Фантастика 2025-75 - Андрей Буряк
Я развернулась, намереваясь скрыться в своих комнатах и поставить на них самую сильную защиту из известных мне, но не успела и пары шагов сделать.
Кейнар поймал меня за запястье, мягко развернул к себе, а потом и вовсе обнял за талию.
— Девочки, оставьте нас пожалуйста, — обратился он к Брите и Марли. — Спускайтесь в зал. Мы скоро выйдем.
Бригитта нахмурилась, будто желала помочь мне с побегом. Но Марлена ловко взяла её под руку и повела в противоположную сторону.
Когда они ушли, Кейн выпустил меня из объятий, накрыл нас обоих отражающим пологом, добавил плетение, запирающее звук, и мягко сжал мои пальцы.
— Хелли, куколка моя…
— Ну опять это «куколка», — сказала возмущённо. — Я же знаю тебя! Сейчас снова попытаешься манипулировать. Ты всегда произносишь это слово, когда пытаешься мною играть.
Кейн задумчиво хмыкнул и улыбнулся. Ну точно, запомнил и теперь так выдавать себя не будет. А я, кажется, зря потеряла козырь. Уловка не сработала.
— Любимая, — начал с главного этот хитрец. — Ты же всегда была смелой. Не побоялась в чужие дома влезать, у моей мамы из хранилища книги утащила, с королём беседовала. А тут испугалась какого-то приёма?
— Я не хочу становиться первой темой для сплетен.
— Мы это уже в академии проходили. Поговорят и успокоятся, — парировал Кейн. — Поверь, они все — просто люди. Разные. С различными ценностями, титулами, материальным положением. Но они у нас в гостях. Они пришли сюда отпраздновать нашу с тобой помолвку.
— Пф, — только и ответила я. — Они тут точно не за этим. У каждого свои цели.
— Да. Но у тебя нет ни малейшего повода для беспокойства. Если кто-то позволит себе в твоём отношении грубость или оскорбление, я обязательно объясню, как он или она не правы. А ещё запомню этого человека, и в ближайшее время его будет ждать какая-нибудь каверза. Возможно, безобидная. Возможно ‒ нет. Но мы с тобой точно развлечёмся. Я свою Хелли в обиду не дам.
Я не смогла сдержать улыбку. Кейн ни капельки не изменился. Как был мстительным гадом с больной фантазией, так им и остался.
— Давай сейчас просто спустимся к гостям, сделаем то, чего от нас ждут? — мягко предложил он.
Но я молчала. Не спешила соглашаться. Рядом с ним я хоть и чувствовала себя намного увереннее, но всё равно с радостью бы сбежала в комнату или сразу в Зивар.
— Ладно, — с показательно-тяжёлым вздохом произнёс Кейнар. — Давай я пообещаю тебе в конце вечера рассказать одну тайну. Я хотел сделать это как-нибудь потом. Или вообще не рассказывать. Но так уж и быть. Ты имеешь право знать. В конце концов, это касается тебя напрямую.
Нет, ну не гад ли?!
— Ты же знал, что я буду сомневаться. Специально приберёг такую уловку? — возмутилась, строго глядя в его чрезмерно честные глаза. — Переигрываешь, Кейн.
— Ладно, — бросил с лёгким раздражением. — Да, Хелли, я предполагал, что ты испугаешься толпы гостей. Но зато теперь обещаю тебе признание. Идём?
— Нет уж.
Высвободила ладонь из его плена, скрестила руки на груди.
— Не пойду. Терпеть не могу, когда мною играют, — сказала так холодно, как только могла.
Кейнар устало вздохнул и зеркально повторил мою позу.
— А помнишь, милая моя, как мы с тобой спонтанно прыгнули в столицу, чтобы ты побеседовала со своей мамой? Я ведь пошёл с тобой. И получил от тебя обещание, что, когда я тебя позову, не важно куда, ты согласишься.
Мне хватило пары секунд, чтобы сообразить, какую глупость я тогда совершила. Так ведь и знала, что пожалею о том обещании.
— Демоны! — выругалась, кляня себя в мыслях самыми последними словами.
— Придётся идти, — Кейн самодовольно ухмыльнулся. — Обещания нужно выполнять. Так ведь?
Кулаки так и чесались стереть улыбку с его лица. Но я прекрасно знала, что не смогу ударить этого интригана. Слишком люблю, хоть и до сих пор поражаюсь, как умудрилась влюбиться в такого… такого… слов нет, какого замечательного мужчину.
— Хорошо. Пойду. Но тайну всё равно расскажешь, — предприняла я попытку капитуляции и мирных переговоров.
— Обязательно, — кивнул Кейнар и протянул мне руку. — А теперь разреши мне проводить вниз самую очаровательную девушку в мире. И пусть мне сегодня завидует каждый.
— Перестань, — смутилась.
— Не перестану, — он развеял купол над нами, взял меня за руку и повёл к лестнице. — Кстати, Ди уже минимум пять раз сказал, что мне досталась идеальная жена. Точнее, невеста.
— Твоему Ди не помешало бы научиться смотреть на девушек, как на людей. Они ведь для него все, как одноразовые игрушки.
Я говорила тихо, потому что мы уже ступили на лестницу. Играл оркестр, гости прогуливались по залу, собирались группками, беседовали, улыбались. Официанты разносили напитки и закуски. И при виде всего этого с высоты лестницы мне снова стало страшно.
Кейн крепче сжал мои пальцы и ответил, продолжая наш разговор о Дионе.
— Ты права, Хелли. Но теперь ему хоть как придётся искать свою единственную. Ты же знаешь, почему.
— Да уж, — с губ едва не сорвался смешок. — Хотя, при всей моей симпатии к Диону, так ему и надо.
Я на самом деле считала, что принц получил по заслугам. Тем более, что особо страшным его проклятие не назовёшь. А обзавёлся он им из-за своей самоуверенности. Просто, когда во время устроенного им же штурма Ди ворвался в дом Хатерского, то не стал дожидаться подмогу и сам лично отправился преследовать чёрную ведьму. Не знаю, чем именно он при этом руководствовался ‒ об этом Дион не рассказал. Но фактом оставалось то, что после их встречи мама сбежала, использовав особый артефакт-портал принца, а Ди стал обладателем проклятия и белоснежной шевелюры, которая не перекрашивалась ни одним снадобьем.
Прокляла его миссис Хатерская от души. Теперь наш любвеобильный Дион стал абсолютно равнодушен к девушкам: к любым, даже безумно красивым и совершенно обнажённым. Они больше не вызывали в нём ни каких эмоций и, соответственно, ни каких реакций в теле. А вот способа снять это проклятие мы с леди Ходденс пока так и не нашли, хотя перерыли всю её обширную библиотеку. Зато обнаружили пометку, что в случае истинной любви такие чары теряют силу.
— Злая ты. Сразу видно, ведьма, — с наигранной серьёзностью ответил Кейн.
— Уверена, ему всё это пойдёт на пользу.
Кейн чуть поджал губы и покачал головой.
— Не веришь, что у его проклятия есть хорошие стороны? — спросила я. — Или считаешь, что наш принц не
