Универсальный солдат III - Стив Мейсон

— Очень рада вас видеть, мистер Пеперман, — как можно любезнее сказала Ронни и взглянула на часы.

«19.05». Билет на семичасовой рейс погиб безвозвратно. Похоже, что в эти дни судьба повернулась к ней той своей частью, по которой обычно шлепают непослушных детей.

— Извините, мисс Робертс, может быть, вам покажется, что я лезу не в своё дело, но не могу ли я чем-нибудь вам помочь? У вас неприятности?

— Я опоздала на самолёт. На семичасовой рейс в Лос-Анджелес. И даже не успела перерегистрировать билет на следующий рейс. Неприятностями во вселенском масштабе это, конечно, не назовешь, но достаточное количество неудобств — ровно столько, чтобы настроение у меня на сегодня испортилось, — мне обеспечено. Меня встречают в Лос-Анджелесе. Получится не совсем удобно.

— Простите меня, мисс Робертс. Я понял. Это я помешал вам поменять билет.

— Да что уж теперь...

— Вы знаете, — мистер Пеперман, огорчившись на мгновение, снова повеселел, — я всё же смогу помочь!

— Спасибо. Это совсем не обязательно. Деньги у меня есть, так что придётся всего-навсего купить билет на следующий рейс.

— Но я имел в виду не это! Зачем же вам ждать два с половиной часа, когда я улетаю в Лос-Анджелес через десять минут, и если вы согласитесь составить мне компанию, то я буду счастлив...

— Соглашусь. Идемте! — Ронни мгновенно взяла своего странного благодетеля под руку. — У вас зафрахтован рейс?

— Нет. Я ведь не президент. Но фирма, с которой я сейчас активно сотрудничаю, предоставила мне свой небольшой самолёт.

— Замечательно! Давайте поторопимся, потому что сегодня я боюсь опоздать во второй раз.

* * *

Самолёт мистера Пепермана, впрочем, как и все остальные лайнеры, приземлился на частном аэродроме в сорока километрах от аэропорта Лос-Анджелеса. По непонятным причинам, ему не позволили сесть на государственном аэродроме, хотя погодные условия и обеспечивали благополучную посадку.

Благодарный почитатель таланта Ронни и в этой ситуации показал себя настоящим джентльменом. Он любезно довез её из пригорода, где они оказались по воле случая, к аэропорту, где её уже наверняка битый час ждал Прайер.

Покинув лимузин мистера Пепермана, путешественница оказалась на площади перед зданием аэропорта, по непонятной причине плотно заставленной полицейскими машинами и военными автобусами. Все подходы и подъезды оказались перекрытыми людьми в форме национальной гвардии. Они энергично отгоняли любопытных.

«Похоже, что приключения будут преследовать меня всю жизнь безостановочно», — подумала Ронни и осмотрелась по сторонам.

Однако стоять без дела, когда вокруг происходит столько событий с участием полиции и национальной гвардии, она просто не умела. И поэтому, выудив из бокового кармана своей сумки карточку журналиста, девушка прикрепила её к воротнику рубашки. Затем, порывшись в сумке, она вставила в диктофон чистую кассету и решительно направилась к одному из полицейских. Он стоял в оцеплении неподалеку.

— Добрый вечер. Я Вероника Робертс из «Си-Эн-Эй», Нью-Йоркское отделение, — привычной скороговоркой произнесла Ронни. — Скажите, пожалуйста, что здесь произошло.

Коп молча, поднял глаза на журналистку, затем перевел взгляд на её репортёрскую карточку, после чего нехотя козырнул и ответил:

— Извините, мисс... — он прищурился, стараясь разглядеть в свете мигалки, установленной на стоящей поблизости машине, фамилию на карточке.

— ...Робертс, — пришла ему на помощь девушка. — Вероника Робертс.

— Так вот, мисс Робертс, но я не могу пропустить вас на территорию.

— Но мне не нужно разрешение. Я не хочу пройти туда, — Ронни улыбнулась так мило, как только была способна. — Я просто хочу узнать, что здесь произошло. Почему закрыт аэропорт?

— Террористы, — коротко и сухо ответил полицейский.

— Террористы?

— Да. Если хотите получить более полную информацию, то пройдите в корпункт. Он расположен в правом крыле здания аэропорта. Я сам знаю не так уж много. Извините.

Выражение лица копа стало каменным, и Ронни поняла, что разговаривать с ним дальше не имеет смысла. Она направилась к корреспондентскому пункту, расположенному в полицейском участке аэропорта. Там уже толпились с полсотни её коллег, которые ожидали поступления новых подробностей о происходящем.

Ловко пробравшись сквозь плотную стену репортёров и операторов, Ронни оказалась у входной двери в корпункт. Однако подняться по ступенькам она так и не успела, наткнувшись на Прайера, который пробирался к этой же двери, но с другой стороны толпы.

— Дик! — воскликнула обрадованная девушка, хватая его за рукав пиджака. — Вот так встреча! Дик!

Он оглянулся. С трудом сообразив, что перед ним стоит собственной персоной Ронни, Прайер спросил, стараясь прийти в себя от удивления:

— Ты здесь? Как же тебе удалось выбраться оттуда?!

— Ну, — она кокетливо улыбнулась, — не скажу, что это было простым делом. Ты же понимаешь, что когда опаздываешь на самолёт, то его невозможно догнать на следующей станции. Но зато меня любезно подбросил один мой старый знакомый. Правда, настолько старый, что я умудрилась забыть его имя. Но ведь, в конце концов, это и неважно. Главное, что он помог мне добраться сюда.

Прайер вздохнул. Как показалось Ронни — с облегчением.

— Значит, ты просто не попала на свой самолёт?

— Ну конечно.

— Отлично, — он уже окончательно пришёл в себя и взял девушку под руку. — Тогда нам здесь делать больше нечего. Пойдём.

— Подожди, Дик. Дай мне разобраться. Тут что-то происходит, а я не в курсе. Это ведь интересно!

Ронни попыталась вырвать руку, но пальцы Дика, держали её, как в тисках. Не вступая в долгие пререкания, он потащил её сквозь толпу к автостоянке.

— Подожди! — девушка пыталась упираться, но тщетно. — Не торопись ты так! Я хочу выяснить об этих террористах поподробнее. Это же моя работа!

— Послушай, Ронни, — Прайер всё-таки довел её до автостоянки и усадил на переднее сиденье машины, — зачем ты приехала? Ты прилетела из Нью-Йорка, чтобы хорошо поработать или чтобы поговорить со мной? По-моему, у тебя было какое- то неотложное дело? Или я ошибаюсь?

— Поговорить. Конечно, я приехала поговорить... — с явным сожалением глядя на журналистов возле корпункта, ответила Ронни. — Но ведь здесь тоже очень