Фантастика 2025-75 - Андрей Буряк
В комнате повисает напряженная тишина, а я с удивлением смотрю на застывшие лица мужчин. Что это значит?
Джексон хмурится, снова подносит рацию к губам и приказывает:
– Повтори.
После непродолжительного шипения из рации доносится голос невидимого Грина.
– Лейтенант Холдсгрейв вышла на связь несколько минут назад. Она сказала, что ей нужен транспортный самолет, чтобы переправить несколько автомобилей.
– Где она сейчас? – уточняет Джексон, продолжая хмуриться.
– В Хартфорде, – следует незамедлительный ответ.
В этот момент уже я начинаю хмуриться. Пока Джексон раздумывает, склоняюсь к Джареду и шепчу едва слышно:
– Кто такая эта Холдсгрейв?
Он быстро смотрит на меня и тут же возвращает внимание на брата. Дядя стоит все на том же месте и, слегка поджав губы, ждет, что Джексон предпримет дальше.
– Молли, – наконец отвечает Джаред, и я удивленно округляю глаза.
Она выжила? Еще и нашла каких-то людей? Мне становится плохо от одной мысли о том, что мы бросили ее там, в тоннелях. А если там еще оставались живые? Но меня тут же отрезвляет воспоминание о том, как твари разорвали всех оставшихся в живых людей, детей… Возможно, у выживших в тоннелях было больше шансов спастись без нас. Молли же как-то справилась.
– С кем находится лейтенант Холдсгрейв? – спрашивает Джексон.
Невидимый Грин охотно докладывает, даже сквозь помехи слышу, насколько возбужден его голос:
– С ней два десятка человек из другого мира. Лейтенант заявила, что те люди спасли ее и еще нескольких похищенных женщин и хотят заключить с нами мирный договор.
Ноги едва не подкашиваются, а перед глазами танцуют яркие вспышки. Похищенных? Спасли? Миллионы мыслей носятся в голове, но я не в силах сложить их в единой целое. Есть только одно, на чем я могу сосредоточиться.
Это Картер.
Не знаю почему, но я уверена, что это он. И скоро он будет здесь.
Горло перехватывает спазм, и мне становится тяжело дышать. Рука взлетает к груди, и пальцы тут же обхватывают кулон, который больше не кажется обжигающе холодным. Он слегка прохладный. Не знаю, что все это значит, как и не знаю того, что делать дальше.
Мир. Они хотят мира. Вопрос только в том, распространяется ли эта роскошь на меня.
Глава шестнадцатая
Последние несколько часов меня не покидает мысль, что я нахожусь во сне. Хотя даже не думала о том, чтобы отправиться спать. В душе разгорелась самая настоящая буря, с которой я не могу справиться никакими способами. Проклятая судьба словно насмехается надо мной, подкидывая все новые и новые испытания, и с каждым разом они становятся изощреннее предыдущих. Если бы где-то в мире давали медали за профессиональное накручивание самих себя, за эту ночь я собрала бы все до единой награды, потому что мозг кипит от размышлений обо всем, касающемся того, что может произойти в ближайшем будущем, а чего не может.
После того как Джексон объявил конец связи, мужчины принялись бурно обсуждать варианты развития событий, но большую часть разговора я благополучно пропустила. Запомнила лишь то, что пришельцев ни в коем случае нельзя помещать к людям, живущим в зоне эвакуации у подножия горы. Поэтому их решили встретить здесь – в Дэнвилле, выслушать, какие условия мира они хотят предложить, а потом уже решить, оставить их здесь или отправить восвояси. Сделать второе будет не так уж и сложно, ведь на стороне военных численное преимущество. Также из разговора Джексона, дяди и Джареда мне удалось вычленить мысль о том, что ни один из них не склонен доверять пришельцам после того, что случилось в прошлый раз. Так что к призрачному мирному договору каждый из них относится весьма и весьма скептически.
Придя к общему решению, мужчины разошлись решать внезапно свалившиеся на них важнейшие задачи. Дядя уехал к подножию, чтобы поговорить с местным руководством, а потом по рации дальнего действия связаться с нужными людьми и отправить транспортный самолет в сторону Хартфорда. Как выяснилось в ходе раннего разговора, подходящая взлетная полоса находится в той части города, которая не пострадала от взрыва портала, поэтому с этим не возникнет никаких проблем.
Джексон же связался со своим загадочным отрядом и в приказном порядке выдернул из зоны эвакуации приличное число военных, которые должны были приехать в Дэнвилл, и, в случае проявления любой опасности со стороны пришельцев, устранить угрозу. После этого Джексон отправился в бар, чтобы разогнать гулянку.
Джаред остался со мной, но я этого даже не заметила, потому что находилась в каком-то подобии прострации. В себя пришла в тот момент, когда Джаред вырвал меня из мыслей, чтобы сообщить, что военные уехали и он идет помогать Джексону выбирать удобные точки для расположения направляющегося сюда подкрепления. Я безразлично кивнула, на что получила долгий изучающий взгляд.
– Ты в порядке? – спросил Джаред, и мне стало плохо от участия, прозвучавшего в его голосе.
– Да, – соврала я, но уверена, он мне не поверил.
Еще несколько секунд Джаред смотрел на меня так, будто хотел вынуть душу из тела, потом лишь тихо вздохнул и удалился, оставив меня в одиночестве. Еще несколько минут после его ухода я думала о том, почему он такой? Что стало с холодным и отстраненным Джаредом Купером, куда делся тот безучастный военный, с которым я познакомилась несколько месяцев назад? Но вскоре мои мысли вновь перекочевали на все ту же тему пришельцев, которая вертится в голове до сих пор.
Когда спустя пару часов Джаред и Джексон вернулись, то нашли меня в том же положении, сидящей в спальне на кровати. Джексон попытался заставить меня лечь спать, ведь был самый разгар ночи, но я начисто проигнорировала его заботу. Ни за что не смогла бы уснуть, несмотря на усталость.
Братья переместились на кухню, оставив меня в спальне сидеть и пялиться в пространство перед собой. Иногда до слуха доносились их голоса, чуть реже шипение рации, но чаще они молчали, не оставив мне шанса отвлечься от размышлений.
Что делать? Как я должна поступить, если меня попытаются убить? Как вести себя, когда увижу ненависть в глазах Картера? От мыслей об этом внутри все сжимается от боли, и я непроизвольно прижимаю руки к груди и цепляюсь за кулон, который уже несколько часов как перестал быть холодным.
От всего происходящего раскалывается голова, и я на полном серьезе начинаю посматривать в сторону стоящей на комоде бутылки с алкоголем и подумываю о том, а не нарушить ли свои слова
