Криндж и Свидетели Пиццы - Харитон Байконурович Мамбурин
— Криндж. Я благодарен тебе… за всё, но если ты не видишь, как на меня смотрят даже обсосы на этом рынке, то ты — полный идиот. Я поймаю пулю от любого жителя пустошей, это вопрос времени. Очень небольшого времени, возможно, что это случится прямо здесь, пока мы жрем. Хочешь поймать со мной?
Виверикс был прав, я уже подметил взгляды, бросаемые на него всеми и вся. Здоровяк с головой кабана не мог быть никем, кроме офицера Омнипола, а это зрелище несет мир, покой и штраф за превышение скорости только для жителя цивилизованного анклава. Неважно чьего, Хаба, Церкви, Института, государства. Для всех остальных, этих самых «жителей пустошей», включая и меня, кабанья башка морфа, как и звериная морда другого какого-нибудь их варианта, обычно находилась по другую сторону пулемета, огнемета или чего-то подобного, чем нас угощали стражи закона. Не со зла, а когда какая-нибудь группка отчаянных авантюристов хотела оттяпать кусочек жизни у жирных и довольных цивилов… но из кого, по-вашему, состоят эти группки? В них чьи-то родственники, чьи-то дети, чьи-то друзья. То, что моего свиномордого приятеля пристрелят рано или поздно, было фактом. Только…
— Я уже об этом подумал, — в очередной раз смертельно удивил я бывшего мента, — На Великой Трассе как-нибудь справимся, тут все проездом, все по делам. Должно быть не так опасно…
— Да, но…
— А потом мы сворачиваем на Рим, мужик. Прём к нему через Ромус. Насколько я слышал, огнестрела там нет. Потом возвращаемся тем же путем, и почти с трассы, в глуши, нас заберет корабль. Все будет пучком.
Ну вот, я его снова сломал.
— Зачем тебе в Рим…? — прохрипел этот бедолага.
— Промышленный шпионаж! — важно поднял я палец, полностью выключая когнитивную деятельность похмельной гуманоидной свиньи. Ну да, скорее пожилого, массивного, стреляного и битого жизнью кабана, но что тут скажешь? Я в глубине души тот еще расист. Хотя нет, не расист. Мне просто нравится издеваться над окружающими! Фредди не даст соврать!
Интерлюдия
Никто не доверит свежезавербованному придурку нормальную пушку. Нет. Его, малолетнего идиота, будут обучать сначала на каком-нибудь малокалиберном дерьме. Где-нибудь в глуши, очищенной от опасных животин, сытно и строго. Его будут дрючить день-деньской, закармливая при этом на убой, формируя самый обычный мешок очередного пушечного мяса. Затем, если он выживет, возможны варианты и перспективы, но задача полевого лагеря, какой бы срани он не принадлежал — сделать из полуграмотного идиота человека с пушкой, подчиняющегося приказам. Не более.
Артемида обожала рейды на полевые лагеря. Море долгохранящейся жратвы, куча хлама, стадо блеющих идиотов, которых можно продать скопом каким-нибудь нормальным парням, которые не засрут этим идиотам остатки мозгов. Самое главное — низкий риск. Это важно, особенно когда обстреливаешь новобранцев.
Особенно — когда они не ашуры.
Парни и девки выходили из корабля. Потные, пахнущие горелым порохом, довольные. Кто-то с повязками, парочку вынесли на носилках, но живых. Проблемно, конечно, люди будут выздоравливать куда дольше, чем её живучий-сучий вид, но что тут поделаешь? Тройка рейлов, улыбающихся до ушей, выскочила последней, на них ни царапины. Всю обратную дорогу играли в карты, сволочи мелкие. Раздавали прямо на раненом Шорбане, вон он жалуется.
— Босс, мы всё, — к ней подошла Варга, ашур, страховавшая отряд. На брюхе бабы был длинный обугленный разрез, но ничего не вываливалось. Края раны скрепили степлером, а кровь уже запеклась в плотную корку.
— Нормально! — хлопнув своего бойца по плечу, рявкнула Артемида, — Сегодня бухаем, народ!
Ангар взвыл счастливыми воплями так, как будто бы они и не пили дважды в неделю на регулярной основе. Радоваться добыче было не принято, долю каждый получит, когда хлам и пленные будут реализованы. Всегда четко, всегда без обмана, всегда деньгами, чтобы исключить малейшие конфликты за какой-нибудь жирный кусок. Праздновать предполагалось именно удачную вылазку, после которой все здесь… и все живы.
Гулянка получилась на славу. Пираты шумели, орали, дули самогон и другие напитки, танцевали под хриплые вопли держащейся на последнем издыхании акустической системы, которую буквально наживую сейчас паяла полупьяная цверг. Веселье набирало обороты, грозя перерасти в скорый свальный грех, но пока обитатели подземной базы держали себя в рамках. Помогали несколько аркадных автоматов, добытых в одном заброшенном городе, да влияние Артемиды, кое-как удерживающей темп потребления спиртного в нормальных рамках.
— Босс!! — внезапное появление у пиршественного стола совершенно трезвого, совершенно серьезного и совершенно лысого человека заставило Артемиду отвлечься от обнимающего её ногу рейла, что-то вдохновленно рассказывающего коленке.
— Фредди? — подняла бровь начальница всего этого подземного предприятия.
— Вам нужно это видеть! — лысый мускулистый человек в своих вечных солнцезащитных очках, воевал с пультом дистанционного управления, хамски встав к главарю банды полузадом, — Это про Кринджа!
— Оо!! — тут же воодушевились все вокруг. Этого здоровяка с мрачной физиономией полюбили все ашуры… но в основном за счет постоянных жалоб пьяного Фредди, сопровождавшего этого длинноволосого новичка последние недели. Народ (да и сама Артемида) горячо одобряли чувство юмора этого необычного члена команды, но старались (тщетно) не показывать это лысому, который и был мишенью шуточек необычного ашура.
— Давай!
— Включай!
— Чё там⁈
— Не телись!
— Тиха! — безбоязненно гаркнул обычный человек на окруживших его пьяных гигантов с пудовыми кулаками, — Это сейчас повтор будет по каналу Экзотикон! Время есть!
— Ну-ка ну-ка… — бормотали послушно прекратившие вопить на всю округу пьяницы, — Чего там этот… учудил?
А что «учудил» — ни у кого сомнений не было.
Наконец, огромная плазменная панель в половину стены столовой/пиршественного зала загорелась, Фредди бодро переключил на нужный канал, по которому шла реклама какой-то тупой «чистейшей воды с добавками», а народ затих, готовясь увидеть нечто такое, ради чего босса отвлекли прямо
