Криминалист 5 - Алим Онербекович Тыналин
— Сэр, я только недавно прилетел из Швейцарии.
— Знаю. Поэтому спрашиваю, а не приказываю. — Еще одна пауза, длиннее предыдущей. — Митчелл, мне нужен лучший стрелок, и мне нужен человек, способный пробежать пять миль по грязи и лесам в августовскую жару. Ты ветеран Вьетнама. Ты молодой и в отличной форме. И ты стреляешь лучше всех в этом здании, включая меня, а я стрелял очень неплохо двадцать лет назад. — Кряхтение, похожее на смешок. — Форт-Мид в тридцати милях от Вашингтона. Воскресенье, семь утра. Сбор у здания ФБР в пять тридцать. Дэйв заедет за тобой.
— Сэр…
— Подумай до завтрашнего утра. Если откажешься, пойму. Если согласишься, Томпсон будет тебе должен. А я свои долги плачу.
Щелчок. Гудки.
Я положил трубку и посмотрел в окно. Дюпон-серкл в предвечернем свете, длинные тени от деревьев на газоне, дети у фонтана, мужчина с собакой на поводке.
Обычный августовский вечер. Где-то внизу негромко засмеялась женщина.
Телефон молчал. Часы на стене показывали четыре двадцать. Придется ехать ничего не поделаешь.
Глава 18
Биатлон
Дэйв заехал за мной в пять тридцать утра, как обещал. Я ждал внизу, у подъезда, в спортивных брюках и белой футболке, кобура на поясе, в ней «Смит-Вессон» Модель 10, в руке холщовая сумка с полотенцем, бутылкой воды и запасной коробкой патронов «Федерал» тридцать восьмого калибра, пятьдесят штук.
Машина подкатила из-за угла Массачусетс-авеню, серый армейский микроавтобус «Додж», с эмблемой ФБР на дверце, хромированные бамперы, длинный капот, бензиновый мотор урчал на холостых оборотах.
За рулем Маркус. Дэйв сидел на переднем пассажирском сиденье, голова откинута назад, глаза закрыты.
Я открыл боковую дверь и сел сзади.
— Доброе утро, — сказал Маркус.
— Утро, — пробормотал Дэйв, не открывая глаз. — Кто-нибудь напомните мне, зачем я подписался на это.
— Потому что Томпсон попросил, — сказал я.
— Томпсон не просил. Томпсон приказал. Есть разница. Когда Томпсон просит, он говорит «будь добр». Когда приказывает, то гавкает «Паркер, ты бежишь туда-то и туда-то».
Маркус выехал на Массачусетс-авеню, повернул на восток и вырулил к бульвару Балтимор-Вашингтон. Раннее утро, движения почти не видно, только редкие грузовики, пара таксомоторов, молочный фургон «Борден’с» с красно-белой рекламой на борту.
Тридцать миль от центра Вашингтона до Форт-Мида. Мэрилендское шоссе тянулось через пригороды: Колледж-Парк, Лорел, Бельтсвилл. По обе стороны мелькали одноэтажные домики с зелеными лужайками, торговые центры «Сирс» и «Джей-Си-Пенни» с пустыми парковками, заправочные станции «Шелл» и «Тексако», церкви, школы.
Дэйв закрыл глаза снова и заснул на подъезде к Лорелу. Маркус вел молча, сосредоточенно, обеими руками держась за руль. Радио молчало.
Форт-Мид появился справа, длинный забор из сетки-рабицы с колючей проволокой поверху, за ним широкий плац, казармы из красного кирпича, водонапорная башня, флагшток с американским флагом, едва шевелившимся в безветренном утреннем воздухе. Дальше, за казармами, поднимались антенны и параболические тарелки Агентства национальной безопасности, огромные, белые, нацеленные в небо, как уши великана, прислушивающегося к разговорам всего мира. Главное здание АНБ, бетонный куб без окон, виднелось за деревьями, мрачное и безликое.
На контрольно-пропускном пункте сержант в полевой форме проверил удостоверения, сверился со списком и махнул рукой, проезжайте. Маркус свернул на грунтовую дорогу, ведущую мимо стрельбищ и учебных полос в дальнюю часть базы.
Стрельбище открылось за поворотом, длинное поле, поросшее короткой травой, с земляными валами на дальнем конце и линией мишеней на металлических рамах. Правее уходила грунтовая дорожка в лес, обозначенная вешками с красными флажками.
На площадке перед стрельбищем стояло уже с дюжину машин. Армейские джипы, пара гражданских седанов, микроавтобус с маркировкой Секретной службы, черный «Плимут» без опознавательных знаков, скорее всего ЦРУ.
Участники разминались на траве или стояли группами, разговаривая между собой. Армейские офицеры в полевой форме цвета хаки, с нашивками Разведывательного командования и Специальных сил, загорелые, жилистые, коротко стриженные, типа «я бегаю по десять миль до завтрака и считаю это разминкой».
Двое крепких парней в гражданском, поло и спортивные брюки, на груди у одного клипса-значок ЦРУ. Четверо агентов Секретной службы в одинаковых белых футболках, стоявшие кучкой, разговаривали тихо и серьезно, как будто обсуждали план эвакуации президента, а не утреннюю пробежку.
И одна женщина. Вернее, девушка.
Она стояла в стороне от остальных, у деревянного стола с разложенными на нем бутылками воды, и разминала ноги, поочередно подтягивая колено к груди. Высокая, около пяти футов девяти дюймов, спортивное сухое тело без лишнего унции жира, длинные загорелые ноги, золотистые волосы собраны в короткий хвостик.
Легкая хлопковая рубашка с короткими рукавами, заправленная в спортивные брюки, на рукаве нашивка Секретной службы. На поясе кобура с пистолетом. Лицо без косметики, высокие скулы, прямой нос, карие глаза с прищуром, будто привыкла всматриваться в дальние цели.
Возраст лет двадцать, может, двадцать два. Двигалась уверенно и экономно, ни одного лишнего жеста, каждое движение четкое, как у человека, привыкшего к дисциплине.
Дэйв проснулся, вылез из микроавтобуса, потянулся, посмотрел на площадку и наклонился ко мне.
— Знаешь ее? — кивнул в сторону женщины. — Николь Фарр. Год назад взяла первое место в ведомственном зачете Секретной службы по стрельбе. Обошла всех мужиков в отделе. Теперь, говорят, ее хотят перевести в президентскую охрану, но пока не пускают, не было прецедента.
— Она тоже бежит сегодня?
— Похоже на то.
Организатор соревнований, армейский майор лет сорока пяти, крепкий, с бычьей шеей и колючими глазами, вышел к группе участников и поднял руку.
— Джентльмены! — он покосился на Николь Фарр, и добавил. — И леди. Добро пожаловать на ежегодный комбинированный зачет Форт-Мида. Правила просты.
Он указал на карту-схему, приколотую к фанерному щиту, установленному на козлах.
— Дистанция три мили по грунтовой тропе через лес. Маршрут размечен красными флажками, заблудиться невозможно. По пути три огневых рубежа. На каждом рубеже вы делаете пять выстрелов из табельного пистолета по стандартной мишени на двадцать пять ярдов. Каждый промах значит штрафной круг сто ярдов. Результат суммарный, время прохождения
