкие ремешки и развязывать шнурки на доспехах дяди.
– Это объясняет отсутствие Хадрина. Должно быть, он направился в Талан, чтобы свергнуть отца.
– Чтобы убить отца, – поправил Веррин, когда Элион снял с него левый наруч. – Хадрин всегда мечтал о троне. Как и о твоей матери. А теперь у него есть и королевство, и красавица.
Элион оторвался от работы и посмотрел в тускло-голубые глаза дяди. Веррин твердо верил, что именно Хадрин стоял за крушением их семьи, но Элион знал, что это напускное. Что именно он пытался скрыть, обвиняя Хадрина? Собственную вину?
– Он действовал по приказу Джанилы, – сказал Элион. – Отцеубийство и цареубийство в обмен на королевство и королеву. – Он внимательно проследил за реакцией дяди и решил сыграть в открытую: – Джанила приказал убить Алерона. – Он увидел, как губы дяди дернулись и напряглись. – Не Хадрин разрушил нашу семью… Ты ведь всегда это знал, не так ли? – Теперь в голосе Элиона звучал вызов, требование правды. – Ты всегда знал, что за этим стоит Джанила.
Веррин тяжело вздохнул, на мгновение прикрыв глаза. Он выглядел уставшим. Уставшим от лжи и полуправды. От тяжести собственной вины. Он медленно кивнул.
– Да, я знал, – сипло сказал он, безучастно уставившись в стол. – Я больше не могу лгать тебе, Элион. – Он набрал в легкие воздуха, выпрямился и повернулся к племяннику лицом. – Я с самого начала знал, кто такой Фицрой Ладлэм. Я знал… и ничего не сделал. Я ничего не сделал, чтобы спасти его. Алерон… – Глаза Веррина опустились, а лицо сморщилось, как скомканный пергамент, от стыда, сожаления и горя. – Алерон погиб из-за меня.
Свершилось. Признание, которое Элион предполагал услышать с того самого дня, когда очнулся. Я причинил тебе зло. Это я у тебя в долгу.
Элион отвернулся, погрузившись в раздумья, но голос дяди настиг его из-за спины:
– Ты собираешься убить меня? Я не буду винить тебя, если ты это сделаешь. Но прошу, услышь сначала правду.
– Хорошо. – Элион повернулся и слегка встряхнул кистью правой руки, в которой обычно держал меч, однако внутри не было ни ярости, ни ненависти. Пока нет. Он просто хотел понять. Он устал от лжи и обмана. – Ты знал, что Алерона убьют?
– Нет, – честно и без колебаний ответил Веррин. – Рыцарь Теней должен был просто одержать победу в состязании, а затем покинуть город. Я бы никогда не допустил этого, если бы знал, что Алерона убьют. Никогда. Клянусь.
Элион долго молчал. Он уже сам обо всем догадался. Убийце было достаточно победить Алерона и исчезнуть, чтобы Эллис мог назначить Веррина Первым клинком. Приказ убить Алерона поступил позже. «Чтобы освободить Амилию от уз помолвки. Чтобы она могла выйти замуж за Хадрина…»
– Эллис знал?
– Нет. Это все часть плана Джанилы. Он хочет заполучить клинки Вандара, Элион. Все пять. Он считает, что они помогут ему выиграть войну.
В этом Элион тоже не увидел лжи.
– Он ждет, что ты отдашь ему Меч Варинара? Это нелепая идея. Тукоранец никогда не возьмет в руки Меч Варинара. Никогда.
– Ждет… – прошептал Веррин. – Но я не отдам. – Его глаза внезапно потемнели и жадно впились в золотой клинок на столе. – Никогда.
Последнее слово сорвалось с губ Веррина тихим шипением. Несколько секунд он не сводил глаз с клинка, а затем резко моргнул и отстранился, словно очнувшись ото сна. Теперь Веррин выглядел старше и изможденнее, чем когда-либо. Круги под глазами стали больше, морщины – резче, проседь в волосах засеребрилась еще заметнее.
– Я больше не буду плясать под его дудку. Я подумываю о том, чтобы прийти за ним самому. Прийти и убить его.
Элион позволил словам раствориться в тишине и пристально посмотрел дяде прямо в глаза.
– Ты бы сделал это? Ты бы сделал это ради мести, дядя? Или ради покаяния?
– Я бы сделал это ради Алерона. Ради тебя. Ради Лиллии и твоего отца. Ради Амары. – Его лицо исказила гримаса иной скорби. – Я научился любить ее, но так было не всегда. – Он поднял глаза. – Когда-то я боготворил твою мать. Я ее любил…
Элион выхватил кинжал.
– Не смей говорить о ней.
Он резко шагнул вперед, но Веррин просто стоял в смиренном ожидании. Он даже приподнял голову, оголив шею над воротником.
– Сделай это, если хочешь. Я не стану сопротивляться.
Элион хмыкнул и отошел, пряча кинжал обратно в ножны. В этот же момент поясницу пронзила
