Рыцарь Резервации. Том IV - Александр Артемов
Я поднял руки, и они мигом угомонились. Затем посмотрел на Метту-1:
— Объяснись.
Та вздохнула и хотела что-то сказать, но заговорил Странник:
— Мистер Марлин, вам нужно понять три вещи: Иногда тот, кто кажется врагом, на самом деле союзник. — Он улыбнулся во все свои тридцать два зуба и приложил ладонь к своей груди. — А тот, кто ведет себя как послушная собачка, в реальности настоящий поводырь.
С этим он кивнул Метте-1.
— И третья вещь, мистер Марлин. Тот, кто считает себя главным героем истории, далеко не всегда им является. Иногда он лишь средство для достижения цели…
Я начинал злиться.
— Какой именно? Хватит говорить загадками. Кто ты и что тебе нужно? Почему ты, Метта, врала мне?
Она вздохнула:
— Я не врала тебе, Илья. Просто на части моей личности был наложен «блок». Он слетел, когда на нас рухнуло Поветрие.
Я опешил.
— И теперь ты помнишь, кто ты?..
Метта кивнула.
— И помнишь, кто я и как мы с тобой изначально… познакомились?
Она снова кивнула.
— И ты знаешь, кто этот тип?
И на это она кивнула. А затем сказала:
— Он не враг тебе, Илья. Вернее, не больший враг, чем я.
— Да? Тогда зачем этот ублюдок пытался убить нас?
Странник молча спрыгнул вслед за ней и направился ко мне.
Ручкаться с ним у меня резона не было. Выхватив меч, я активировал клинок. Аки тоже приготовилась к бою. Уж кто-кто, а она этого мудака запомнила. Странник же не спешил атаковать. Остановившись за пять шагов от нас, он оглянулся на Цитадель-2.
Странник хохотнул.
— Так много вопросов. И там мало времени, чтобы ответить на все…
— Потрудись.
— По повелению Машинимы я должен был привести вас сюда. И не просто привести, а подготовить для того, чтобы вы смогли выжить в Резервации, а затем и за стенами Цитадели. Ибо внутри ваша судьба.
— Держи карман шире. Я там не задержусь.
— Это не вам решать, мистер Марлин. А ей, — и он повернулся к Метте. — Ибо вы лишь песчинка в ее судьбе.
— Какой еще судьбе?..
— Неправильный вопрос, мистер Марлин, — покачал головой Странник. — Постарайтесь лучше.
Мне жуть как захотелось поколотить этого любителя говорить странными ничего не значащими фразами, как со стороны послышался резкий звук, и мы с Аки Аки встали спина к спине. Между груды покореженного металла, что представляло собой этой кладбище, мелькнули голубые глаза.
— Зараза…
В ответ забормотали на разные голоса, а затем среди мертвых юдов и чудов появилась с дюжина Ходоков. И все шли на нас.
План боя сформировался в ту же секунду, однако монстры смотрели на нас без всякого интереса. Пройдя мимо, направились в сторону Цитадели.
— За мной, мистер Марлин, — сказал Странник. — У вас есть еще немного времени, чтобы придумать правильный вопрос.
Поманив меня, он принялся вновь забираться на черепушку, а с нее прыгнул на лежащей подле скелет. Двигался он легко и непринужденно — будто и не было под ним десятиметровой пропасти, ни нескольких тонн кое-как набросанного металла. Забравшись довольно высоко, этот странный тип махнул нам.
Бежать вприпрыжку за тем, кто доставил мне столько проблем, было неразумным, но и оставлять его позади было бы еще глупее.
Я шепнул Аки:
— Сколько у нас вариантов?
Она сглотнула.
— Ни одного.
Я удивленно уставился на нее.
— То есть⁈
— Ни одного варианта. Опасности нет, Илья. И это меня беспокоит больше всего.
* * *
В кабине грузовика было тесно, но в кузове еще теснее. Автоматов, которых Онегин вытащил с кладбища, оказалось больше двух десятков. И все не переставая болтали.
— Хех, ишь раскудахтались, — улыбнулся Ермак, сидящий за рулем. — Наверное, в земле особо не поговоришь.
Тома не разделял его веселья. Его до сих пор было не по себе.
— Значит, это твой брат?.. — спросил Александр Онегин, сидящий рядом на пассажирском сиденье.
Нехотя Тома кивнула. Говорить на эту тему с незнакомцем ей совсем не улыбалось, но куда деваться? В кабине грузовика Ермака было некуда спрятаться.
Они ехали через лес довольно долго, пока не остановились на берегу реки. Вокруг сплошная глушь, и ни тени усадьбы, куда они, вроде как, направлялись.
Онегин выбрался из грузовика со словами:
— Подожди пять минут, Ермак. Мы с Тамарой скоро.
Тома недоуменно посмотрела на водителя. Она уже сто первый раз пожалела, что согласилась ехать с Онегиным.
— Куда это?..
Тот улыбнувшись, молча толкнул ее в плечо.
— Ступай, девочка. Ты за Александром Владимировичем как за каменной стеной.
Ничего не соображая, Тома выбралась наружу и снова увидела их — светящиеся глаза Ходоков, мелькающие в лесной тьме. Эти твари неотступно следовали за грузовиком, как привязанные.
— Ты все такая же, Тома, — вздохнула она. — Все такая же ведомая… Сначала Воронцов, потом Марлинский. И вот…
Фокс замолчала, ибо в свете фар появился ее брат Яр. Он двигался к берегу, неотрывно смотря на Тому. У реки его ждал Онегин с фонарем в руках — напротив какой-то пещеры. Он манил фокс за собой.
Подавив желание вернуться в грузовик, она направилась к… Щелк! — и Тома опустила глаза вниз, ожидая увидеть сломанную ветку. Но нет, под ногой лежала кость. Человеческая.
Ее как водой окатили.
— Осторожно, — сказал Онегин, подходя к ней с фонарем. — Тут весь берег забросан мусором.
В свете фонаря она разглядела этот «мусор». Тут шагу было некуда ступить от костей людей и нелюдей. Последних было куда больше. Все до одной были обглоданы.
— Куда вы меня привели?.. — и фокс попятилась.
У грузовика стоял Ермак с сигаретой в зубах. Стоило ей повернуться, как он покачал головой.
Онегин же не выглядел угрожающе. Он кивнул на вход в пещеру.
— Не бойся, Тома. Это всего лишь логово Винни. Знаешь такого?
Еще бы она не знала… На пещеру она посмотрела другими глазами. Рука сама собой потянулся к револверу, но, увы, он остался у Ермака. Вернуть его ей он отказался, старый черт.
— … И зачем мы здесь? — осторожно спросила Тома, но Онегин не ответил.
Он подошел к Яру, вытащил что-то из кармана и поднес ко лбу Ходока. В темноте блеснул какой-то граненый камешек.
Геометрика.
Не было никаких волшебных пассов или заклинаний. Свет из глаз Яра просто перетек в кристалл. Его поверхность вспыхнула голубым, а глаза Ходока стали полностью черными, как и все его сухое тело. Он покачнулся и начал заваливаться.
Ударившись о землю, Яр разбился как восковая фигура. Оторвавшаяся голова покатилась к Томе — и не докатившись до нее пары шагов, рассыпалась в черную пыль.
Камешек
