Инженер 4 - Алим Онербекович Тыналин

Прибежал домой, ворвался в комнату. Матрена Ивановна услышала шум, вышла из кухни.

— Александр Дмитриевич! Что случилось?

Я схватил ее за руки, закружил.

— Матрена Ивановна! Я женюсь! Князь дал согласие! Свадьба через два месяца!

Она всплеснула руками, заплакала от радости.

— Ох, батюшки! Ну слава Богу! Слава Богу!

Я отпустил ее, бросился к столу. Схватил перо, чистый лист бумаги. Начал писать быстро, почти не думая.

'Елизавета Петровна!

Ваш отец дал согласие на наш брак! Только что вышел от него. Он сказал, что убедился в моей достойности. Что свадьба состоится в декабре, здесь, в Туле. Что через месяц он привезет вас.

Елизавета, я так долго ждал этого! Мы оба ждали! Теперь все позади, сомнения, тревоги, клевета. Впереди только счастье!

Через месяц увижу вас. Через два месяца вы станете моей женой.

Жду вас, моя дорогая!

Ваш Александр'

Запечатал письмо, вышел из дома. Побежал на почту. Отправил письмо срочной доставкой, фельдъегерем.

Потом пошел к Беляеву, рассказать новость. Потом к Баранову. Потом к Крылову, к Баташеву.

Всем рассказывал одно и то же:

— Князь дал согласие! Свадьба через два месяца!

Все поздравляли, жали руку, обнимали.

Баранов открыл бутылку старого вина, налил два бокала.

— За ваше счастье, Александр Дмитриевич! Наконец-то!

Выпили. Баранов похлопал меня по плечу.

— Знал я, что все образуется. Говорил ведь, держитесь, работайте. Вот и дождались.

Вечером вернулся домой усталый, но счастливый.

Сел за стол, в голове роились мысли.

Два месяца до свадьбы. Нужно многое успеть.

Найти приличный дом для семьи. Обставить мебелью. Нанять прислугу. Заказать карету у Савельева. Купить обручальные кольца. Приготовить свадебный костюм.

И главное, через месяц приедет Елизавета. Впервые за долгие месяцы увижу ее. Много дел. Но какая радость!

Достал из ящика пачку писем от Елизаветы. Перевязал их новой ленточкой, голубой, праздничной.

Глава 26

Свадьба

Два месяца пролетели как один день.

Ноябрь я провел в лихорадочной подготовке. Нашел дом для семьи, двухэтажный, каменный, на Дворянской улице. Шесть комнат, просторная кухня, отдельная комната для прислуги. Окна выходят на тихую улицу, во дворе небольшой сад.

Снял дом на три года, заплатил вперед. Обставил мебелью, купил у местного столяра добротные кровати, шкафы, столы, кресла. Заказал в Москве мягкую мебель для гостиной: диван и четыре кресла, обитые бордовым бархатом.

Нанял прислугу, кухарку Дарью, женщину средних лет, вдову, с хорошими рекомендациями. Горничную Настю, молодую девушку из деревни, прилежную и тихую. Предлагал и Матрене Ивановне, но она отказалась, ей хватало и собственного жилья.

Заказал у Савельева новую карету, закрытую, с рессорами, обитую внутри синим бархатом. Савельев обещал сделать к свадьбе, не подвел.

Купил обручальные кольца в лучшей ювелирной лавке Тулы, золотые, простые, без камней, с гравировкой внутри: «А. В. и Е. Д. 15 декабря 1856».

Заказал новый парадный мундир у лучшего портного. Черный, с золотыми пуговицами, эпалетами, аксельбантами. Примерял три раза, пока не сел идеально.

Двадцать пятого ноября приехала Елизавета с родителями.

Я встречал их на вокзале. Стоял на перроне, волнуясь как мальчишка. Сердце колотилось, руки дрожали.

Поезд пришел вечером. Из вагона первого класса вышел князь, потом княгиня, полная дама в меховом манто, с добрым лицом. За ними Елизавета.

Я увидел ее и дыхание перехватило.

Она похудела и побледнела. Месяцы ожидания и тревоги не прошли даром. Но все равно красива. Темно-русые волосы убраны под шляпку, глаза серые, большие. Одета в дорожное платье темно-синего цвета, меховая накидка на плечах.

Увидела меня, остановилась, замерла. Глаза расширились, губы дрогнули.

Я шагнул вперед, поклонился.

— Ваше сиятельство. — Князю. — Ваше сиятельство. — Княгине. — Елизавета Петровна.

Княгиня улыбнулась тепло.

— Капитан Воронцов! Наконец-то мы встретились! Дочь так много о вас рассказывала!

Князь кивнул сдержанно.

— Здравствуйте, капитан. Вот, привез вам невесту. Берегите ее.

Елизавета молчала, смотрела на меня. В глазах слезы.

Я подошел ближе, взял ее руку в перчатке, поцеловал.

— Елизавета Петровна. Рад видеть вас. Наконец-то.

Она шепнула, едва слышно:

— Александр Дмитриевич… Я так долго ждала…

Голос дрогнул, слеза скатилась по щеке. Она быстро вытерла платочком.

Князь кашлянул.

— Ну что ж, поедемте в гостиницу. Устали с дороги.

Я помог донести багаж до карет. Князь с княгиней и Елизаветой сели в одну карету, я в другую. Поехали в гостиницу.

На следующий день я показывал Елизавете город и дом, который приготовил.

Князь разрешил нам гулять вдвоем, но с горничной Настей, которая шла в десяти шагах позади. Приличия соблюдены.

Мы шли по Киевской улице, я показывал: вот губернское правление, вот городская управа, вот главный собор, где будем венчаться.

Елизавета слушала, кивала, но я видел, что она пропускает слова мимо ушей. Смотрит на меня, не отрываясь.

Наконец остановились у моста через реку. Настя отстала еще дальше.

Елизавета повернулась ко мне, тихо сказала:

— Александр Дмитриевич, я думала, что этот день никогда не наступит. Думала, отец не даст согласия. Что мы никогда не будем вместе.

Я взял ее руку, сжал.

— Но день наступил. Через три недели мы обвенчаемся. Станем мужем и женой.

Она улыбнулась сквозь слезы.

— Я так счастлива. Так счастлива, что не верится.

Мы стояли, держась за руки, смотрели друг на друга. Настя деликатно отвернулась.

Потом я повел Елизавету к нашему дому.

Открыл дверь ключом, провел внутрь. Показывал комнату за комнатой: гостиная с новой мебелью, столовая с большим столом, спальня на втором этаже, кабинет для меня, будуар для нее.

Елизавета ходила по комнатам, трогала мебель, смотрела в окна.

— Александр Дмитриевич, здесь так уютно! Вы все приготовили сами?

— Сам. Хотел, чтобы вам понравилось.

Она повернулась, посмотрела на меня серьезно.

— Мне нравится не дом. Мне нравитесь вы. Я бы жила с вами в землянке, и была бы счастлива.

Я шагнул к ней, взял за руки.

— Ну зачем же землянка? Обойдемся без этого. Будет этот дом. И я сделаю все, чтобы вы были здесь счастливы.

Она прижалась ко мне, тихо заплакала. Я обнял ее, гладил по волосам.

— Все хорошо, Елизавета. Все плохое позади. Впереди только счастье.

Настя деликатно кашлянула из коридора. Мы отстранились друг от друга.

Елизавета вытерла слезы, улыбнулась.

— Прошу прощения. Это от радости.

— Я понимаю.

Следующие две недели мы готовились к свадьбе.

Князь с княгиней приняли активное участие. Княгиня заказала