Озеро Русалок - Ришар Петисинь
– Как думаешь, план сработает? ― спросил меня Жорис.
– Не знаю… У Жермена такой вид, словно у него в руках главная деталька пазла.
– И что за деталька?
– Трудно сказать. Я видела его сокровища. Результат своих расследований о русалке он держит в коробке… Но, может, у него есть ещё какая-нибудь коробка…
Мы с Жорисом вышли из музея, и я подумала, что два часа, которые нам предстоит прожить до решающего собрания в «Клюшках», окажутся очень долгими…
Глава 15
Презентация первосортного Парка русалок
Похоже, все жители деревни в назначенный час собрались у входа в кафе «Клюшки». Над их головами всеми цветами радуги переливалась афиша: «Добро пожаловать в парк аттракционов!» Через несколько минут все уже сидели в зале, из которого вынесли столики и расставили рядами стулья. Мои мама с папой тоже заняли места, но мы с Жорисом не спешили. Мармелад и Флюгер ни за что не должны были нас увидеть. Для них мы по-прежнему оставались запертыми в пещере. Когда все расселись и собрание должно было вот-вот начаться, мы с Жожо тоже проскользнули в зал, спрятавшись позади нашего мохнатого друга. Вантуз очень удобная собака, за ним могут скрыться три быка. Мы устроились в глубине зала и постараемся не упустить ни слова из будущего спектакля.
Мармелад со своим сообщником ещё не появились, и я внимательно осмотрелась. Жермен не ошибся: наши противники не пожалели денег ― огромные цветные транспаранты обещали необыкновенный парк, но ничего не сообщали о названии. Публику ожидало потрясение. На плакатах с фотографиями, сделанными, скорее всего, с помощью дронов, можно было посмотреть на озеро, как оно выглядело сейчас до грядущих преобразований.
В зале на первом ряду сидела мэр Эдмэ Куропат и несколько муниципальных советников. Неподалёку от них ждали начала презентации мама и папа. Распахнулась дверь, и все затаили дыхание ― вошли двое: Мармелад с улыбкой во весь рот и Флюгер, немного смущённый.
Мэр, как только его увидела, сразу воскликнула:
– Бертран? Не может быть! Как же так?
– Мадам Куропат, вам слова не давали, ― сразу оборвал её Мармелад. ― У нас не муниципальное собрание. Вы здесь зрительница. Презентацию провожу я.
Резкий тон бизнесмена заморозил публику. В зале воцарилась такая тишина, что муха пролети, было бы слышно.
– Теперь, когда спокойствие восстановлено и всё ваше внимание принадлежит мне, я открываю наше собрание, ― объявил Мармелад. ― Не стану представляться, все вы хорошо меня запомнили и знаете, кто главный в этом проекте. Но позвольте, дорогие друзья, представить вам моего компаньона: Бертран Флюгер. Прошу любить и жаловать!
– Компаньон? ― прошептала мадам мэр.
– Для вас это сюрприз? ― победоносно ухмыльнулся бизнесмен.
Бедняжка Эдмэ Куропат съёжилась в кресле. Мне показалось, что сейчас она лишится сознания и упадёт на пол, как сдувшийся воздушный шарик.
– Должен признать, ― продолжал Мармелад, ― наш дорогой Бертран Флюгер поначалу тоже мечтал о каком-то ничтожном музее птиц. Но он умный человек и быстро понял, насколько выгоднее и интереснее для его деревни мой проект.
– Вы скажете нам, наконец, как будет называться ваш парк. ― раздался голос из глубины зала.
– Не беспокойтесь, дорогой друг, ещё немного, и вы всё узнаете. Сейчас я попрошу хозяина этого чудесного кафе погасить в зале свет, чтобы начать просмотр. Добро пожаловать в удивительный Парк русалок!
Мгновенно настала темнота, а потом будто фейерверк взорвался ― установленные во всех углах зала прожекторы вспыхнули разноцветными лучами. Из динамика грянуло мощное хоровое пение, так что у нас чуть не лопнули барабанные перепонки. Два помощника спустили большой экран, и начался фильм ― ровно в ту минуту, когда погасли разноцветные огни и смолкло пение.
Эффектное начало, ничего не скажу!
Минут десять мы смотрели презентацию со множеством 3D-картинок: озеро стало аквапарком с водяными горками, фонтанами и водными велосипедами в виде русалок. Музей превратился в ресторан на 300 мест, а вокруг повсюду крутилась аттракционы, высились игровые площадки и зеленели лужайки для пикников… Зажёгся свет, публика в зале зааплодировала, к радости Мармелада и, как мне показалось, к большому облегчению Флюгера.
Бизнесмен широко раскинул руки, словно обнимая публику. Он был очень похож в эту минуту на мэра города Скелетов.
– Спасибо, дорогие друзья, ― сказал он. ― Ваше одобрение придаёт нам сил и веры в то, что этот проект воплотится в жизнь. Как вы поняли, темой парка станут русалки! Бертран, я бы попросил вас назвать несколько цифр.
– Да, сейчас… Парк обойдётся в сумму…
– Избавьте нас от затрат, Бертран. Перейдём сразу к прибыли!
– Конечно. Мы ожидаем около 200 000 посетителей в первый год. В дальнейшем эта цифра будет постоянно увеличиваться на 7,8 процента, возрастая в летние месяцы до 8,1 процента…
– Короче, мой компаньон хочет сказать, что деньги потекут рекой, и все, кто заинтересован в торговле, может заранее потирать руки…
– Но есть одна неувязка… ― раздался из зала женский голос.
Рядом с мадам Куропат, которая так и сидела с подавленным видом, поднялась женщина, деловито сложив на груди руки.
– Я вас слушаю, мадам, ― кивнул Мармелад. ― Вы сказали, есть одна неувязка…
– Жозет Бугор, муниципальный советник, ― представилась женщина. ― Проект замечательный, вот только земля с озером принадлежит мэрии и проект музея уже прошёл проверку.
– Да, но против него есть протест.
– И поэтому вы думаете, что музей птиц заменят вашим удивительным Парком русалок?
– Без сомнений, мадам. Уверен, референдум, который соберёт в ближайшее время мэрия, подтвердит это решение, к всеобщему удовольствию.
Одобрительный шумок пробежал по залу. Я чувствовала, что публике всё больше нравится идея парка.
– Что такое референдум? ― спросил Жорис, потянув меня за рукав.
– Как нам объясняла учительница, это когда проблему, важную для жителей деревни, города или страны, обсуждают с ними вместе и учитывают их ответы.
– Незадача для птичьего музея…
– Посмотрим. Давай слушать дальше.
– Вы называете свой парк удивительным, ― раздался
