Рыцарь пентаклей - Юрий Витальевич Силоч
– Я не собирался никого убивать! – Юноша покачал головой.
– А этого мы уже в точности никогда не узнаем. Вы пришли ко мне в карету с оружием.
– Но я отдал его тебе! И рассказал все!
– Ваша честь, этого не было! – Регент повернулся к судье. – Мне пришлось защищаться.
Делегаты загудели.
– Так! – Из-за стола поднялся нос-крючком. – Довольно, Ординари! Хватит! Вы видите, что происходит? Вы хотите, чтобы он избежал наказания и убил нас всех? Если лично вам нечего терять, то пожалуйста, развлекайтесь. А тем, кто сидит в этом зале, есть чего лишиться. Поэтому прошу прощения, но…
– Мы еще не рассмотрели все обвинения, – оскалился Орди. – Поэтому будьте добры, сядьте и дайте мне довести дело до конца.
– Но мне стыдно смотреть, как вы доводите его до конца! Лучше схватите и казните Вильфранда, чем вот так позориться. Я считал вас умным человеком: хитрым, находчивым, с прекрасной хваткой. А сейчас… – Старик покачал головой, не закончив фразы. – Я думал, что вы лучше подготовитесь к этому… мероприятию.
Судья спрятал лицо в ладонях.
– План, Ординари, – страдальчески произнес он, когда протер лицо, вновь ставшее красным. – Я очень надеюсь, что это – часть вашего плана.
– Прекрасно, господа, прекрасно. – Вильфранд пару раз хлопнул в ладоши и принял боевую стойку. – Я готов. Подходите. Знаете, что самое смешное во всем этом фарсе? То, что вы все равно сломаетесь. Уже сломались. Вам уже не нужны ни законы, ни справедливость. Вы просто хотите разделаться со мной, но не можете, еще сами не понимая почему. Давайте я помогу сформулировать. Если вы нарушите закон сами, если вы сами уподобитесь мне, то ничего в городе не изменится к лучшему. Наоборот, все рухнет во тьму. Нарушать закон тоже надо уметь, дамы и господа, и вы знаете, что уж в этом мне нет равных. Вы знаете, что в городе начнется грызня, и если уж жить не по закону, то только под моим руководством. Потому что у меня сотни лет практики. Потому что я лучший в этом. И когда вы придете ко мне – о, а вы придете ко мне, потому что город начнет разваливаться на куски! – я спасу вас. Вы знаете, что все станет как раньше и нашу игру можно будет продолжить с того момента, как мы закончили. И поэтому нет никакого смысла менять меня на кого-то еще. Разве не так?..
Генеральное собрание молчало.
– Давайте дальше, обвинитель, – прервал молчание судья. – Что у нас по плану? Некромантия?
– Вздор, вы не докажете, что я занимался ею, – встрял Вильфранд.
– Заговор, – тяжело уронил слово Орди. – Свержение короля, узурпация власти.
– Ну наконец-то! – усмехнулся Вильфранд. – А я уж думал: когда?.. Давайте, Ординари. Вызывайте свидетеля обвинения.
Вариус вопросительно посмотрел на молодого человека:
– Прошло пятьсот лет. Свидетель? Серьезно?
– Да, ваша честь.
– Погодите-погодите, я просто уточню термин, – продолжал судья, недоверчиво поднявший бровь. – Свидетель – это такой человек, который лично видел, как пятьсот лет назад обвиняемый совершил преступление. Поэтому я повторю вопрос: у вас есть свидетель по этому эпизоду?
– Ответ неизменен, ваша честь. – Орди кивнул. – У меня есть свидетель.
Вариус зажмурился и взялся за переносицу большим и указательным пальцами.
– Ладно, хорошо. Вызывается свидетель обвинения.
Люди в зале одновременно вздрогнули, когда после этих слов за дверью зала грянули фанфары. Вслед за ними в зал вбежали, раскатывая по пути длинную красную ковровую дорожку, двое мальчишек в красных костюмах пажей и беретах с перьями.
– Это еще что за… – спросил «медведь», выражая эмоции всего Генерального собрания, и, словно отвечая на его вопрос, в зал вошел разодетый Вортсворт. Он трижды стукнул по полу тяжелым золоченым посохом и громогласно объявил:
– Его величество Тиссур, король Брунгена, князь Мервиффский и Ойтордский, герцог Рооль и Аэльфрийский, граф… – У Тиссура оказался неожиданно длинный титул, который дворецкий умудрился запомнить и воспроизвести без малейшей запинки. Снова грянули фанфары, и в зал влетел череп.
– Что за фокусы? – скривился нос-крючком.
– Никаких фокусов, – ответил король. – Здравствуй… Вильфранд.
С удивлением Орди услышал, как голос черепушки дрогнул.
– Здравствуй, – негромко ответил Регент. – Вот уж не ожидал тебя снова увидеть.
Вариус откашлялся:
– Итак, свидетель обвинения его величество Тиссур, король Бруне́гена, князь… э-э-э… – Верховный судья покосился на Вортсворта, который стоял в дверях, и старик громко и торжественно повторил полный титул. – Да, благодарю вас. Что вы можете сказать по сути дела?
Тиссур помолчал, переводя взгляд фиолетового глаза с судьи на Вильфранда и обратно.
– Могу сказать, – медленно произнес он, – что подсудимый организовал заговор, сверг меня и обезглавил.
– Я прошу прощения, что вмешиваюсь, – быстро заговорил нос-крючком. – Не подумайте, будто я против того, чтобы устранить Вильфранда, но… Это же череп. Летающий, черт возьми, череп, утверждающий, что он-де король. Поправьте меня, если я неправ, но не должен ли сперва свидетель удостоверить свою личность? Это может быть чей угодно череп. Либо какой-нибудь из фокусов Ординари.
Вильфранд засмеялся.
– Да, действительно. – Он скрестил руки на груди: та, что была оторвана Капканом, громко хрустнула. – Как ты докажешь, что ты – это ты? Я же говорил, у вас ничего нет.
– Неожиданно. Очень неожиданно, – заговорил череп. – Ты боишься?
– Боюсь?! – воскликнул Вильфранд. – Погодите-ка минутку, неужели это и правда не Тиссур? Что за глупые попытки спровоцировать меня? Я оскорблен. Неужели это со мной когда-то работало?
– Работало или нет – сейчас неважно. Ты только что рассказывал, как все замечательно и как ты всех нас переиграешь, и что теперь?.. Дешевые отговорки?
– Допустим, да, – кивнул Регент. – И вы, господин Совершенно Незнакомый Череп, можете называть это как угодно, но я не вижу в вас ничего, что напомнило бы о древнем великом короле.
Это явно было оскорблением, но Тиссур стерпел. Вариус наблюдал за стычкой и не мог понять, чью сторону принять и что делать.
– Знаете, а я почему-то верю этому… черепу, – подал голос нос-крючком. – А вы?
С разных сторон послышались разные возгласы, смысл которых сходился к согласию. «Конечно, верите, – подумал Орди. – Это ваш единственный шанс осудить Вильфранда».
– Может, голосование? – предложил молодой человек.
– Почему бы и нет? – поддержал его Вариус.
– Пусть поднимут руки те, кто считает, что этот череп является тем, за кого себя выдает, – древним королем Брунгена, – произнес Орди и начал считать:
«Раз, два… Десять… Сорок… Восемьдесят шесть».
– Итак, мы слушаем. – Верховный судья воззрился на короля с нескрываемой надеждой. – Расскажите, что произошло пятьсот лет назад.
– А разве для таких преступлений нет срока давности? – уточнил Вильфранд.
– Мне про
